Чтение онлайн

— Это его официальное изображение? — решил уточнить я.

Мари хихикнула. Что-то в моём вопросе её позабавило.

— Это его любимый портрет, который он рекомендует использовать в случае, если кто-то желает выразить своё уважение к нему, — в голосе девушки слышалось веселье, её явно забавляло подобное отношение императора к портрету. — Но его запрещено вешать в «кабаках». Не спрашивай почему. Это какая давняя история имперусов, и я не вдавалась в подобности.

— Ладно.

Хотя я всё же послушал бы историю, связанную с подобным запретом.

— Итак, Пётр Вечный. Могущественный обладатель эфира, что прожил не одну сотню лет, не утратив при этом ни силы тела, ни духа. И это не владея целительским даром. Он настоящий повелитель пламени, что сожгло не одну тысячу его врагов, его дар — объект зависти других магов и колдунов.

— Магов? — прервал я Мари, услышав неизвестное слово.

— Так раньше называли тех, кто владеет эфиром. В научных и официальных работах от этого термина отказались, но люди частенько используют слова из прошлого из-за того, что маг намного короче, чем владеющий эфиром, — дав мне ответ, девушка вернулась к рассказу. — Думаю, в его долголетии всё же участвуют целители, что связаны с Императорским родом. Известные мне технологии пока не могут дать подобного долголетия и сохранения уровня силы.

Оставалось только кивать. Я, к сожалению, пока до таких подробностей в своём изучении людей и их истории не дошёл. Сделав паузу, Мари продолжила мысль.

— За своё правление поучаствовал во множестве войн и сражений, из которых почти всегда выходил победителем. А если не выходил, оставлял после себя «пылающие пустоши».

— Рассказ об Алдруне тебя натолкнул на мысль сменить героя, о котором ты хочешь рассказать? — не удержался я от вопроса после упоминания пустошей.

— Да. Император Пётр, подобно вашему Прародителю, готов использовать для победы над врагом и сохранения своей Империи и народа любые средства и заклинания. За это и за политику ущемления знати любим простыми людьми. А те, кого коснулась его «ущемление» обвиняют его в том, что он просто властолюбивый тиран, что не позволяет вырасти соперникам, обрезая им крылья.

— А как считаешь ты?

— Никак.

Мари, поняв по моему удивлённому лицу, что не подобный ответ я ожидал, решила все же уточнить.

— Я никогда не жила в системах имперусов и обладаю совсем другим менталитетом. Поэтому и не могу дать тебе ответ.

— Но ты же почему-то подготовила о нём рассказ?

— Да. Чтобы ты знал, как выглядит и каким характером обладает человек, с которым тебе не стоит встречаться, — причина оказалась весьма неожиданной. — Есть подозрение, что за его долголетием и силой скрываются тайны и знания, связанные с чем-то нечеловеческим. И хорошо, если это иное наследие сераткхим.

— Боишься, что он сможет опознать меня?

— Да. Захочет подчинить или вовсе разобрать на кусочки.

— Не переживай. На данный случай у меня есть плетение взрыва.

Судя по встревоженному лицу Мари, свой предвкушающий оскал я скрыть не смог. Неужели появится повод не забыть добавить в своё копье подобное плетение?

Тяжело вздохнув и помотав головой, Мари выразила свою обеспокоенность моим ответом.

— Мне больше нравится, когда ты не показываешь такую воинственность.

— Просто прежде не видел достойных противников, — озвучил я причину своего спокойного поведения.

— Стало быть, Антон и Элис недостаточно сильны?

Интересный вопрос. Будь я на пике сил и в теле сераткхим, они вряд ли смогли бы пробиться сквозь мою защиту, используя лишь свои навыки, без какой-либо помощи оружия. Но эти мысли у меня возникли лишь после слов Мари.

— Я не считаю их возможными врагами. Они соратники сородича и мои наставники, что тратят своё время и силы на то, чтобы я быстрее освоился в новом для меня мире, — дал я честный и подробный ответ.

Услышав моё мнение, Мари улыбнулась. Ведь это касалось и её. Она наверняка догадывалась о моём отношении к ребятам, но, видимо, ей было приятно услышать об этом от меня.

Мари ещё немного рассказала об Императоре Петре Вечном, больше уделяя время его характеру и отношению к другим союзам землян, чем его боевым навыкам и способностям. Видимо, хотела, чтобы я уяснил, что он ценит прямолинейность и правду. Полагаю, она готовила меня к возможной встрече с Императором. Учитывая, что в планах Капитана моё пребывание должно проходить именно в системах имперусов, подобное могло случиться. Хоть и с ничтожным шансом. В ближайшие несколько лет.

Следующим героем оказался Ксиликс. Гордый сераткхим позировал на фоне красного небесного тела, являвшимся одним из спутников нашей родины. Судя по элементам управления и инфоэкранам, попавшим в кадр, это был мостик корабля. Ксиликс, сложив руки за спиной, хоть и принял подсказанную позу, но взгляд его тёмно-синих зрачков, что были сужены и представляли из себя скорее крест, чем четырёхконечную звезду, выдавал его недовольство. Направлен взор был наверняка на снимавшего и нёс в себе его презрительное отношение к подобному времяпрепровождению. Белый церемониальных доспех выделял его покрытую небольшим количеством чешуи тёмную кожу. Плотно сомкнутые челюсти скрывали клыки Ксиликса. Костяные отростки на подбородке и черепе выглядели светлее, чем я помнил. Он что, начистил их перед съёмкой? Кажется, я не сдержал ухмылки, и Мари, заметив это, воспользовалась возможностью начать разговор.

— Твоё нежелание говорить об интересующих Капитана сераткхим и то, как ты смотришь на Ксиликса, явно говорят о том, что ты знаешь его, — в тоне девушки не слышалась заинтересованность. — Поэтому, если боишься, что…

— Нет нужды вставать на мою сторону, Мари, — успокоил я её. — Наша неожиданная игра с Капитаном — лишь безобидное противостояние, возникшее из-за столкновения интересов.

— Как скажешь.

— Я знал Ксиликса, как и его брата. — как же не знать себя самого. — Но воевать плечом к плечу не доводилось. Он слыл прекрасным воином и стал бы хорошим командующим, заменив отца. Если бы мы победили.

— Странно, что Капитан не упоминал его брата, — задумчиво произнесла Мари.

— Заххак хоть и был похож на своего брата, унаследовав от родителей ту же кровь и силу, но был моложе и не выделялся особыми навыками. — жил во лжи и тени. Но этого я говорить не стал. — Героем его не назвать. А Капитана явно интересуют лишь те, кто прославил свои имена на поле боя и участвовал в битве, ставшей для нас последней.

— Поняла.

Мари, записав мои слова, не стала задавать вопросов. Всё же решила показать мне, что в этом противостоянии она на моей стороне.