Чтение онлайн

— Это вполне обоснованно, Клео…

— САМЫМ БЫСТРЫМ ДОСТУПНЫМ СПОСОБОМ! — в отчаянии закричала Клео, и тут Эландер по-настоящему испугался. — У нас нет выбора, Питер, разве ты не видишь? Мы должны это сделать! Должны!

— Но почему, Клео? Что случится, если мы возьмем небольшой тайм-аут?

— Что случится?! — Казалось, от ярости Клео готова развалиться на мелкие куски. — Мы станем неудачниками, Питер! Разве непонятно? Нашу миссию все будут считать проваленной. Мы не сделаем работу, как положено. Мы нарушим инструкции. Что может быть хуже? Наконец, мы их подведем!..

— Кого это — их?

— ОЗИ-ПРО, конечно. — Голос Клео задрожал от торжественности момента. — Мы подведем всех на Земле!

— Но, Клео, на Земле, может быть, уже вообще никого не осталось!

— Не имеет значения. Мы все равно должны сделать то, что положено. У нас нет выбора. У меня нет выбора. Разве непонятно? — еще раз повторила она.

Только после этих слов Клео до Эландера наконец дошло, в чем тут дело.

ОЗИ-ПРО на каждом своем корабле особым образом кодировали одну из энграмм члена команды, создавая тем самым гарантию того, что данная конкретная миссия будет осуществляться в строгом соответствии с планами и Уставом. Каждый такой шпион в своей энграмме хранил на всякий случай все секретные коды доступа к ресурсам корабля. Однако эти данные при надлежащем исполнении правил членами экспедиции лежали, что называется, «на подкорке»: таким образом, сам носитель кода ничего не знал о своем тайном предназначении. Только нарушение Устава активизировало его скрытую программу.

Сэмсон, судя по всему, и была таким шпионом, что стало для Эландера неприятным откровением. Питеру было жаль Клео, потому что она попала между молотом и наковальней, будучи вынуждена разрываться между своими желаниями как самостоятельной личности и слепой волей земных программистов.

Питер не был уверен, что Сэмсон в достаточной степени осознает истинные причины своей неожиданной агрессии.

— Поэтому ты нейтрализовала всю команду «Типлера», с помощью секретных паролей разрушила «КонСенс» и отключила работу энграмм…

— Да!.. — Ему показалось, что Клео обрадовалась тому, что ее наконец поняли. — Это было нелегко, Питер. Я даже не осознавала своих действий… Словно внезапное откровение. Гигантская волна, которая внезапно понесла меня с собой.

Питер вспомнил вспышку странных воспоминаний, которые предшествовали отключению его энграммы, и кивнул.

— Я уже испытывал нечто похожее.

— Извини, Питер. Мне пришлось выбирать — или отключить все сразу, или же сделаться уязвимой в отношении каких-нибудь ответных действий. Я вернула тебя к реальности тут же, как только появилась такая возможность. Теперь «Типлер» управляется почти исключительно автоматикой: ты не можешь себе представить, как сложно делать многие веши вручную.

— Зря ты так обо мне думаешь, — обиделся Питер. — Вполне представляю.

Эландеру пришлось уже достаточно долго существовать в реальном мире, чтобы иметь возможность сравнить его с искусственным окружением энграммы — результатом игры воображения кучки программистов-выскочек. Он не испытывал особого уважения к ним и не питал никаких иллюзий по поводу плодов высокоинтеллектуальной халтуры.

— Итак, зачем же я тебе понадобился, Клео? К чему весь этот очень подробный рассказ?

— Потому что я нуждаюсь в твоей помощи, Питер.

— А точнее?

— Конечно же, для того чтобы отправиться на Землю. На прорезателе — чтобы рассказать дома обо всем, с чем мы столкнулись. Вот и все, Питер. После этого «Типлер» сможет возвратиться в свое обычное состояние.

— Но возможно ли такое, Клео?

Она не обратила внимания на его слова.

— Я не смогу одна справиться с задачей, не сумею квалифицированно перепрограммировать робота, чтобы он полетел вместо тебя, Питер. К тому же «подарки» вряд ли согласятся стать моими помощниками в этом деле. Пожалуйста, Питер. Ты должен помочь мне. Без тебя у нас все рухнет…

— У нас?..

— Я имею в виду всех, кто остался на Земле. Нам нужна твоя помощь, Питер.

Ее голос сейчас звучал как-то по-новому. Это была совсем другая Клео Сэмсон.

— Но я не уверен, Клео…

— Почему? Что тебе терять, Питер? Приятная прогулка туда и обратно, которая займет всего пару дней. А когда ты вернешься, то я обязательно подключу энграммы всех остальных. Можешь быть в этом уверен. Зачем мне и дальше продолжать держать их в замороженном виде? После того как Земля обо всем узнает, я могу спокойно заниматься своей обычной работой на «Типлере». Все будет, как прежде. И Кэрил меня поймет и не осудит.

«Что поймет, так в этом можешь не сомневаться», — подумал Питер.

Вслух же он произнес:

— Но почему именно сейчас? Наверное, стоит подождать общего согласия на подобные действия?

— Но ведь так можно и ничего не дождаться, Питер. Нам необходимо действовать именно сейчас. — Эландер почувствовал, что она уже практически не управляет собой. — Самым быстрым доступным способом! И ты должен меня слушаться, засранец!..

— Я тебя понимаю, Клео. Однако не уверен, что ты предоставила мне достаточные доказательства того, что необходимо действовать так поспешно. Вот и все.

После короткой паузы Клео заговорила уже по-другому:

— Какие доказательства, Питер? Ты продолжаешь нести всякую чушь, а вспомни, как обещал отблагодарить меня за все хорошее, что я для тебя сделала!

— Извини, Клео, но…

— Может быть, ты тогда говорил мне всякую чепуху, чтобы просто успокоить собственную совесть? Или сознательно врал мне, Питер?

Эландер не мог понять — это ее настоящая реакция на происходящее или же нечто, заложенное программистами. Пожалуй, больше похоже на программный сбой, связанный с конфликтом, вызванным модификацией исходной энграммы Сэмсон…

Даже если он скажет Клео, что агрессивная навязчивость есть не что иное, как результат прямого вмешательства ОЗИ-ПРО в ее энграмму, она все равно ему не поверит.

С точки зрения Сэмсон, все действия, совершенные ею, оправданны и единственно верны — даже те, которые вступили в явное противоречие с собственной натурой Клео. Ее раздирал серьезный внутренний конфликт, и помочь в данном состоянии вряд ли возможно.

— Ты сама знаешь, что говоришь заведомую ложь.

— А ты говорил мне правду? Я думала, что могу на тебя надеяться, Питер. Похоже, я жестоко ошиблась в тебе.