Экспансия
Шрифт:
И опережая возможные последствия своего неповиновения — Алеша идет ва-банк.
— Я вызываю тебя на поединок, Горан. Прямо сейчас.
Всё! Сорвало резьбу у моего «киллера»! И похоже — напрочь! Последний страх потерял, дурак! Эх, надо было в бою его срубить. Ну а теперь уже — поздняк метаться, Егорка! Перчатка брошена и отказаться поднимать её, мне согласно статусу нельзя.
Система реагирует моментально.
Сообщение об обнулении на время поединка всей энергии приходит буквально через пять секунд! Ну, от этой гражданки я в принципе ничего иного и не ожидал. А вот Алеша удивил — не скрою. Думалось — он из более выдержанного теста будет. Что же это — масштаб происходящего замеса его так впечатлил? До полного расшатывания терпелки и нервного срыва? Ибо ничем другим, произошедшее — я лично объяснить не могу.
Однако, как же это все не вовремя-то! Там мои ближние с настоящими «мастерами спорта по кишковыпусканию» насмерть режутся, а я тут сейчас, должен с этим возжелавшим мой трон уродцем, хоботами меряться.
Ладно. Уговорил, красноречивый — я тебя быстро загрунтую. И в память о прошлом, когда ты мне полезен был и потому, что некогда мне сейчас с тобой возиться.
Тем временем подходящий пятачок, незаваленный мясом, выбран, ОЗК скинуты и мы оба готовы к драке.
Мой соперник вооружен трофейной гиворской саблей и вполне добротным щитом.
Я со своим обычным и привычным арсеналом.
Телохранители — атрейцы смотрят на объект охраны с явно выраженным недоумением и немым вопросом — предложением в округлившихся глазах. «Давай я срублю этого червя»? — без труда читается во взгляде каждого из них.
Парни совершенно не втыкают, что сейчас происходит и откровенно недопонимают, что им-то в связи со всем этим делать. Жестом и улыбкой показываю, что все в порядке и им не стоит дергаться и тем более вмешиваться.
На всякий случай озвучиваю это Арвинду и Арвильде, а то, кто этих инопланетян знает.
Симпатии зрителей, жмущихся друг к другу плотнее селедок в пресловутой бочке — сегодня целиком и полностью на моей стороне. Не то, что в прошлом поединке с Вотаном. Ну да — мои приматы консервативны и почитают уже действующего повелителя, каким бы он ни был. Правда — сия любовь длится ровно до того момента, пока их властелин, не перестает им быть. Буквально через секунду, после того как трон занимает бывший претендент — все «обратившиеся» безумцы с той же собачьей преданностью, становятся верны своему новому королю. Вот такой вот круговорот «повелителей» в природе и душах «обратившихся»…
Ну что — погнали?
Обнажая клинок своего верного мачете, невольно, как и каждый раз в последнее время — бросаю взгляд на «памятку от Вотана» — уже затянувшиеся раны на месте отсутствующих двух фаланг мизинца и одной на безымянном. Жаль — так и не отросли новые. В глубине души я подспудно надеялся, что раз уж пошла такая жизнь, может быть системой предусмотрена и «регенерация» потерянных конечностей… Шучу, конечно… А может и нет…
Как ни странно, но полученное увечье нисколько не мешает мне сражаться. Разве что — психологически.
…Неожиданно даже для самого себя — подмигиваю Алеше. Вместо прощального поцелуя.
Получаю в ответ полный звериной злобы взгляд. Только злоба эта — не уверенного в себе хищника, а загнанного в угол. Нагло усмехаюсь в ответ — «ну а кто же тебе виноват, дефективный»? Ты ведь сам всю эту ситуацию только что создал. Так что: «прости — наша встреча была ошибкой». Пеняй на себя, как говорила моя бабушка.
Привычно скрываю ритм дыхания, а вот «убийца убийц» не может справиться с волнением и сопит чуть ли не со свистом. Вот и молодец, сынок. Не усложняй жизнь ни себе, ни мне. Обоим меньше страдать придется…
Да, Алеша — это совсем не Мишаня! Вот тогда, всё было действительно сурово. И холод вдоль спины у меня прямо ноябрьским ветром гулял.
Но и сейчас не стоит слишком расслабляться, конечно.
…В глазах нынешнего противника вижу скорее обреченное отчаяние, чем трезвый расчет.
Он моложе. Но и я — еще далеко не совсем развалина. Выносливость у нас на одном уровне, а вот опытом мериться со мной — ему явно рановато. Было.
Мы все еще кружим осторожными приставными шажками. Он не спешит атаковать, ну и я не форсирую. Пусть повибрирует, попотеет — тем глупее ошибется.
Время от времени «убивец убивцев» пытается обозначить якобы предстоящую атаку.
Даже не пытаюсь изобразить, что «ведусь» на столь дешевые, дворово-подростковые «заманухи». Только льдисто улыбаюсь — вгоняя его мысли и душу в еще большую сумятицу.
Самое главное сейчас — не оступиться и не споткнуться. А этот дурачок никуда не денется — сам придет…
Надоело вальсировать! «Оступаюсь». Неловко скособочиваюсь. Рука со щитом «невольно» отходит вниз и в сторону. Приоткрываюсь как могу.
Он решается — сейчас или никогда!
Ни мгновения не колеблясь, иду на это сближение и возможный размен ударами почти в упор, понимая, что мой доспех гораздо надежнее, прочнее и оставляет уязвимыми гораздо меньшие участки тела, до которых еще и достать надо. Ибо именно их я, само собой — берегу с утроенным вниманием.
Подскакивает, намереваясь полоснуть по соблазнительно приоткрывшемуся горлу и одновременно сбить потерявшего равновесие противника с ног: щит в щит…
Не стану скромничать — я был быстрее плевка мозамбикской кобры…
Уход с линии атаки, толчок щитом в плечо, подбитая опорная нога, рубящий удар в шею сверху-наискось…
«Контрольный» захват под челюсть со спины и лезвие равнодушно вспарывающее горло…
Всё? Всё! Обойдемся без оваций. Эх, Алеша, Алеша — вот на кой, ты на меня напрыгнул-то? Чего тебе, дураку, не жилось? Впрочем — это целиком и полностью был только его выбор…
Одновременно гордое и одобрительное уханье подданных троглодитов. Солнышко, ненадолго пробившееся из-за серых туч. Веселый и все же чуть более, чем необходимо — пристальный взгляд больших серых глаз Арвильды. Дергающее ногами тело отходящего в туман Алеши…