Эффект морской раковины

В наступившей после выстрелов тишине приказ снять повязки прозвучал оглушающе громко.

Ник догадывался, что именно увидит. Догадывался, но, опустив полосу мягкой, плотной ткани на шею, вздрогнул и сглотнул. До мобилизации он не раз задумывался над тем, сможет ли убить человека.

Ну, вот теперь он знает.

Хотя…

Стоящего слева от него в шеренге, невысокого крепыша с бульдожьей челюстью, вывернуло прямо на песок. Судя по звукам, доносящимся откуда-то справа, его сосед был не единственным, кого потянуло блевать от непривычного зрелища смерти.

— Следующих! — гаркнул с вышки старшина, и минуту спустя перед новобранцами стояла свежая цепочка "улучшенных". Бледные и темнокожие, высокие и низкорослые, с тонкими руками, безволосыми головами, большими глазами… Одни были похожи на людей; другие на людей почти не походили.

— Повязки! — скомандовал надзирающий за свежим пополнением невысокий жилистый сержант.

"Усложняют задачу", — констатировал про себя Ник. Первый раз новобранцы не знали, во что стреляют. Теперь, пусть по-прежнему с завязанными глазами, но знают.

Натягивая на глаза эластичную черную ткань, Ник успел заметить, что у соседа слева дрожали руки и мелко тряслась массивная, упрямо выдающаяся вперед нижняя челюсть.

— Огонь!

Когда треск затих, приказа снять повязки не последовало.

В наступившей тишине был отчетливо слышен скрип песка под подошвами тяжелых армейских ботинок — вдоль шеренги шел сержант.

Скрип затих, как показалось Нику, прямо напротив него.

Нет. Чуть левее.

Звук тычка, рык:

— Поднять автомат!

В тишине слышно только натужное дыхание соседа слева.

— Поднять автомат!

Дыхание сорвалось на всхлипы.

Хлесткий звук удара; глухой — падающего тела.

— Встать!.. Поднять автомат!.. Огонь!

Тишина.

Сопение, возня, удаляющийся скрип песка под тяжелыми армейскими ботинками.

— Призывники! Поднять автоматы!.. Огонь!

Теперь Ник знал, что именно он увидит, и потому руки, опускавшие полосу мягкой, плотной ткани на шею, дрожали. Да что уж там дрожали — ходили ходуном.

До мобилизации он не раз задумывался над тем, сможет ли убить человека.

Теперь он знает…

"Каждый имеет право на свободный выбор собственного внешнего вида и внутреннего устройства своего организма, а также право на применение в организме кибернетических устройств и искусственных органов".

Пункт первый Всемирной Декларации общества биологических носителей человеческого интеллекта. Проект представлен на рассмотрение на международной конференции в Женеве в 2398 году. Документ не ратифицирован.

— Думаешь, это правда, что "улучшенные" умеют читать мысли людей?

Голова Таши лежала у Ника на плече; девушка задумчиво вертела в руках простенькую цепочку с медальоном — её регистрационный номер рядового.

— Нет, — уверенно отозвался Ник, легко ероша короткие темные волосы на затылке девушки. — Если бы они читали наши мысли, они бы давно уже нас разбили. Логично?

— Логично, — рассеянно согласилась Таша. — А что, если им не надо нас разбивать?

— В смысле?

— Ну… Если они не хотят нас уничтожить? Они ведь никогда не нападают первыми… Только защищаются.

— Не хватает военной мощности, вот и не нападают. А мы последовательными наступательными действиями не даем им мобилизоваться для атаки.

— Да ладно тебе, Ник, — перебила Таша, — Подумай сам, ведь когда-то "улучшенные" были людьми…

— И что? Это не мешает им убивать нас. У нас огромные потери. Ежедневно. Нет, Таша, "улучшенные" — не люди.

Ответы на такие вопросы отскакивали у Ника от зубов. Еще бы — ведь они заучены едва не с пелёнок. Не надо ничего придумывать; простые ответы — они самые верны.

— Думаешь?.. — с сомнением протянула Таша.

Но Нику больше не хотелось разговоров о военной политике. Особенно сегодня — ожидание первого боя кипятило кровь, проводило смычком по струнам нервов. Хотелось снять напряжение; хотелось отвлечься, хотелось не думать о том, что завтра он может умереть.

И не надо ничего придумывать. Есть верный способ — старый, как мир.

Не дослушав девушку, Ник быстрым движением перекатился на узкой казарменной койке, навис, опираясь на локти, над Ташей.

Простые способы — они самые верные.

"Белковые апгрейды, заменяющие более пятнадцати процентов человеческого организма, приводят к заметному изменению морфологических признаков человека.

При замене более пятидесяти процентов естественных клеток на синтезированные белковые молекулы наблюдается увеличение средней продолжительности жизни человека на двести десять процентов.

Одновременно при замене более пятидесяти процентов естественных клеток на синтетические наблюдаются существенные изменения генетического кода человека. Подобные изменения являются необратимыми и кардинально меняют известную нам природу человека, превращая homo sapiens, человека разумного, в принципиально новый вид разумного существа — homo preficeris, человека улучшенного".

Из доклада Международной Комиссии по исследованиям белковых апгрейдов, 2449 год.

Ник явился на войну по призыву; армейская служба для него была всего лишь обязанностью. Потому, когда ему предложили нашивки младшего сержанта, он принял их без энтузиазма.

Зато потом радовался: теперь он сам определял составы групп для боевых заданий и мог отправлять Ташу на самые безопасные — на патрули.

Девушка не спорила — понятие воинской дисциплины инструкторы вбивали в новобранцев крепко. Но ночью, когда гас свет, и в казармах наступала тишина, Таша тихонько сопела ему в грудь и просила: