Чтение онлайн

– Быть запертой от всего мира, как Рапунцель в башне, не совсем интересно.

– Да нет же, - протестует Луна. Аутсайдеру, вроде меня, это действительно интересно. Тебе следует написать об этом. Вот о чем ты должна написать!

На секунду, я задумываюсь. Профессор Райан сказал, что мы можем описать грех в метафорической форме. Не обязательно буквально. Похоть может быть связана со многими вещами, которые не связаны с сексом, вроде, как мое желание выбраться из тюрьмы моего родного города и моей семьи.

Но это кажется слишком интимной темой, чтобы позволить профессору Райану прочесть это, даже если он может в точности понимать, о чем я говорю, так как он знает Саус Холлоу и моего отца. Тем более что он прошел обе эти тюрьмы. Он понимает, как они могут душить – по крайней мере, я думаю, что он понимал это.

Именно поэтому это ощущается как что-то слишком личное, чтобы писать об этом.

– Нет, я не могу, - шепчу я.

– Ну, хорошо. Похоть, - продолжает Луна. – По крайней мере, ты чувствовала к кому-нибудь влечение, да?

Влечение. К профессору Райану.

Это даже не влечение.

То, что я чувствую к нему – это похоть в чистом виде.

Он потребовал больше огня и страсти от моего сочинения, а я притворилась, будто у меня большой опыт, хотя это совсем не так.

Я должна преподать ему урок за дачу мне такого греха. Если он хочет больше огня и страсти, я дам ему их столько, что он не будет знать, что ему с этим делать. Если он думает, что мне будет неудобно писать о страсти, я должна дать ему что-то настолько пошлое, чтобы ему самому стало неудобно.

Я могу это сделать, говорю себе.

Сделаю.

Итак, я никогда прежде не писала о сексе, поцелуях или о том, как персонажи держаться за руки. Ну и что?

Я могу сделать это, решаюсь я.

– Что за взгляд? – спрашивает Луна.

– Ничего, - отвечаю я автоматически.

– О, ну да. Это что-то,– говорит она, смеясь.

– У меня просто есть идея.

Страшно неправильная, страшно испорченная, страшно греховная идея.

С нетерпением жду.

Зачем, черт возьми, я побудил ее на нечто подобное, для чего подначил ее написать что-то вроде…

Что-то вроде этого.

Я смотрю на ее сочинение. Сижу на заднем крыльце моего дома, просматривая задания на неделю. Я оставил ее сочинение напоследок, потому что хотел насладиться им.

В принципе, я специально взбесил Пьюрити, так почему мне стоит ожидать чего-то другого?

Идите и опирайтесь на ваш обширный опыт.

Именно так я и сказал ей.

Теперь я сижу здесь и читаю материал, который она предоставила мне, с твердым, словно гранит, членом, и задаюсь вопросом, какого черта наделал. Возможно, я открыл ящик Пандоры, и это не то, что теперь можно возвратить обратно.

Возможно, я перешел черту.

Определенно перешел черту.

Я играю с огнем, когда дело доходит до этой девушки. Даже если ничего и не произойдет между нами, наши перебранки опасны. Влечение к ней опасно. Я не настолько глуп, чтобы не думать о том насколько это безумно безответственно. Рациональная, взрослая часть меня понимает: будут последствия, если я перешагну черту. Я могу потерять работу.

Но все же это я тогда в классе подтолкнул ее к написанию чего-нибудь сексуального типа этого. Подтолкнул ее к написанию чего-нибудь сексуального типа этого для меня.

Именно я побудил ее сделать это, поэтому во всем виновен лишь я.

Но ведь, она сама выбрала способ справиться с заданием, не так ли?

Я думаю о нем ночами. Его губы, словно перышки, скользят по внутренней стороне моего бедра, тепло его дыхания напротив уха, его вкус на моем языке.

Я думаю о нем ночами, пока пальчиками скольжу между ног.

Я думаю о нем, и понимаю, что он никогда не будет моим.

Я думаю о нем, и знаю, что он уже принадлежит мне.

Я просил огня, и сам же напоролся на его пики. Вопрос в том, что мне теперь делать?

Я знаю правильный ответ.

Уместным ответом будет написать девушке объективный отзыв, а затем остановиться на этом. Я должен оставить ее в покое.

Объективно, ее сочинение неплохое. По правде говоря, лучшее из предоставленных учениками класса. Написание поэтическое и лирическое, как и во вступительном сочинении, которое она приложила, подавая заявку в мой класс. В этом отрывке присутствует искра, которой не было в предыдущих работах Пьюрити.

Я должен просто оставить отзыв и остановиться на этом. Всего лишь честный отзыв.

Так будет правильно. Профессионально.

Для этого потребуется проигнорировать то, что она написала это специально для меня.

Я говорю себе, что останусь объективным. Отнесусь к этому как профессионал и буду соблюдать соответствующее расстояние.

Я уверяю себя, что остаюсь объективным, даже когда моя рука ползет к молнии моих брюк. Даже когда читаю ее сочинение, пока моя ладонь движется вверх и вниз по моему члену. Я убеждаю себя, что ключ к успешному завершению этого семестра с ней – это соблюдение профессионального расстояния и объективности.

Говорю себе, что соблюдаю достаточное расстояние, даже когда представляю ее на коленях между моих ног, пока я читаю ей газету вслух. Даже когда представлю, как она оборачивает свои губки – горячие, влажные и идеальные, как и все остальное в ней, вокруг моего члена.