Дзур
Шрифт:
– Это я могу. Начинай.
Она заняла стул, так что я сел на кровать.
– Ладно. Мы знаем, что началась борьба за власть между джарегами – в Правой Руке, – и знаем, что в ней участвует Сучий патруль. Мы можем быть уверены, что Триеско пытается выбить для Териона кресло во главе Совета. Вопрос в том, каким образом маневрам Териона помогает деятельность Левой Руки в Южной Адриланке?
Она покачала головой.
– По-моему, ты зашел не с той стороны.
– Да?
– Южная Адриланка – цена, которую Терион заплатил за помощь Левой Руки.
Я нахмурился.
– Об этом я и не подумал. Плата авансом?
– Обычно так и делают.
– Верно. Это создает беспорядки и среди джарегов – в смысле, в Правой Руке – и в Южной Адриланке. Но я понятия не имею, что все это значит для Левой Руки.
– Я тоже.
– Но сами по себе беспорядки в Южной Адриланке кое-что могут мне открыть. Я могу делать тут то, что не под силу большинству джарегов.
– О чем ты?
– Пока еще не знаю. Я недостаточно знаю о том, что происходит. Но кое-что может открыться. Мне нужны источники информации.
– В Южной Адриланке я тебе помочь не могу.
– Понимаю.
Я обдумал то, что она сказала.
– Так, тогда первый вопрос: как именно Левая Рука, или может быть только Триеско, помогает Териону? И второй: при чем тут та волшебница, что на меня напала? Ой.
– Ой?
– Я, кажется, догадался.
– Да, теперь и я тоже. Твоя голова – для джарегов достаточно ценный приз, чтобы Терион, выложив ее на стол, сел в нужное кресло.
– Угу. Или хотя бы выложив как часть сделки, откуда можно начать торги. В любом случае, значит, та волшебница хотела убить меня. Хорошо. Теперь мне стало легче.
– Легче?
– Да, в определенном смысле.
– Э, может, объяснишь?
– Я не рассказал тебе то, что выяснил Деймар.
– Деймар? Да, помню его. И что он выяснил?
Я рассказал.
– Так, – проговорила она, – да, понимаю, в этом есть смысл. А волшебницу зовут Критнак?
Я кивнул.
– Попробую что-нибудь о ней выяснить.
– Буду весьма признателен. Тогда я смогу решить, как убедить ее напасть на меня на выбранной мной территории.
– Убедить ее напасть на тебя? – нахмурилась Киера.
– Ну да, – с невинным видом ответил я. – Сетра Лавоуд однажды сказала, что защита сильнее нападения.
– Понятно. – Лицо ее осталось безучастным. – Ну, заочно ничего сказать не могу, но полагаю, во-первых, говорила она это в тактическом, а не в стратегическом плане. А во-вторых, когда она так говорила, это могло относиться к конкретным рещениям в том месте и в то время. Она с легкостью могла бы объяснить, что бывают случаи, когда верно прямо противоположное скажем, у атакующих боевых чар есть преимущества против защитных.
– Ты думаешь, она бы так сказала?
– Я просто предполагаю, но, пожалуй, так.
– Ладно, я никогда толком не понимал разницы между тактикой и стратегией.
– Что, правда? Расскажи Сетре. Она сделает из тебя военачальника.
– Потому что я чего-то не знаю?
– Потому что у тебя нет предубеждений относительно того, что тактика есть тактика, стратегия есть стратегия, и одно никогда не будет другим.
– А я и не знал, что они так связаны.
– Но ты не предполагаешь обратного, а это общий недостаток всех драконов. У них в голове стратегия всегда стратегия и работает отдельно от тактики. В битве же, на войне, в любое время одно может смениться другим. Из-за этого у драконов нередко случаются неприятности. Поэтому драконы всегда стремятся завербовать некоторое количество дзуров. Во всяком случае, так, полагаю, рассказала бы Сетра.
– И поставила бы меня в тупик.
– Когда дзур видит возможность, он пользуется ей.
– А драконы нет?
– Некоторые пользуются. Но чаще всего они просто составляют план и действуют согласно распорядку. И неважно, что изменились обстоятельства. Или что возник лучший способ добиться своего.
– Я думал, дзуры просто бросаются в атаку, и неважно, как обернется.
– И это тоже, но по-разному. Дзурлорд не думая бросается в драку, потому что думает он во время драки.
– Не уверен, что это можно назвать «думает».
– Возможно. Сетра сказала бы, что это самый непосредственный вид мышления.
– Хорошо, что Сетры здесь нет. Ее я никогда не мог переспорить.
Я подумал о Морролане и Алиере в свете того, что Киера назвала предубеждениями. Потом решил запомнить это и поразмыслить на досуге.
– Дзуры сложнее, чем выглядят, – сказал я.
– Да.
– Но и все остальные тоже.
– Ты изменился, Влад.
– Правда?
– Да. Ты иначе говоришь. Ты… ну, не знаю, другой, что ли.
– Возможно, это отпечаток Востока во мне. Это было…
– Ты путешествовал на Восток?
– Угу. Шпионил для Сетры Младшей.
Киера вежливо улыбнулась и спросила:
– И как?
– Совершенно непохоже на то, чего я ожидал. Весьма странно, учитывая, что никаких ожиданий у меня не было.
– Что же случилось?
Я позволил воспоминаниям свободно течь и ответил:
– Я потерял палец, но приобрел…
– Хм?
– Неважно. В другой раз.
Киера кивнула.
– Да, и еще одно.