Чтение онлайн

– Но помочь можно? – спросил дед.

– В случае Джейн Грейнджер – да, – сказал Сметвик, – она сама целитель, понимает, что за состоянием здоровья следить необходимо. Ее организм почти восстановился. Курс зелий я пропишу, мисс Марч готова ее вести. Расчеты сделать не проблема. Последствия Обливейта я уберу первым делом. Правда, она вспомнит все.

– Если вы думаете, что это я стер ей память, – сказал дед, – то ошибаетесь. И мой сын, хоть и состоял в печально известной организации, не причинял ей вреда. Ничего страшного и унизительного миссис Грейнджер не вспомнит.

– Я рад, что это так, – улыбнулся Сметвик, – тогда заключаем договор.

– А последствия Обливейта легко убрать? – спросила я.

– Не всегда, – ответил Сметвик, – часто маги подстраховываются, подкрепляя заклинания забвения ментальными приказами. Если колдовать будет неопытный маг, то тоже могут быть неожиданные последствия. Ну и самый дикий случай упомянут в литературе – Обливейт накладывали сломанной волшебной палочкой.

– Разве можно колдовать сломанной волшебной палочкой? – удивился дед.

– Мистер Крауч, – вздохнул целитель, – если я начну вам рассказывать, чем умудряются колдовать отдельные волшебники, что они вытворяют с артефактами и как изгаляются над зельями, то вы утратите веру в разумность магического мира в целом! Это я еще про ошибки при проведении ритуалов не говорю. Впишут в круг побольше рун, а об их положении и совместимости и не подумают. Вот недавно привезли нашего заслуженного аврора Моуди. Подозрение на зависимость от «Круцио». Я так понимаю, юные леди были свидетельницами?

Я поморщилась.

– Он на уроке такое устроил…

– Ну так вот, – Сметвик отпил из бокала, – а врожденная жестокость и зависимость от пыточных проклятий подпитывалась постоянным контактом с темным артефактом. Мы давно хотели исследовать этот его знаменитый глаз, все-таки такие возможности для протезирования и лечения. А он не давал. Потом он где-то свой артефакт потерял, ритуал привязки был разорван насильно и не по правилам. Теперь сидит в палате с мягкими стенами. Ибо буен и опасен. А пришел бы к нам сразу, мы бы глаз исследовали, негативные последствия нейтрализовали, если бы понадобилось – связь разорвали аккуратно. Остался бы в своем уме и не пугал детишек.

Спасибо, пикси, что бы мы без вас делали!

– Сэр, – тихо спросила Мэгги, – а на колдомедика долго учиться?

– Хотите лечить, мисс?

Она энергично кивнула.

– Что по чарам и зельям? – строго спросил целитель.

– «Превосходно», – ответила Мэгги.

Сметвик улыбнулся.

– Литературу я порекомендую, – сказал он, – можете и на приеме поприсутствовать, чтобы убедиться, что колдомедицина – это ваше. А после Хогвартса милости прошу на курсы целителей и к нам в Мунго.

Мэгги бросила быстрый взгляд на деда, а когда тот кивнул, расплылась в счастливой улыбке.

– Спасибо, сэр.

А Барти разволновался, когда узнал, что Обливейт с миссис Грейнджер будет снят.

– Ты все-таки что-то натворил? – строго спросил дед.

– Статут нарушал? – предположила я.

Барти вздохнул.

– Я ее на метле катал. И так… по мелочи.

Дед закатил глаза. Барти виновато улыбнулся и зашуршал свитками. И что с него взять? А мне уже в который раз стало жалко Джейн. Побывала в сказке, полетала на метле. Сперва память стерли, потом на ребенке сказалось. И сколько таких Джейн?

Сам же мистер Крауч провел несколько ритуалов, позволяющих ему отслеживать наше с Мэгги местоположение. И выдал по артефакту, который, случись что, подал бы сигнал опасности. Это были тонкие серебряные браслеты, которые тут же стали невидимыми на руке, стоило размазать по ним капельку крови.

– Сэр, а на вас не нападут? – спросила я.

– Это будет очень опрометчиво со стороны того, кто попытается это сделать, Гермиона, – ответил он.

– А если отравят? Или попробуют чем-нибудь заразить? Например, драконьей оспой. Я слышала, что многие волшебники почти одновременно и внезапно умерли от этой болезни. Поцарапают вас чем-нибудь зараженным – и все.

Дед нахмурился. Похоже, о таких методах расправы с врагами он не думал. Что значит – порядочный человек.

– Хорошо, – сказал он, – я буду носить с собой зелье Гюнхильды. И следить за всеми подозрительными царапинами.

– Лучше перчаток не снимайте, сэр, – предложила Мэгги, – обниматься и целоваться к вам вряд ли полезут. А вот при рукопожатии можно поцарапать, например, кольцом. Я про такое слышала, правда, там яд был.

– Но так можно и зараженной стрелкой оцарапать, – сказала я, – бросить, например. А выглядеть будет как укус насекомого. Сейчас насекомых нет, а вот весной...

И тут я вспомнила про одно насекомое, для которого и зима не помеха. Как бы отловить Риту Скиттер? И использовать по назначению.

Дед же явно был под впечатлением от наших познаний.

– Вы поставили меня в тупик, девочки, – признался он, – даже не знаю, что делать.

– А если посоветоваться с кем-нибудь из аврората? – предложила я. – А валить можно на нас. Я много чего читала, Мэгги слышала. Ну и мы могли покопаться в старых газетах и удивиться, что, например, Поттеры и лорд Малфой вдруг скончались от хорошо изученной болячки, да еще в одно время. И без контакта с драконами. Если заинтересуются, детективами мы их обеспечим, много идей обнаружат.

– Я подумаю, – сказал дед, – обещаю.

Барти тоже задумался.

– Просчитать все варианты невозможно, – тяжело вздохнул он.

– А привить драконью оспу можно? – спросила я. – Чтобы перенести в легкой форме. Если драконологи не болеют, то это возможно. В средние века такое было с доярками и натуральной оспой. Они заражались от коров, но переносили болезнь в легкой форме. И потом не болели.

– Я бы не хотел болеть этим и в легкой форме, – передернул плечами дед, – редкостная гадость.