Чтение онлайн

Но это. Этого я правда хочу. Хочу так, что чувствую вкус желания на кончике языка.

К моему удивлению, выслеживать Фэрли с собаками не приходится. Он сам окликает меня, едва я вхожу в холл.

– Здравствуйте, мистер Фэрли! – кричу я в ответ, пытаясь унять свой энтузиазм. – Давно не виделись.

– И правда, – кивает он. – Сколько уже прошло, года три?

– Около того.

Я поправляю хоккейную сумку на плече и подхожу ближе.

Мистер Фэрли не самого высокого роста, но у него телосложение танка – грудь колесом, мясистая шея. В хоккей он играл в молодости, но большого успеха в профессиональном спорте не добился – в основном из-за роста. В конечном счете он пошел в тренеры, и вот там-то к нему пришел успех. А теперь, судя по всему, он вышел на новый уровень.

– Поздравляю с победой.

– Я не ожидала, что будет такое противостояние, – с сожалением признаюсь я.

Он кивает.

– Отлично проявила себя в буллитах.

– Спасибо. Я слышала, вас тоже можно поздравить. Тренер Эдли сказал, вас назначили главным тренером сборной США.

Глаза его сияют от гордости.

– Да, спасибо. Жду не дождусь, когда смогу возглавить команду. Пора уже медали завоевывать.

– Здорово звучит… – Я делаю паузу, надеясь, что он ее как-то заполнит. Молюсь, чтобы он хоть что-то мне сказал, хоть как-то намекнул, на каком этапе создания команды он находится.

Но он молчит.

Мне приходится неловко продолжить.

– Я имею в виду… то есть это, конечно, само собой разумеется, но я бы очень хотела стать одним из кандидатов для отбора.

Еще кивок.

– Разумеется. Мы сейчас присматриваемся к нескольким игрокам. В этом году в студенческом хоккее есть очень динамичная группа игроков.

Вранье.

Стискиваю зубы, стараясь не показать своего негодования. Я ни в коем случае не высокомерна, но знаю абсолютно всех хоккеистов в студенческой ассоциации, в том числе первокурсников, которых отобрали только в этом году. Кое-кто из новичков и правда обладает потенциалом, но по большей части среди всех программ Д1 есть лишь несколько выдающихся игроков. И я определенно вхожу в десятку, если не в пятерку, лучших.

– Что ж, отрадно слышать. Не знаю, сколько игроков из колледжа обычно входят в состав, но…

– Процентов тридцать-сорок, – любезно сообщает он, и меня это быстро затыкает.

Черт. Суровый показатель. Учитывая размер состава, там, наверное, совсем немного свободных мест, а значит, он выберет двух, может быть, трех девчонок из колледжа.

– Как я и говорил, – продолжает он, заметив мое выражение лица, – сейчас мы присматриваемся к нескольким игрокам, но ты, разумеется, одна из них, Джиджи. У тебя, конечно, есть проблемы, над которыми надо поработать, но они у всех есть.

– И какие проблемы? – тут же спрашиваю я, слишком поздно сообразив, что звучит это так, будто его критика меня обижает, так что поспешно добавляю: – Я буду признательна за любой совет. Я только рада усовершенствовать свою манеру игры.

Он поджимает губы.

– Проблема та же, что и всегда. Ты совершенно неэффективна за воротами.

Вот теперь я точно встаю на дыбы, потому что он ведет себя так, будто эта «проблема» – какая-то ахиллесова пята, которая мешает мне уже не один год и не дает добиться успеха. Просто чушь. У любого игрока есть сильные и слабые стороны.

– Хорошо, что вы об этом сказали, спасибо. Надо будет обсудить этот момент с тренером Эдли, – киваю я, после чего заставляю себя спросить: – Как дела у Эммы, кстати? Она же в Калифорнийском [23] , верно? – знаю, что, если не спросила бы, он бы заподозрил неладное.

– У нее все хорошо. На Западном побережье она просто процветает. Получила небольшую роль в пилотной серии сериала.

– Круто, – вру я.

Мне не по себе, что у нее все так здорово, и я ненавижу себя за малодушие. Не хочу быть малодушным человеком.

– Я передам, что ты про нее спрашивала.

Пожалуйста, не надо, – мысленно умоляю я.

Впрочем, учитывая некоторую напряженность в его голосе, подозреваю, он в любом случае не собирался передавать от меня привет. Да… эти отношения она для меня точно отравила.

– Что ж, рад был повидаться, Джиджи. Я вижу еще кое-кого, с кем мне надо поговорить.

Он похлопывает меня по руке, а затем, к моему вящему ужасу, отправляется навстречу Бетани Кларк, капитану команды «Провиденса».

Это что – шутка? Может, сегодня Бетани и правда хорошо сыграла, но она и близко недотягивает до моего уровня. Мне будто пощечину дали. Горло сдавливает зависть и обида, и я бросаюсь на улицу. Даже выйдя на теплый влажный воздух, не могу стряхнуть ощущение холода.

На середины лестницы снова слышу, как меня окликают.

– Джиджи, подожди.

Оглядываюсь и вижу, что у подножья лестницы, слева от меня, маячит фигура Люка Райдера. Выцветшие джинсы подчеркивают длинные ноги, на нем черная футболка и кепка «Бостон Брюинз» [24] , натянутая так низко, что даже глаз не видно.

Я спускаюсь на тротуар, он идет мне навстречу. Невольно хмурюсь.

– Что ты тут делаешь?

Он пожимает плечами.

– Давай словами, Райдер.

Я не в настроении для разговоров в стиле пещерных людей. Отказ Брэда Фэрли до сих пор жжет, как кислота.

Райдер снимает кепку, проводит рукой по волосам, приглаживая их, снова натягивает кепку… я наблюдаю за ним и подмечаю браслет на запястье правой руки. Сплетен он из черных и серых нитей и напоминает браслеты дружбы вроде тех, которые тебе вечно впаривают местные, когда отдыхаешь на островах, – лишь бы ты купил бесполезную безделушку. Браслет старый и потрепанный, он его, наверное, сто лет уже носит.

– Хотел оценить, как ты играешь.

– Хорошо. – Странный, но до чего забавный. Окидываю его долгим взглядом. – Ну как, понравилось?

Он вроде как снова пытается пожать плечами, но замечает выражение моего лица и замирает.

– Было куда более драматично, чем я ожидал, – посмеивается он. – И буллиты вам были не нужны.

– Думаешь, надо было закончить вничью?

– Нет, я имею в виду ровно то, что сказал: буллиты вам были не нужны. Вы могли бы выиграть в третьем периоде.