Чтение онлайн

Но и дома сидеть я не могла. Решила, что пойду прогуляться по району.

Район, где мне придётся жить, оказался вполне типичным. Новостройки, много мигрантов, много детей и собак, хорошая инфраструктура, вылизанная территория. Типичная Москва.

После большого дома и частной закрытой территории двора все это вызывало у меня раздражение.

Игорь прав. Я забыла, что жила в Подмосковье, выпрашивала у мамы деньги на вторые джинсы, невкусно ела.

Вспомнив о еде, я сразу стала искать глазами кофейню, ресторан или хотя бы пекарню. Мой мир рухнул, но кофе с пирожным никто не отменял.

Мне понравилась кондитерская, которая располагалась в доме напротив. Я зашла, села за столик и взяла себе пирожное с ягодами. Кроме ботокса и курортов, я была зависима от сладкого.

Всю свою жизнь я сладкоежка и даже немного кондитер. Мне всегда нравилось печь. Я изучила все классические рецепты десертов. Мы с Машей часто вместе готовили. Она обожала тирамису и красный бархат.

Я вдохнула поглубже, чтобы не разреветься, отломила ложкой кусочек медовика и отправила в рот. К сожалению, он и рядом не стоял с настоящим медовиком. На зубах скрипнул сахар. Кошмар. Про сахарную пудру никто не слышал. Я скривилась и скорее сделала глоток кофе. Он был ненамного лучше пирожного. Дешевое зерно, слишком много воды.

Доедать и допивать не было никакого желания. Обычно я не ругаюсь в ресторанах, но сегодня день не задался с утра. Я подошла к девушке за стойкой и спросила:

– У вас медовик из магазина?

– Нет. Что вы! Это собственное производство, – возмутилась она.

– Сахар в креме не растаял и хрустит на зубах. Коржи сухие.

Девушка развела руками и выдала дежурную фразу:

– Я передам повару. Мы учтем ваши пожелания.

Кофе тоже жидкий и кислый, – добавила я.

– Я передам… – начала она.

Но я не дослушала и махнула рукой. Она сама варила мне американо. Кому передавать замечания при таком раскладе? Кофемашине?

Оставив на столе и медовик, и кофе, я вышла на улицу. Очередное разочарование. Сюда больше ни ногой.

– Зажралась, – буркнула я себе под нос.

– Нет. Вы правы на сто процентов, – проговорила у меня за спиной девушка.

Я вздрогнула, потому что не заметила ее.

– Извините…

– Кофе. – Она показала мне стакан из этой пекарни. – Он паршивый. Как и десерты. За углом есть другая пекарня, но там еще хуже. Мы все страдаем, но делать нечего. Приходиться брать то, что дают. С молоком почти нормально.

Она сделал глоток.

– Проблемы белых людей, – усмехнулась я.

– Ну да. Хорошего дня.

Махнув мне рукой, девушка поспешила к машине, что стояла у пекарни. Маленький разговор меня немного взбодрил, а вот новости про местный общепит расстроили. Придется что-то придумать.

Отвлекая от мелочей, зазвонил телефон. Я сняла трубку.

– Кира Викторовна, добрый день. Вам удобно говорить?

– Да, – аккуратно ответила я, готовясь послать мошенников и рекламщиков.

– Меня зовут Дмитрий Лесин. Вы искали адвоката для развода.

С Дмитрием я встретилась на следующий день в его офисе. Он внимательно слушал меня, не перебивал и выдал неутешительный итог, когда я иссякла.

– Порадовать мне вас нечем, Кира Викторовна, – сказал адвокат. – Я мог бы вытрясти из вас деньги и душу за кровавую бойню в суде. Супругу вашему тоже помотали бы нервы. Но вы ведь не этого хотите.

– Я хочу забрать дочь, – уверенно выпалила я.

– Ваш муж сделает все, чтобы этого не случилось.

Дмитрий смотрел на меня с сочувствием и выглядел немного виноватым. Я терла влажные ладони, стараясь не заплакать.

– Почему? Зачем ему Маша? – почти выла я.

Задавать эти вопросы юристу – без толку. С тем же успехом можно спрашивать у Господа Бога. Боюсь он, как и Дмитрий, не в силах понять Игоря.

И уж точно я не ждала ответа на свой вопрос. Но Дмитрий неожиданно меня просветил.

– Так вышло, что я немного соприкасался с бизнесом вашего супруга.

Дмитрий поморщился. Очевидно, соприкосновение с Игорем ему не понравилось.

– Я и зацепился за ваш развод по личному мотиву, – признался он.

Для меня не стало это неожиданностью. Игорь работал не только в офисе, но и дома иногда. Он регулярно говорил по телефону на повышенных тонах. У него часто случались конфликты с конкурентами.

– И почему же вы отказываете мне теперь? – возмутилась я.

– Потому что он обязательно сделает то, что обещал, Кира Викторовна. Вы в лучшем случае лишитесь материнских прав.

– А в худшем? – Мой голос стал похож на писк.

Дмитрий отвел глаза и бросил в сторону:

– Лечиться ляжете или…

– Или?

– Или сядете. Он не отдаст вам ребенка.

Я не могла и не хотела верить его словам. Но у меня складывалось ощущение, что Дмитрий Лесин знает про Игоря куда больше, чем я.

Моих знаний хватало на оптимистичные прогнозы.

– Он понятия не имеет, что делать с ребенком.

– Зато в этом хорошо разбирается ваша бывшая няня.

Аргументы Дмитрия железные. И это ужасно злило. Я сжала кулаки и сузила глаза.

– Она будет присматривать за вашей дочерью, – продолжал Лесин. – Это идеальный план, Кира. К сожалению, вам нет места в кампании мужа.

– Кампании? – переспросила я.

– Да. Он будет баллотироваться через год в своем округе.

– Игорь? – я нервно расхохоталась. – Да он чуть не сел по молодости.

Дмитрий склонил голову. Я его не удивила информацией о возможной судимости мужа.

– Он был оправдан. Но вы правы. Давыдову нужна идеальная репутация. Вряд ли он бы посмел развестись с вами ради няни. Но она забеременела. Ему придется жениться и стать примерным отцом двоих детей. И дочь он вам не отдаст.