Чтение онлайн

Нину положили на кушетку и подключили к аппарату КТГ, и всякий раз, когда электронное табло показывало 99%, а Нина слегка кривилась и закусывала губу, чтобы не застонать, Антон, кажется, бледнел еще чуть-чуть сильнее. Наконец пришла доктор и позвала роженицу на осмотр.

– Мы готовы, - сказала она Антону, вернувшись через несколько минут, а Нина вдруг почувствовала, какая невероятная сила заключена в ее организме, и эта мощь так скрутила ей живот, что она невольно сдавленно пискнула:

– Ой, мамочка!..

Антон, вне себя от беспокойства, подлетел к жене и бережно обнял ее за плечи, а она крепко стиснула его руку.

– Дыши, дыши, - скомандовала врач.
– Как полегчает, сразу идем в родзал.

Какое тут - дыши?! Это тоже самое, что подпирать едущий на тебя асфальтоукладочный каток! Но вот схватка потихоньку отступила, и Нина почти бегом, насколько позволяли силы, ринулась за доктором. Антон в последнюю секунду успел поцеловать ее в щеку - лицо у него было такое, как будто он прощается с ней навсегда. Нина лишь на секунду оглянулась на него, чтобы послать ему ободряющую улыбку. Страшно ей было до дрожи.

Однако все закончилось очень скоро, и она испытывала такое облегчение, что все тревоги и волнения мгновенно забылись. Ее маленький сын родился здоровым, крепким и хорошеньким карапузом 3,5 килограммов веса и 52 сантиметров роста. Владислав Антонович... Нина лежала на кровати на боку и изумленно рассматривала свое крошечное сокровище.

Антон явился не сразу: они договаривались, что как только все закончится, он позвонит всем родным, а она пока отдохнет и приноровится к новому члену семьи. И вот он тихо лежал рядом с ней в чепчике и крохотном хлопчатобумажном комбинезончике, который все равно был ему велик, и сосредоточенно сосал, а Нина не могла оторвать восхищенного взгляда от его пухлых щечек и малюсеньких ручек.

– Привет, - как гром среди ясного неба, прозвучал над ними голос новоиспеченного папаши. Нина подняла глаза и счастливо улыбнулась:

– Посмотри, какая прелесть!

Антон вздохнул, лицо его не выражало ничего особенного.

– Конкурент!
– наконец пробормотал он, а Нина нахмурилась.

Антон наклонился и погладил ее пальцем по щеке:

– Не переживай, мы уж как-нибудь с ним договоримся. Главное, чтобы ты была счастлива.

1,5 года спустя

Очень долгое время Антон почти совсем не прикасался к своему сыну - только когда Нина просила немного подержать его, чтобы освободить ей руки на минутку. Она знала, что так будет, и была готова к этому - грустила, конечно, но старалась не сосредотачиваться на печальном. С самого ее возвращения из роддома у них поселилась круглосуточная няня - очень компетентная и надежная дама 50 лет, бодрая и всезнающая. Она, однако, не доставала Нину своими указаниями и давала советы только по одному разу, никогда не настаивая.

Антон очень беспокоился, что ребенок займет все время Нины, поэтому с ее согласия ввел правило: они должны каждый вечер проводить время вдвоем наедине, как минимум 2 часа. Они могли гулять, есть, смотреть кино, разговаривать или даже просто молчать, но только наедине, и никто не должен был мешать.

Однако с течением времени Нина стала замечать, что Антон с интересом наблюдает за сыном, когда тот играет (достает по одной игрушке из корзины и каждую сосредоточенно облизывает), подает ему руку, когда тот начал вставать, а однажды, придя с кухни, обнаружила двух своих любимых мужчин за чтением книги. Владик сидел у папы на коленях и с серьезным видом тыкал пальчиком в картинку.

– Кто это?
– спросил Антон.

– Му...
– протянул малыш и похлопал сам себе пухлыми ладошками.

– Молодец!
– похвалил его папа, поцеловал в сдобную щечку и погладил по чернявой головке.

А дальше Антон покатился по наклонной плоскости: он показывал сыну, как надо стрелять из винтовки и разить мечом, качал его на качелях, водил в зоопарк, присаживая на каждый забор и показывая настоящих животных, а потом утешал, когда Владик пугался какой-нибудь особо непривычной морды. Они так подружились, что малыш с негодованием отсылал маму из своей комнаты и требовал, чтобы его укладывал спать именно папа - он даже это слово сказал раньше, чем слово мама, приведя этим Нину в полнейшее, хоть и деланое, расстройство.

5 лет спустя

Когда Владику исполнилось 4, они втроем поехали отдохнуть в Сочи: до этого Антон наотрез отказывался брать ребенка в отпуск и оставлял его на попечении бабушек, наслаждаясь только обществом жены. А теперь сын казался ему вполне взрослым, вменяемым человеком. Они иногда даже ходили вдвоем на пляж, оставив маму в СПА-салоне или у бассейна, и тут в Антоне что-то произошло. Повлияло ли на него то, каким стал Владик, когда подрос, или он насмотрелся в Сочи на другие счастливые семьи, или просто жизнь в любви сделала его другим человеком, но по возвращении в Ярославль он спросил у Нины:

– Как ты думаешь, может быть, нам стоит завести еще и девочку..?

KOHEЦ