Единственный
Шрифт:
— Брэндон, что это значит? — спросила я, вчитываясь в договор. — Ты… купил для меня это здание?!
— Ты же говорила недавно, — засунув руки в карманы джинсов объяснил он. — Что иногда тебе становится скучно, — добавил он. — И еще, ты очень хотела, чтобы наши дети в будущем занимались творчеством, — выдохнул Брэндон, приближаясь ко мне снова. — Я подумал, что ты могла бы здесь открыть свою школу искусств, как ты когда-то хотела, — почесав затылок, он посмотрел на меня пристально. — У тебя хорошие организаторские способности, — деловито добавил он.
— Ты это сейчас серьезно? — округлив глаза от шока, спросила я.
Что он такое говорит? Вдруг у меня не получится.
— У тебя все получится, — заверил он, заметив мою реакцию. — Я тебе помогу.
— Любимый, это такая ответственность…
— Ты в одиночку растила моего сына, — прошептал он, отчего я вздрогнула. — Параллельно училась в Лиге Плюща, — он поцеловал меня в щеку. — Ты сможешь все. Ты же смогла стать главным редактором после статей о цветах лаков в самом не просматриваемом разделе в журналах.
— Ты… читал мои статьи? — удивленно посмотрела на него. Брэндон кивнул. Он не говорил мне об этом. — Ты так веришь в меня?
— Абсолютно, — ответил он, кивая. — Твой отец скоро начнет строительство. Ты можешь делать с этим что угодно к тому времени, как все будет готово. В будущем, если ты захочешь, ты сможешь совмещать это со своей работой в журнале, потому что мы найдем тебе помощников. А если не захочешь — просто оставишь все как есть. Этот бизнес просто будет принадлежать тебе.
Прижавшись к нему, я крепко обвила руками его шею и поцеловала мужа в губы.
— Тина, дорогая, — заботливо протянул он. — Ты же моя умница, — добавил он. — Ты достойна того, чтобы сбывались все твои мечты.
— Моя самая главная мечта уже сбылась, — уткнувшись ему в грудь, прошептала я.
Мы буквально вломились в дом поздно ночью, смеясь и целуясь друг с другом. Мне давно не хватало подобных безрассудных эмоций, как в юности. Брэндон налил себе бокал вина, а мне сока, так как я все еще кормила грудью наших малышек.
— Потанцуешь со мной, малышка, — прошептал он, прижимаясь ко мне.
Брэндон включил музыку, и схватив меня за талию, увел в чувственный танец. Наклонившись, мужчина прижался лбом к моему лбу, улыбаясь и глядя мне в глаза. Его пальцы скользнули мне под рубашку, лаская кожу на спине.
— У меня для тебя есть еще один подарок, — и он, развернув меня к себе спиной, приобнял за талию.
Спустя минуту моей шеи коснулся холод от металла, и я заметила, как в ложбинку между грудями опустился кулон в форме сердца.
— Би, какая красота, — я посмотрела на ожерелье в зеркало рядом с кухней. — Что это?
— Бриллиант, — невозмутимо произнёс он.
— Это уже слишком, — прижавшись к нему, я поцеловала мужа в шею.
— Все для именинницы, — он поцеловал меня в макушку, обнимая. — Я люблю делать тебе подарки.
— Ты итак уже подарил мне счастье, — выдохнув, я поцеловала его в щеку.
Что может быть лучше и ценнее?
Брэндон постоянно балует меня разными подарками и сюрпризами. Мой любимый, идеальный муж. Мы никогда серьезно не ссоримся, а если дело доходит до каких-то споров, то он всегда соглашается со мной и делает все, что я хочу.
Правда потом, он сладко мстит мне и вымещает весь свой гнев на меня в спальне, после чего я еще очень долго бываю послушной и ласковой.
— Идем со мной, — прошептала я, хватая его за руку и направляясь в гостиную. Мягко толкнула мужа на диван.
Брэндон разместился на мягком сиденье, прожигая меня затуманенным взглядом насквозь. Перекинув ноги через его бедра, я оседлала мужчину, ерзая на нем. Внизу меня все закипело от возбуждения, и расстегнув пуговицы на своей рубашке, я бросила ее в дальний угол дивана. Муж смотрел на меня неотрывно, тяжело дыша, с темнотой в его глазах. Опустив руки ему на плечи, я мягко поцеловала его, покусывая и посасывая его теплые, полные губы и мужчина сразу же застонал. Втягивая нежную кожу в свой рот, словно пробовала ее на вкус.
— Хочу еще… — Брэндон зажмурился, облизывая губы. — Как это вкусно, — выдохнул он. — Обожаю, когда ты делаешь так… Давай еще…
— Сначала спой для меня, — прошептала я. — Я — именинница, — наклонившись, я чмокнула его в губы.
Брэндон пристально посмотрел на меня, сглатывая.
— А потом я тебя оближу и зацелую, — я провела языком по его губам, возбуждая его сильнее, — Буду ласкать тебя всю ночь…
— А я? — возмутился он. — Я тоже тебя хочу… — и он потянулся ко мне.
— День рождения у меня, — хихикнув, я чмокнула его в нос. — И самый сладкий кусочек торта должен быть моим.
— Ты сравниваешь меня с едой? — нарочито обиженным тоном протянул мой любимый мужчина.
Он выглядел слишком очаровательно и мило и меня это до жути возбуждало.
— Да, мой сладкий кусочек, — прошептала я в дюйме от его губ и не удержавшись, поцеловала его, зарываясь пальцами в его волосы. Жестко, врываясь в его рот своим языком. Мы целуемся взасос, постанывая от наслаждения.
К черту пение на сегодня. К черту вообще что-либо…
Брэндон смотрел на меня снизу-верх, похотливо раздевая и трахая глазами.
— Куколка, — хрипло протянул он, поднимая голову мне навстречу. Брэндон взял меня за руку и опустил мою ладонь на внушительный выступ на своих брюках. — Трахни меня своими сахарными губками, — прошептал он, прикусывая свои губы. — Сделай так, чтобы я кончил…
— Нет, — цокнув, я покачала головой, дразня мужа. — Сегодня ТЫ обязан исполнять все мои желания, — наклонившись, я чмокнула его в губы. — И это я хочу кончить…
— Так и будет, — он прижался к моей груди.
— Я хочу, — слабо поцеловав Брэндона в губы, хрипло прошептала я. — Чтобы ты трахал меня всю ночь, — я прикусила мочку его уха. Запах его тела вперемешку с его одеколоном жутко завел меня. — Дико и жестко. Как в наш медовый месяц в Париже.