Чтение онлайн

— Ты, Торрик, точно готов к такому путешествию? Месяцами на борту, без своей каменной норы? Не затошнит без пещер и ваших уютных паучков?

Торрик прищурился и на мгновение сжал челюсти, но быстро взял себя в руки, отвечая с видимым раздражением, которое, однако, сдержал крепкой самодисциплиной:

— Я темный гном, сынок, а не какой-то там пещерный крот. Мы предпочитаем жить на поверхности, ближе к звёздам и ветру. Не путай нас со светлыми, если не хочешь случайно лишиться хвоста.

Глезыр сплюнул за борт и что-то невнятно пробормотал, но в этот момент мимо прошёл боцман, и крысолюд вернулся к своим обязанностям. Торрик между тем продолжил с интересом осматривать вооружение корабля, давая матросам советы, как лучше наточить абордажные крюки и закрепить канаты, чтобы те не дребезжали на волне.

Самсон, наблюдая за ним, почувствовал, что сделал правильный выбор, пригласив этого упрямого, но умелого гнома на борт. Впереди их ждало много испытаний, и каждый член команды был важен. Да, путь к новым землям обещал быть долгим и опасным, но, глядя на темные облака, собирающиеся над горизонтом, он догадывался: их плавание будет незабываемым.

Поздним вечером Самсон снова оказался в трактире «Крик утопленника». Лампы под закопчёнными абажурами освещали помещение приглушённым светом, создавая в уголках комнаты тёмные тени, в которых могли скрываться самые странные гости Бухты Брауна. За окнами слышался глухой рокот моря, которое в эту ночь казалось особенно неспокойным.

Самсона по-прежнему не оставляла забота о поиске нового кока. Проклиная неудачу, он вошёл в трактир и по привычке направился к стойке, за которой стояла загадочная хозяйка. Женщина средних лет, у которой половина лица была покрыта чешуёй, словно её кожа перетекала в рыбью. Глаз на чешуйчатой стороне выглядел странно и неестественно — как у морского хищника, следящего за добычей из тёмной воды. Она никогда не рассказывала, что с ней произошло, и никто не осмеливался спрашивать, хотя многие догадывались, что её прошлое скрывает не одну мрачную тайну. Все называли её Скумбрия, а её настоящего имени не знал никто.

— Скумбрия, мне нужен новый кок, — сказал Самсон, оседая на высокий табурет. — Может, у тебя на кухне найдется лишний работник? Кто-нибудь, кто знает, как управляться с кипятком и ножами?

Скумбрия покачала головой, поправляя повязку на запястье, которую она носила всегда, хотя под ней и не было видно ни ран, ни шрамов.

— Двое моих поваров и так еле справляются, капитан, — ответила она. И её голос был грубым, но тёплым, словно гравий, намытый на берег морскими волнами. — И они, если честно, уже подумывают сбежать отсюда. Тяжело в наши времена найти кого-то, кто согласится работать в трактире с моими… особенностями.

Самсон только вздохнул, поблагодарил и направился к ближайшему столу. Он сел, опёрся на руки и заказал себе эля, надеясь, что свежая кружка хоть немного отвлечёт его от навалившихся забот. В трактире играла старая мелодия, которую бубнил беззубый шарманщик.

Через некоторое время к Самсону подсел молодой человек, на лице которого едва пробивалась щетина. Лицо его было бледным, но глаза светились мягким светом, как у тех, кто посвящает свои дни служению высшей цели. Одежда была простая, но с характерным символом на груди — не было сомнений, что он принадлежал к церковным служителям.

— Пусть Святая Матерь благословит твой ужин, незнакомец! — произнёс он тихим, но уверенным голосом, скрестив пальцы для короткой молитвы.

Самсон, не сдержав раздражённого ворчания, отхлебнул глоток горького эля и посмотрел на священника из-под густых бровей.

— Да какой там ужин, святой отец, — буркнул он. — Эль да сухари… Тяжело это ужином назвать.

Священник с лёгкой улыбкой покачал головой, словно не хотел согласиться с капризами моряка:

— Радоваться надо всему, что послала нам Святая Матерь. Даже малым благам в трудные времена.

— Даже оспе? — проворчал Самсон, снова делая глоток и устремив взгляд на угли в камине.

Священник смутился, его улыбка дрогнула, и он с искренним беспокойством посмотрел на капитана.

— Ваше здоровье в порядке, капитан?

— Со мной всё хорошо, — ответил Самсон, стуча пальцами по столу. — Но всё плохо с моим коком. Мне срочно нужен новый. Кстати, как тебя зовут? Может, ты умеешь готовить?

Молодой священник слегка покраснел, но быстро собрался и представился:

— Лаврентий, слуга Святой Матери. Но готовить, к сожалению, не умею. Я более искусен в молитвах, врачевании, проповедях и решении теорем… Но это, пожалуй, здесь не пригодится.

Самсон чуть улыбнулся краем губ, разглядывая неуклюжего священника, который, очевидно, не привык к суровым условиям Бухты Брауна.

— Ладно, Лаврентий. Что же привело тебя в этот забытый богом уголок мира? — спросил капитан, чуть прищурившись, словно пытался разглядеть скрытые мотивы за мягкими словами священника.

Лаврентий нервно переминался на месте, его пальцы теребили край рукава. Наконец он тихо вздохнул и заговорил:

— Мечтаю стать корабельным капелланом. Слышал, что на далеких островах не знают, как почитать Святую Матерь, а поклоняются ложным языческим богам… Я бы хотел нести свет веры туда, где его не знают. Пусть и странен мой путь, но я верю, что это моя судьба.

Капитан внимательно выслушал его речь, а затем, задумавшись, решил спросить:

— Раз уж ты умеешь врачевать, то, может, сумеешь вылечить моего кока от оспы? Он, знаешь, не молится и не решает теорем, но кашу варить умеет, а это сейчас самое нужное.

Лаврентий побледнел, его лицо на мгновение исказилось тревогой, и он поспешно покачал головой.

— Прости, капитан… Это слишком тяжёлая болезнь для меня, я не возьмусь. Моих знаний для такого лечения недостаточно.

Прежде чем разговор стал слишком неловким, к столу подошла Скумбрия. Она остановилась чуть в стороне, её чешуйчатый глаз мерцал в свете лампы.

— Вспомнила кое-что, капитан, — произнесла она с той же своей грубой, но теплой интонацией. — На днях ко мне подходил один огр, говорил, что ищет работу. Едва связывал пару слов на агоранском, но, кажется, хотел работать на кухне. Может, если у тебя совсем плохи дела, стоит поискать его?

Самсон приподнял бровь, заинтересовавшись неожиданным предложением. Огр в роли кока? Это звучало как нечто безумное, но сейчас у него было мало вариантов.

Лаврентий улыбнулся, его лицо снова просветлело, словно он нашёл шанс быть полезным: