Чтение онлайн

Вдруг женщина издала звук похожий на стон. Ее силы были явно на исходе.

Я сделал шаг и стал Валерием Сергеевичем, а уже от нас, как и раньше, отделился шар. В этот раз он не имел четких очертаний. Какой-то кусок желе, которому небрежно кто-то попытался придать шарообразную форму.

«Не расплескался бы», – подумал я.

Руки Ольги действительно не выдержали. Тело Валерия Сергеевича, в котором теперь находился я, навалилось на прижатую к стенке женщину. Я ощутил под собой ее грудь, а руки автоматически легли на ее ягодицы. Во мне боролись два сильных чувства: желание вновь обладать этой женщиной и отвращение от того, что я был в теле насильника.

Ольга повернула голову набок, стараясь отстраниться от моего лица, и всхлипнула.

– Ну все, все, – сказал я и сделал шаг назад.

В комнате, где я застал свою соседку с пристающим к ней врачом, был неяркий свет, но даже при нем я заметил, как удивленно посмотрела на меня моя соседка. Она осмотрела меня с головы до ног, словно пытаясь понять причину перемены моего настроения. Ее взгляд остановился на моем причинном месте. Еще минуту назад там бодро топорщились штаны Валерия Сергеевича, а теперь все было гладко.

– Все закончилось, – повторил я. – И не так, как вы могли бы подумать.

Я не знал, что мне дальше делать. Я оказался в нужном месте, но не в нужное время.

«А может быть, наоборот, в очень даже нужное».

Я понял, что мне совершенно не хочется оставлять все, как есть. Я мог бы попытаться вернуться обратно в свое тело, но было понятно, что, как только я это сделаю, Валерий Сергеевич вновь примется за свое.

– Я поступил нехорошо, – сказал я. – Такое больше не повторится.

«Ну и что?» – подумал я. – «Ольга успокоится, но тем хуже будет для нее, когда Валерий Сергеевич начнет снова приставать к ней».

– Ольга Владимировна, – продолжил я. – Я напишу вам письменное обязательство, не домогаться вас.

Я подошел к столу, который был в комнате, нашел листок бумаги, ручку и стал писать, повторяя написанное вслух.

«Я, Валерий Сергеевич…

Фамилию врача я не знал, но выручил бэйджик на халате.

…Хорошенко, 15.04.21. совершил действия по сексуальному домогательству в отношении Ольги Владимировны…

– Как ваша фамилия?

Подходить к своей знакомой и рассматривать на ее груди бэйджик я не рискнул. Я по-прежнему хотел ее и то, что все так плохо получилось, дико меня расстраивало.

– Говорова, – сказала Ольга, продолжая удивленно меня рассматривать.

– … Говоровой. При этом я подтверждаю, что никаких поводов для моих домогательств Ольга Владимировна Говорова не давала. Обязуюсь впредь не допускать подобных действий и приношу свои извинения.

Я поставил дату. Надо было подписаться.

«Вот засада! Как же он подписывался?»

Я начал рыться в документах на столе, чтобы найти образец подписи врача-насильника, но потом в голову пришла другая мысль. Я постарался расслабиться и дать руке Валерия Сергеевича сделать подпись самой.

«Должна же у него сохраниться какая-то мышечная память», – решил я.

Рука моего временного тела действительно вывела под написанным мной текстом какую-то закорючку.

«Вот и хорошо!»

Я подошел к Ольге и протянул написанную бумажку.

В глазах женщины кроме удивления теперь появилось что-то похожее на жалость.

«Она жалеет его что ли?» – подумал я.

– Валерий Сергеевич, не надо, – молодая женщина отодвинула протянутое ей признание и обязательство. – Я вам и так верю.

– Нет, я настаиваю, – я вновь попытался всучить ей свое сочинение. – Я поступил плохо и не хочу, чтобы это повторилось.

– Не надо, – вновь сказала Ольга. – Просто у вас, наверное, был плохой день.

Блин! Мой наспех придуманный план рассыпался на глазах. Что же делать?

Когда я рылся в бумагах на столе врача, я заметил кое-что интересное. За ножкой стола пряталась початая бутылка недорого коньяка. Я решил этим воспользоваться.

Вернулся к столу, взял бутылку и сделал два больших глотка. Желудок болезненно всхлипнул, но я только усмехнулся. Хоть так наказал насильника. Потом я подошел к Ольге, взял ее за руку и потащил, ничего не понимающую, из комнаты в общий коридор.

Там, как назло, было пусто, а мне требовались зрители. Но они все же нашлись. Вернее, нашлась. За стойкой посреди коридора сидела другая медсестра. Примерно такого же возраста, как и моя соседка, только полненькая. Таких обычно называют «пышками».

Наш выход не остался незамеченным этим зрителем, и я решил его не разочаровывать.

Подошел к стойке и бесцеремонно приподнял бейджик на груди «пышки».

«Ага, Лариса Евгеньевна», – прочитал я.

– Лариса Евгеньевна, – я обратился к медсестре. – Я хочу, чтобы вы были свидетелем.

– Не надо, – подала сзади голос Ольга.

– Нет, надо! – сказал я. – Я поступил плохо и должен нести ответственность за свои поступки.

– Я только что сексуально домогался до Ольги Владимировна, – продолжил я, а «пышка» ахнула и почему-то со злостью посмотрела на Ольгу. – Вот мое письменное признание. – Я выложил на стойку написанную ранее бумагу.

– Также хочу отметить, что Ольга Владимировна не давала мне никаких поводов для таких безобразных действий, – я настолько вошел в роль, что, сказав все это, приложился к бутылке, которую захватил из кабинета.

Домогательство, распитие спиртного во время дежурства. Думаю, что в ближайшее время у Валерия Сергеевича будет хватать забот, чтобы не думать о сексе на работе.

Со стороны наша сцена была, наверное, весьма колоритной. Полумрак больничного коридора. Растерянная Ольга. Слегка привставшая со своего стула «пышка» с открытым от удивления ртом. И врач с запрокинутой головой, глотающий коньяк из бутылки. Но все испортил новый персонаж.