Чтение онлайн

— Пойдём, верну тебя твоим олухам. Заодно ткну в лужу как котят, раздолбаи, увели прямо из под носа.

Алекса не могла двинуться с места. Он обернулся.

— Или не хочешь? — рука застыла протянутая к двери.

Перед ней взрослый привлекательный мужчина, широкие скулы подчёркивают красивый изгиб губ, серые, тёплые глаза отдают малахитом, обрамлённые длинными, пушистыми ресницами. Высокий, подтянутый, осанка и каждое размеренное движение говорят о том, что цену он себе знает и прекрасно понимает какое впечатление производит на окружающих. Ну, а как иначе! Пробирающий взгляд словно рентген видит насквозь, считывает помыслы и мысли. Тяжело сглотнула, и нужна ему явно не она, играет, как кошка мышкой. Пешка в его игре против Андрея или её папаши.

— Я готов и повоевать, — пристальный взгляд говорит о многом.

Только она не понимает о чём. Чуть прищурившись сорвалась с места. Дверь открыл, но тут же преградил ей дорогу. Замерла в упор перед ним, упрямо вздёрнув подбородок. Сердце несётся в бешеном ритме ускоряя дыхание. Пальцы сами собой сжались в кулаки.

— Алекса, — заметил перемену в настроении. — Злишься?

Она еле заметно повела бровью, так и есть, видит насквозь.

— Поторопимся ткнуть в лужу Уимберга.

Его рука за спиной толкнула открытую дверь захлопнув, показалось будто громыхнуло, как в огромном пустом помещении, она даже вздрогнула. Глаза широко распахнулись, дыхание дрогнуло. Передумал отпускать, путь на волю отрезан.

— Ты обещала говорить как есть, голую правду.

Тело обдало жаром. Ловит на слове, взял обещание не просто так, а она дура обещала. Хотелось отступить от него, вернуть личное пространство, но не могла трусливо сдать назад. Чуть склонился к ней.

— Что в моих словах тебя разозлило?

Горло сдавило спазмом, дикое желании увеличить дистанцию, с трудом удерживает себя на месте. Разве может она озвучить свои мысли вслух? Нет, конечно. Секунды показались бесконечностью.

— Я хочу уехать, — только и смогла выдавить из себя.

Замечает раздражённый взмах рукой, слышит за спиной тихое ворчание. Видимо Марина, кофе же просил. Вот так просто одним жестом отдаёт указания налево и направо. Пригвоздил к полу волей таящейся внутри. Где-то в районе желудка скрутился тугой узел. Стиснув челюсти не отступает упорно борется в зрительном поединке.

Усмешка тронула полные губы и он даёт ей поблажку. Распахнув дверь пропускает. Упрямая, прекрасно понимает состояние девчонки и будто даже слышится, как быстро бьётся дерзкое сердечко. А пахнет как и предполагал умопомрачительно. Теперь даже на расстоянии ощущает аромат её кожи, на кончиках пальцев будто разряды покалывают, с трудом контролируемое желание коснуться и ощутить шелковистость тела.

У ворот армия Уимберга, а он думать может только о том, как удержать в узде свои желания. Усмехается, и откуда ты такая взялась Алекса Никольская. От такой надо держаться подальше, иначе и не заметит как голова с плеч слетит. Глаза упрямо опускаются на обтянутую джинсами упругую задницу. Потирает переносицу, ей богу как школьник. А дождь-то оказывается кончился, воздух ледяной и сырой режет лёгкие от резкого вдоха.

Степан обеспокоенно ожидает их, взглядом говорит верному другу, разойдёмся мирно. Но парень упрямо вместе с ними следует за калитку.

Алекса выходит первая и удивлённо вскидывает брови, челюсть так и падает с громким дзынь на тротуарную плитку. Уимберг свирепо сверлит холодными глазами, аж мурашки по спине. За ним человек десять крепких мужиков в чёрной спец одежде, вооружённые судя по виду до зубов. Это что ещё такое? Так и застыла.

Температура воздуха будто повышается на несколько градусов. На секунды обстановка застыла, на заднем фоне лай многочисленных собак. Алекса оглянулась на Грановского, он в упор смотрит на Уимберга. Снова осмотрела команду Андрея и неуверенно шагнула вперёд. Тимур подхватил её за локоть и направил к Ауди. Вырвала руку из захвата обдав ненавистью. До сих пор не удалось поквитаться с этим гадом за попорченое в прошлом лицо.

— Села, — рыкнув открыл ей дверь.

— Руки, — предупредила попытку ей помочь.

Мужчины обменялись гневными взглядами.

— Уимберг, неужели ты думаешь я так низко пал?

— Кто тебя знает насколько ты пал. Не втягивай девчонку, она ни в чём не виновата.

— Даю слово, Алекса не будет разменной монетой. Другой интерес.

— Сделай так чтобы этот интерес исчез.

Грановский улыбнулся, опасно так сверкнув глазами.

— Неподвластный процесс запущен, тебе ли не знать как это бывает.

Андрей буквально скрипнул зубами.

— Не справляешься, Уимберг, из под носа увели уже второй раз. Может ты слишком занят личными делами.

Разлетелись искры, взгляды полоснули друг друга.

— Не трогай её, не надо, — еле слышно сказал Уимберг, не сомневаясь, что его прекрасно слышит оппонент.

Угроза, прямая и ясная обоим. Глаза говорили, пойду до конца, до последнего вздоха.

— Смотри, скоро придётся выбирать, — Грановский хищно улыбался, наслаждаясь зрелищем и предвкушал скорую победу.

По знаку Андрея отряд расселся по машинам, поворачиваясь к врагу спиной знал сейчас не ударят. Но придёт время и они обязательно сойдутся в поединке.

— Береги её, — бросил вслед Грановский.

Уимберг застыл уже садясь в машину, но не обернулся. Девчонка притихше сидела, пристегнул ремень и бросил ей сквозь зубы:

— Ремень.

Послушно пристегнула. Покосилась на Андрея, руки заметно подрагивают, на скулах играют желваки и чуть ли не пар из ноздрей валит. Отвернулась к окну, головная боль обрушилась на неё заставляя морщиться. Неприятное ощущение, она снова в эпицентре, но нихрена не понимает, что происходит. Кажется ей пора начать тренироваться, где-то надо спускать пар. Тело желает активных движений переполненное негативом. Неосознанно коснулась щеки. К его ногам, не дождёшься! Странная реакция, отдёрнула руку от лица.

Разговаривать совершенно не хотелось и этот молчит, бесится. К лучшему, не настроена на беседы. И моралей не читает, дышит холодом ледяной дракон. Но как только вошли в квартиру началось.

— Тaкое впечатление, что ты намеренно меня подставляешь.

— Перекрестись, кажется, — сбросила кеды.

Любопытство сдохло, на удивление совсем не интересно, что это было за шоу. И уж тем более не хотелось знать к чему готовился Уимберг собирая отряд в погоню за ней. Слишком много за последнии дни информации. Больше волнует собственное состояние, хочется усесться на привычное место под окном и уткнуться в колени лбом. Спрятаться и пусть все исчезнут. На кухне проглотила две таблетки разом, запила.