Чтение онлайн

– Убери ты пушку, одноглазый! – неприязненно процедил негр, демонстративно сплюнув мне под ноги. – А то еще выстрелишь с перепугу.

– Могу и выстрелить. И не с перепугу, а потому что ты меня уже начинаешь раздражать.

Коротышка сокрушенно покачал головой, как мамаша в ответ на шалости малолетнего отпрыска.

– Зря, – коротко бросил он. Крайне немногословный тип, как я погляжу.

– Это уж точно, – поддакнул Морис. – Не в том ты положении, чтобы угрожать. Ты новичок, значит – никто. Косо посмотришь на любого из старожилов – и тебя прирежут. Попробуешь сопротивляться – на тебя ополчится вся община. И уж тогда ты пожалеешь, что тебя сразу не прирезали. Так что на твоем месте я бы вел себя потише. Свой гонор надо было оставить там… – он стрельнул глазами на небо.

– Община, говоришь… – пробормотал я, небрежным жестом вскинув автомат на плечо.

– Ну да. В одиночку здесь долго не протянешь. Так что держимся вместе. Наш лагерь к северу отсюда, в пещерах.

– Далеко?

– Часа три ходьбы. Мы с Бао как раз собирались добраться до него к вечеру. И так уже три дня шляемся по этим чертовым горам, и все без толку.

– А что вы здесь забыли?

– Охотимся, – коротко ответил коротышка.

– Да, – вслед за ним кивнул Морис. – Только хреновая охота вышла. Один-единственный панцирник попался, и того ты запоганил.

– Ну уж не обессудь. Не предупредили меня насчет местной живности.

Он хмыкнул.

– Ладно, нечего тут болтать. Двигать пора, если до темноты хотим до лагеря добраться. Ты с нами?

– А что, у меня есть выбор?

– А хрен тебя знает, может, ты здесь собрался оставаться. К тому же здесь в округе несколько лагерей, можешь топать в любой. Везде встретят одинаково, – ощерился темнокожий.

– Ладно, я с вами. Показывай дорогу.

– Пошли.

Оба одновременно развернулись и потопали на север. Я двинулся за ними.

– Фляжку не забудь, – бросил через плечо Морис.

Я обернулся. Действительно, недалеко от туши панцирника валяется одна из моих фляжек – как раз та, в которой еще осталось немного воды. Жажда тут же напомнила о себе, и я устремился к вожделенному контейнеру чуть ли не вприпрыжку. Сразу же свинтил крышку и припал к горлышку пересохшими губами…

Удар пришелся в основном на правую лопатку и шею, лишь скользом пройдя по затылку. Собственно, это меня и спасло, потому что сознания я не потерял, только в глазах потемнело. И не успела накатить волна боли, как внутри меня словно бы что-то взорвалось. Ярость вообще-то нежелательная вещь в моем деле – настоящий профессионал всегда холоден, как сталь. Но в такие моменты плевать я хотел на то, что должен держать себя в руках.

Я развернулся – резко, как распрямившаяся пружина. Врезал, не целясь, даже не кулаком, а всем предплечьем, будто мечом рубанул, вложив в удар весь корпус. Сшиб негра с уже занесенной для второго удара дубиной, как жестяную фигурку в тире. Рухнул на колено, вскинул огнестрел… Палец уже самопроизвольно нажал на гашетку, я лишь в последний момент успел дернуть ствол вверх. Пули просвистели над самой головой коротышки-монголоида, ухнули в скалу за его спиной, высекая фонтаны каменной крошки. Узкоглазый замер, втянув голову в плечи и выпучив свои оказавшиеся светло-серыми зенки.

– Пушку брось!! – рявкнул я.

Бао, словно опомнившись, выпрямился, глаза его снова превратились в узенькие щелочки. Огнестрел его смотрит мне прямо в грудь, осталось только надавить на гашетку – и я труп.

– Даже не думай об этом, гаденыш! – прорычал я. – Брось пушку, я сказал!

Коротышка медленно наклонился, осторожно положил огнестрел на землю, справа от себя. На пару секунд замер, не разгибаясь, буравя меня взглядом. Внутри у меня все бурлит от злости, главным образом на самого себя. Так подставиться! Тоже мне, профи драный! К этим ублюдкам спиной разворачиваться можно, только когда они уже мертвы. Осторожно провел ладонью по затылку. Пальцы оказались красными от крови. Ч-черт…

– Пять шагов назад! – скомандовал я узкоглазому. – Руки! Руки держи так, чтобы я их видел!

Он, немного помедлив, попятился – не спеша, будто делая одолжение. Я мельком глянул в сторону, на распростершегося на камнях темнокожего. Тот не шевелится, похоже, даже не дышит. Из-под головы, медленно растекаясь, выползла темная лужица крови. Видимо, ударился затылком при падении. Дубина – угловатая болванка из металлопластика, насаженная на обрезок железной трубы, – валяется неподалеку.

– Дальше что? – спросил узкоглазый.

Хороший вопрос. Надежнее, конечно, и этого приглушить прямо сейчас, чтобы не оставлять свидетелей. Но без него я вряд ли найду дорогу к их чертовому лагерю до наступления темноты. А проводить ночь на свежем воздухе не очень-то хочется. Тысяча черепогрызов! Все пошло кувырком…

Я поднялся на ноги, двинулся на коротышку, продолжая держать его на прицеле. Он попятился еще на пару шагов, на этот раз более поспешно. Я подобрал его огнестрел, проверил магазин. Всего девять патронов, установлен на «одиночку». Да уж, боеприпасы здесь наверняка на вес золота. Пожалуй, стоит взять с них пример. Впереди явно жаркие денечки.

– Отведешь меня к вашему лагерю. И чтобы по дороге без фокусов. Башку оторву сразу. Понял?

Не ответив, узкоглазый развернулся и пошагал на север. Я тихонько выругался и двинул следом, держась в нескольких шагах позади.

Не сказал бы, что мне нравится такое начало.

Этот чернокожий, Морис, говорил, что до лагеря три часа ходу. Но у местных, видно, свои представления о том, с какой скоростью можно двигаться по этим чертовым скалам. Я с трудом поспевал за узкоглазым, то и дело окликал его, пару раз даже пришлось сделать привал. Ушибленное колено давало о себе знать надоедливой зудящей болью. Да и усталость играла свою роль. Что ни говори, но вышел я уже из того возраста, когда мог позволить себе подобные марш-броски.

Поначалу я опасался, что Бао попытается сбежать, но вел он себя довольно смирно. В конце концов, надоело постоянно держать его под прицелом, тем более что временами приходилось карабкаться по почти отвесным скалам. Я забросил огнестрел за спину. Куда этот коротышка денется, тем более безоружный? Ему так и так дорога одна – в лагерь.

Когда до цели осталось около трети пути, дорога заметно улучшилась. На смену бесформенным нагромождениям скал пришел относительно пологий склон, местами даже попадались какие-то тропы. Мы приближались к более или менее обжитым местам. Кого-то это, может быть, и обрадовало бы, но я предпочел бы встретиться с десятком панцирников, чем с кем-нибудь из местных «сапиенс».