Чтение онлайн

"Интересно, а с брассики какой мед? И стоит ли его вообще пробовать, все-таки используется цветок в очень специфичной области... " - так и этак прикидывала Елена Павловна. "Свекрови и Энн подарю. " Пусть трескают, - наконец, определилась она и даже немного повеселела. К счастью для нее на этой оптимистической ноте вечер закончился. Тетушки вспомнили, что время близится к полуночи и засобирались спатеньки.

"Не прошло и года, " - желая всем доброй ночи, радовалась Елена Павловна. "Сегодня я не дам одеть тебе ночнушку, зараза синеглазая, " - нетерпеливо закусывала губку она, идя под руку с мужем. "За все ответишь, " - мстительно предвкушала потирала руки.

– Позволь оставить тебя, дорогая, - не подозревая, о демонах, воющих в груди нежно улыбающейся супруги, поклонился герцог.
– Время уже позднее, ты устала...

– Не настолько чтобы спать одной, – сказала, как отрезала женщина, впиваясь поцелуем в губы синеглазого негодника.
– В Инверари ночи ты проводишь только в моей спальне, – выдохнула она, прервав поцелуй.
– Понял?

– Да, моя грозная леди, – Вэль подхватил охнувшую жену на руки, а она уже не слышала, горела в том огне, который терзает сердца всех любящих.

Пусть тот, кому не знакомо это чувство осудит. И слабая она, и беспринципная, и корыстная. И гордости у нее нет - готова делить мужа с любовницей. Приспособленка подлая, а не порядочная попаданка, не женщина с высокой моральной ответственностью. Другая бы на ее месте уже построила всех, выдрессировала мужа и свекровь, выдрала волосы сопернице, а потом сбежала бы куда подальше. Но непременно к другому красавчику, не менее богатому и родовитому, уж он по достоинству оценил доставшееся сокровище.

?лене Павловне дела не было до мыслей окружающих. Ей был нужен этот мир, этот мужчина, его дети. А любовница... Да хрен с ней. Моржовый. Пусть у юной профурсетки все будет хорошо... А своего счастья Елена Павловна не упустит. Зубами вцепится, но выгрызет его у судьбы.

Что интересно, при все этом на Вэля она особо не злилась. Можно сказать, понимала. Молодой мужик, женили против воли. На нелюбимой, между прочим. Ну есть притяжение, вызванное магическим резонансом, так это чистая физика, а душа рвется к Энн. Да даже если и не рвется уже, все равно его светлости очень удобно иметь и понимающую жену и нежную фаворитку. Обидно ли это Елене Павловне? Отчасти. Но тут уж ничего не поделаешь.

Что же касается Энн, ?лена Павловна не испытывала к ней ненависти. Поминала, конечно, недобрым словом, но и только. Она даже немного сочувствовала леди Нэвил, хоть и не понимала ее желания стать официальной любовницей. Пусть даже она любила Арвэля. Богатых и красивых любить легко, но принять статус официальной фаворитки... Для этого надо иметь определенный склад характера и стремление к власти.

Окажись Елена Павловна на месте Энн, предпочла бы замужество с кем-нибудь попроще. Авось жизнь поспокойнее сложилась бы. Но к чему гадать, лучше наслаждаться, что есть. А это немало. Особенно сейчас, когда сильные руки мужа закрывают от всего мира, когда пьешь его дыхание и не можешь напиться, когда удовольствие нарастает, накрывая девятым валом...

***

– Я скучал, - утолив первый любовный голод, признался Вэль.

– Уж будто, - не поверила Елена Павловна, расслабленно глядя в потолок, или как это называется у балдахинов. Она никак не могла запомнить.

– Слово чести, - прижавшись щекой к животу жены, немного обиженно сказал он. – Мне вас так не хватало. А вам?

– Нам?
– она задумчиво перебирала смоляные кудри мужа и ответила не сразу.
– За детей не скажу, не знаю, а мне скучать некогда было. Столько дел по хозяйству, – пожаловалась, глядя в расстроенное лицо.

– Совсем-совсем не скучала?
– герцог сделался похож на обиженного ребенка. – А, впрочем, я так и понял, когда не застал тебя дома. Ее светлость отправилась в аббатство, - он очень похоже изобразил управляющего. – Я верхом туда, а ты, оказывается, уже инспектируешь поля. Вот скажи, Элен, чего там инспектировать?

– У нас - сельских жителей свои причуды, – рассмеялась Елена Павловна.

– Ну, конечно, – окончательно обиделся Арвэль.
– Самое противное, что и в полях тебя не было, и в усадьбе Греев... Что, кстати, ты там забыла, милая?

– Договаривалась насчет приюта, - пожаловалась та.
– Представляешь, девочки кому-то помешали в аббатстве.

– Хм...
– смутился мужчина, который, судя по всему, прекрасно знал этого кого-то. – Но все-таки я вас настиг.

– Ты - мой герой, - похвалила Елена Павловна и потянулась за поцелуем.
– Хочешь, я кое в чем тебе признаюсь?
– спустя некоторое время шепнула она.

– Еще спрашиваешь? – азартом сверкнули синие очи.

– Я безумно тосковала. Даже песню сложила.

– Врешь, - обрадовался Вэль.

– Фи, – оттолкнула мужа Елена Павловна.
– Стыдитесь, герцог. Где ваши манеры?

– В казарме, - сглотнул тот, наблюдая за обнаженной супругой.

А она, накинув халат, дабы не смущать мужа и властелина, взяла лютню и села к огню. Елене Павловне всегда хотелось заниматься музыкой, но не сложилось, не срослось. Какова же была ее радость, когда выяснилось, что леди Элен прекрасно играет на лютне. Вот только репертуарчик подкачал. Но это дело решаемое, вполне посильное для человека мыслящего.

Так что спустя некоторое время Елена Павловна его значительно расширила, адаптировав для Бригии песни нашего мира. Одну из них она и запела, легко перебирая струны лютни:

– Уехал славный рыцарь мой

Пятнадцать лет назад,

Но на прощанье я ему

Заворожила взгляд.

За сотни рек, за сотни гор

Направив бег коня,

Во всех красавицах с тех пор

Он узнает меня.

А с башни время сыплет звон,

Дин-дон, дин-дон, дин-дон...

Увы, не только за окном