Эксперимент

Белокурая девчонка бежала почти в припрыжку к главному входу торгового центра. Неслась, как угорелая совсем не от радости, и вовсе не за обновками, взывал к природе литр выпитого сока. Миновав двери она почувствовала, что вот-вот грозит конфуз, прибавила скорости переходя на бег. Совсем не замечая цветущего убранства помещения, кричащего о весне в разгаре. Многочисленные магазинчики и бутики встречали тишиной, в понедельник покупатели большая редкость, день уборок и ревизий. Пулей вылетая из-за поворота, еле успела притормозить, чудом избежав столкновения с широкими спинами двух парней. Обдав высокомерным взглядом, злобно прошипела:

— С дороги уродцы… — протиснулась между ними расталкивая, побежала дальше, даже не оглянувшись на изумленные лица.

Уже в туалете, когда пришло долгожданное облегчение, промелькнула мысль: однажды ей все-таки дадут по голове за длинный язык. Слова слетали с губ еще до того, как успевала подумать, кому и что говорит. Возможно светлые мысли пришли в ветренную голову первый и последний раз, так ли это покажет время. Парочка амбалов, через которых она споткнулась, продолжала девушка размышлять, точно по голове не дадут. Хотя фигурки у них уж больно грозные, но видели друг друга первый и последний раз. Трех этажное здание огромно, пересечься практически невозможно.

Вымыв руки, повертелась перед зеркалом и неторопливой походной направилась в сторону эскалатора. Родительница данной блондинистой хулиганки, держала небольшой магазинчик женской одежды. Бизнес небольшой, но прибыль приносил стабильно, позволяя маленькой ячейке общества из двух человек не бедствовать. Вежливо поздаровалась с тётками из охраны, тут же зависнув возле витрины с обувью.

— Хорошая девчонка у Катерины, — провожая взглядом.

— Поговаривают хулиганка ещё та.

Ну вот и повод для беседы ещё на часок. Обычная жизнь некрупного торгового центра, все друг друга знают и в курсе, что и у кого.

Екатерина воспитывает дочь одна. Когда-то приехала из пригорода учиться и влюбившись без памяти в популярного ловеласа забеременела. Учёбу не бросила, ребёнка родила, а вот замуж не вышла. Отца девчонка никогда не видела, а рассказывали ей лишь коротенькую историю: влюбилась, забеременела, он уехал, она родила и растит. Девочка выросла и уже не интересовалась кто и где отец, нужда в нем отпала вместе с детским любопытством. Мать старалась дать своему ребенку все, чего бы не захотела, в чем нуждалась, практически никогда не отказывая. Лелеяла и любила единственную дочь, а также баловала, сама при этом, работая, как ломовая лошадь. Личной жизни не строила, посвящая себя работе. У Екатерины, как у весьма привлекательной женщины всегда были поклонники, но в свою маленькую семью не допускала никого. Так и растила в одиночку маленькую злобную принцессу.

Для первых чисел мая на улице стояла совсем не весенняя жара. Лето пришло раньше положенного, что обернулось духотой в торговом центре, сплит системы ещё не работали. Девчонка тяжело выдохнула, в такую погоду можно и шорты напялить. На ней плотно сидели голубые рваные джинсы и белая футболка с надписью: "Я рождена быть любимой". Издалека заприметив отсутствие покупателей в родном магазинчике, предвкушающе улыбнулась и входя проорала во всё горло:

— Алёнка! Гони выручку!

Подруга, а по совместительству продавец, обнаружилась у кассовой зоны. Рядом с ней два парня, в одинаковых футболках с символикой явно какого-то спортивного клуба. Опа! Эти здоровенные фигурки, в подозрительно знакомых красных майках, уж больно со спины напоминали недавно обруганнных в попыхах. Парни развернулись к подошедшей лицом и грозно так посмотрели. Алёнка одного из них, того, что посветлее и пониже ростом, держала за руку. Ну или он её держал за руку, она не разобрала. Подумалось только, что явно не покупатели, в женском-то магазине. Конечно у них и такое бывает. Но эти двое, сразу видно, по личному вопросу.

— Алёнушка, а что это мы делаем в рабочее время? И что за посторонние дядьки с тобой? — со стебом пропела белокурая хулиганка не глядя на парней, а только на подругу.

Та покраснела, не то от злости, не то от стыда, чем не мало удивила и сбежала за кассу. А "посторонние дядьки", как-то недоброжелательно пялились на нее. Мой магазин, моя крепость, если что охрану вызовет, так что не надо пугать ее грозными взглядами. Мельком оценив парней, заметила, один блондин, тот что пониже, другой брюнет, тот что повыше и оба качки переростки. Игнорируя их присутствие, перегнулась через стол к Алёнке и заглянула в журнал:

— Что там у нас? Есть чем поживиться?

Алена, продолжая готовить выручку к изъятию пробурчала:

— Познакомься, это Илья, тот самый Илья. А это Алекса.

Знакомила Алёнка не поднимая глаз и с румянцем на щеках.

— Да я уж догадался, — подал голос один из парней.

Алекса обернулась на них, но с правой стороны стоял уже только блондин, а второй нашёлся по левую сторону. И когда подкрался спрашивается. Смотрит так нехорошо. Что я вам сделала? Что вы на меня так смотрите? Будто сожрать хотите. Я же просто в туалет хотела, сильно хотела. Она их все таки признала, и бывает же такое. Снова обернулась к блондину и чуть не спросила, где Алёнка взяла этого переростка. Сдержало лишь то, что стоит между здоровяками и чувствует себя совсем малявкой, неуютно как-то. Да и взгляды у них совсем не миролюбивые, особенно брюнет прожигал темными глазами.

— Богдана ты уже знаешь, — продолжала Алёнка бурчать под нос, не поднимая взгляда.

— Не знаю, — внимательно посмотрела Алекса на брюнета.

— Глаза разуй, не знает она. Это Богдан. А то Димку она знает, а Богдана не знает. Он и тренируется тоже у Димки.

Тон подруги не убеждал, а наоборот навевал подозрения. Алекса изучающе посмотрела на брюнета. Она всех знает, кто тренируется у Димы, ну по крайней мере из близкого окружения и тем более тех кого могла знать Алена. А этого видит впервые. Капризный пухлый рот, приковывал к себе внимание в первую очередь. Чётко очерченные скулы, и ой не хороший взгляд карих глаз из под длиннющих пушистых ресниц.

— Да не знаю я его! — Алекса ещё не уютнее почувствовала себя зажатой между переростками, они будто и придвинулись ближе.

— Конечно не припомнит. Секции для детей находятся в другом крыле, — ехидно сказал брюнет Богдан.

Его имя Алекса слышала и часто, а вот обладателя видит впервые.

— Заговорил! — вскричала театрально Алекса прижимая ладони к щекам. — Случилось чудо!

Алена передернулась и кажется позеленела от злости скрипнув зубами. Началось.

— А мышка то бешеная, вон, как вопит. Все признаки на лицо, — прокомментировал Богдан, будто сторонний наблюдатель, а не участник беседы, переглянувшись с Ильей.

Парней явно задело, что о них говорят так будто их здесь нету.

Как он меня назвал! Уродец! Завопила про себя Алекса ещё громче, но вслух сдержалась, только окинула презренным взглядом и получила такой же в ответ.

— А ты сомневалась, что они поладят. Вон смотри, уже подружились, — ухмыльнулся Илья, обращаясь к Алене, а глаза его прямо пылали любопытством. — Как собака с кошкой, осталось только разобрать кто из них кто.

Алекса оторвала убийственный взгляд от Богдана и глянула грозно на Аленку. Та быстро начала оправдываться: