Чтение онлайн

На этом "бьюике", забрав из камеры хранения сумку с оружием, Боксон уехал на целый день в безлюдный район за сто миль от Нью-Йорка, в горы Киттатини. Там провел испытания и пристрелку оружия - менял позы, расстояния, скорострельность; движущимися мишенями служили жестяные банки из-под пива, которые он пускал плыть по лесному ручью. Винтовка ему понравилась - эта система не зря состояла на вооружении армии США.

Пистолеты "кольт" с прикрепленными глушителями все же тяжеловаты, но мощность 45-го калибра компенсирует все их недостатки. Естественно, Боксон проводил все испытания в перчатках - он почти не снимал их от самой Мексики - даже за обедом; к перчаткам привык и уже не замечал их. Привыкать к бороде и очкам необходимости не было - в Африке часто не до бритья, а солнце сияет гораздо ярче.

Немного отдохнув после загородной прогулки, Боксон полночи катался по Нью-Йорку - осваивался на незнакомых улицах и изучал театр своих действий.

Он нисколько не удивился появившемуся чувству симпатии к этому городу - захотелось пожить в Нью-Йорке подольше; "Большое Яблоко" принимает любого - и любого признает своим.

Под утро, у дверей отеля, возвращавшегося Боксона остановили три юных кабальеро. Один щелкнул пружинным ножом:

– Давай деньги, быстро!

– Наконец-то!
– воскликнул Боксон, вынув из нагрудного кармана свернутые десять однодолларовых купюр, и протянул их вперед.

В сумраке свернутые в тугую пачку деньги выглядели чересчур привлекательно, поэтому к ним протянулись сразу три руки. Воспользовавшись секундным отвлечением внимания, Боксон сделал шаг назад, и достал револьвер:

– Замрите!

Грабители озадаченно уставились на оружие.

– Возьмите эту десятку, - сказал Боксон, - и найдите мне к завтрашнему дню хорошего шофера. Есть такой на примете?

– Я - шофер, - ответил тот, что достал нож и забрал деньги.

– Покажи водительские права.

– Прав у меня нет.

– Тогда найдите того, у кого такие права есть. Мне нужен настоящий шофер, а не угонщик. Платить буду хорошо.

– Хорошо - это сколько?
– поинтересовался другой налетчик.

– Полсотни долларов в день - в первую неделю, сотню в день - во вторую и последующие. Короче - в час дня буду сидеть здесь, в ресторане. Если найдется шофер - пусть приходит.

– Хорошо, сеньор, мы поговорим с парнями...

...В час дня к сидящему в ресторане "Аресибо" Боксону подошел молодой пуэрториканец.

– Я - шофер. Вот мое водительское удостоверение.

– Присаживайся. Кофе будешь?
– спросил Боксон.

– Лучше пиво.

– Мне нужен трезвый шофер.

– Тогда - кока-колу.

Боксон рассмотрел удостоверение.

– Значит, ты - Диего Нуэрра?

– Да, сеньор.

– Я - капитан Антонио Рамирес. Лишних вопросов не люблю. Также не люблю, когда не отвечают на мои вопросы.

– Я понял, сеньор Рамирес.

– Вот ключи от машины. Мой "бьюик" ты знаешь.

– Знаю...

– Для начала покатаемся по городу. Свози-ка меня в Маленькую Италию.

Они сели в машину, и как только тронулись, Боксон спросил:

– Кто главный в вашем квартале?

– Не знаю, сеньор Рамирес...

– Не ври, Диего! За те деньги, которые я предложил шоферу, ко мне бы с утра прибежала половина Бронкса. А пришел один ты. Значит, всем остальным приходить запретили, а босс послал тебя посмотреть, что за дурак разбрасывается деньгами. К тому же ты оставил на руке золотой перстень безработные из вашего квартала золото не носят. Кто тебя послал, Диего?

– Я не могу назвать его так сразу...

– Уже не надо! Лучше покажи, где ты живешь - мне все равно скоро понадобится шофер.

– В Литтл-Италию не поедем?

– Нет. Кстати, где мне найти хорошего угонщика автомобилей?

– Лучший - это я. Я живу вон в том доме, на третьем этаже, где окно открыто. А вам что-то надо угнать?

– Через неделю. Не ищи меня, я найду тебя сам. Кроме тебя, кто ещё хорошо водит машину?

– Мой брат Альфонсо. Он живет с нами, если меня не будет, то нанимайте его - не подведет.

– Спасибо, Диего. А боссу расскажи все, как есть и передай от меня: капитан Рамирес из Вальпараисо просит не беспокоиться, он здесь по личному делу. Рули к "Аресибо", вот твои полсотни за потраченное время.

В отсутствие Боксона его скромный багаж в отеле кто-то успел просмотреть - слишком уж эффектно Боксон заявил о себе этой ночью; на обыск отреагировал усмешкой - иного и не ожидал. Пока все шло по плану.

Оставив пустую сумку в отеле "Аресибо", никого не предупредив, он в тот же день переехал в скромный мотель "Небраска" - на западной окраине Нью-Йорка, почти за городом; там зарегистрировался под именем Эндрю Джексона из Денвера, штат Колорадо.

Вечером направил свой "бьюик" на Манхэттэн - по адресу Эндрю Прайса. По дороге завернул на вокзал и взял из хранящейся там сумки "кольт" с глушителем. Все шло по плану, и Боксон не позволял себе роскоши волнения.

3

Бывший наемник Эндрю Стивенсон Прайс в оружейный бизнес попал случайно и неожиданно для себя. Из ангольской заварухи 76-го года он вывез в Штаты пять новеньких итальянских пистолетов "беретта", и очень удачно продал их каким-то радикалам из Сальвадора; революционеры заказали ещё одну партию, но по ценам ниже, чем в оружейном магазине; платили наличными. Прайс немедленно вспомнил о швейцарце Гуго Шнайдере, с которым однажды пьянствовал в одном из военных лагерей УНИТА - Шнайдер приезжал продавать подержанные югославские минометы с комплектом боеприпасов. Швейцарец согласился на первую сделку, Прайс получил свои комиссионные. Помощь делу сальвадорской революции оказалась весьма прибыльным предприятием, и Эндрю Прайс вскоре сделался главным, а потом и единственным торговым агентом фирмы Шнайдера в этой маленькой пылающей стране. Но, когда в дело вошел синдикат Джулиано Джамбетта и китайское сообщество Гарри Ло, Прайс оказался обыкновенным экспедитором. После же смерти Гуго Шнайдера и перехода европейского филиала оружейной монополии неизвестно в чьи руки, Эндрю Прайс, хоть и ухвативший свою долю от общего пирога, обнаружил себя совершенно не у дел.

Отлично понимая, что попытка конкурировать с синдикатом приведет к обязательной в таких случаях гибели, он не решался организовать свой подпольный бизнес, но и заниматься каким-либо легальным делом тоже не спешил, ибо точно знал: мелкий частный бизнес - добровольная каторга. К тому же, ухваченная доля была достаточно велика, чтобы не бросаться в первую подвернувшуюся аферу. Так что пока Эндрю Прайс сидел целыми днями в кегельбане и ждал серьёзного поручения от синдиката; в том, что такое поручение рано или поздно появится, он не сомневался.