Чтение онлайн

Она из прихожей, разделенной с кухней только аркой, слышала все, что Роза пыталась втолковать Джеку в захмелевшую голову. Негодованию Эстер не было предела. Да, она понимала, что не нравится Розе, но выслушивать критику так откровенно и демонстративно посчитала оскорбительным. Больше всего Эстер возмутило молчание Джека, который не сказал ни слова в защиту жены.

Если бы только Эстер смогла промолчать и уехать без выяснения отношений. В таком случае она справедливо получила бы звание самой благоразумной женщины вечера. Мягкость и мнимая слабость – одни из самых простых способов в борьбе с мужской безучастностью и упертостью. Но темперамент, молодая кровь и жажда справедливости взяли верх. Эстер не смогла сдержать чувств, захлестнувших ее в пучину ядовитых эмоций.

– В следующий раз Джек обязательно спросит у тебя, какую женщину ему выбрать, – язвительно сказала Эстер, голос ее дрожал от волнения.

Роза вскочила с пола и уставилась на жену брата возмущено и удивленно одновременно. Впервые за долгое время ей ответили грубостью на бестактность.

– Да, я скажу тебе это в глаза. Ему нужна была женщина постарше, а не ты, – уверенно выпалила Роза, ничуть не заботясь о последствиях. – Но Джек никогда меня не слушал.

Джек в это время встал, с негодованием посмотрел на обеих женщин и, не говоря ни слова, вышел на улицу.

– Как ты не понимаешь, – Эстер с болью проводила взглядом уходящего мужа. – Ты не сможешь поставить Джека перед выбором – жена или сестра. Когда-нибудь у нас появятся дети, и тогда Джек в любом случае выберет семью, нашу семью. Те гадости, что ты говоришь ему обо мне, перестанут иметь смысл. Сегодня ты произнесла слова, которые останутся со мной надолго. Твой поступок эгоистичен, потому что мы перестанем общаться, а Джеку из-за этого будет нелегко.

Эстер высказала все, что накипело, и ничуть не жалела об этом. Ехидство Розы давно ей надоело, и, к счастью, непрошеная откровенность этим вечером сыграла ей на руку. Теперь Эстер совершенно справедливо могла игнорировать приглашения на семейные праздники и избегать общества Розы по веской причине.

Эстер смотрела на разгорающуюся ярость Розы и не чувствовала ничего: ни угрызений совести, ни печали, ни сострадания.

– Выход там! – поставила точку Роза, указывая Эстер длинным пальцем на дверь. Это была торжественная кульминация. Больше не будет неловких слов и попыток защититься. Глава дописана.

Позже, от Джека, Эстер узнала, чем так сильно задела Розу той ночью. Эстер сказала, что Джек выберет новую семью, а Роза восприняла высказывание слишком буквально. Исходя из этого, Эстер сделала логичный вывод: даже если человек будет стараться донести свою мысль четко и недвусмысленно, слушатели интерпретируют слова так, как им того захочется, а это значит, что лучшее средство от непонимания – молчать.

Эстер одобрительно кивнула и пошла к выходу. По пути она захватила сумку и плащ с дивана. Затем дверь за ее спиной стремительно захлопнулась.

Машина Джека была заведена, но самого Джека за рулем не было видно.

План созрел в голове Эстер еще до того, как началась ссора: вызвать такси и вернуться в тишину домашнего заточения. Там она сможет в одиночестве зализать раны, успокоиться и выровнять растревоженное состояние.

Эстер быстрым шагом двинулась вдоль кладбища, располагавшегося напротив дома, попутно пытаясь в приложении такси обнаружить свою геолокацию. Ее заметно кольнула боль за предательство мужа. Чувство обиды, которое она подавила несколько минут назад, когда смотрела в спину промолчавшего Джека, теперь взыграло в ней с полной силой.

Прохлада ночи и влажный воздух хорошо освежали мысли. Месяц, похожий на кусочек надкушенного сыра, тускло освещал крыши домов и сырые могильные плиты с угрюмыми цифрами и безликими именами. Белесой пеленой висел туман, смыкаясь с тучами, он наводил ужас на мрачное место. Бледно-зеленые газоны в ночи приобрели волшебный синеватый оттенок. И лишь под светом уличных фонарей привычный образ тусклого полотна превращался в ярко-зеленые освещенные островки, похожие на геометрический рисунок.

Эстер продолжала идти по мокрой заасфальтированной дороге, когда услышала сзади быстрые приближающиеся шаги. Она тут же опустила телефон и круто развернулась. Обычный человеческий рефлекс, обусловленный желанием оценить противника и дать ему отпор. Но оказывать сопротивление было незачем: это Джек старался нагнать быстро удаляющуюся жену.

– Подожди! – сказал Джек, немного отдышавшись. Он бежал за Эстер от самого дома и уже порядком выдохся. – Поехали домой. Ты добилась своего.

Эстер недоуменно посмотрена на чуть протрезвевшего мужа.

– Я добилась? То есть я еще и виновата во всем произошедшем?

– Да, ты. Это ты устроила скандал в доме моей сестры.

– Конечно, конечно, устроила! Ведь ты не сказал ни слова в мою защиту! – с бессильной злобой произнесла Эстер. Она поняла, что муж не намерен извиняться, и замолчала.

Эстер окинула Джека неприязненным взглядом и продолжила идти куда-то вдаль, в темноту. Главное, подальше от этой семейки.

– Нет, я не отпущу тебя одну. Ты поедешь со мной домой, – сказал Джек печальным голосом. Он схватил Эстер за локоть и притянул ее к себе так, что она чуть не упала.

– Не смей меня трогать! – судорожно сглотнув, отозвалась Эстер. – Я никуда с тобой не поеду! Иди обратно к сестре, обсудите меня этой ночью!

Лицо Джека не выражало ничего, кроме необъяснимого отчаяния. Он хотел оградить в первую очередь себя от всего плохого, что могло произойти с Эстер этой ночью. Да и потом, разгадать, какой подтекст содержит в себе женское «отпусти», может только опытный мужчина, и этот мужчина, к которым причислял себя Джек, даже будучи пьяным, осознавал, что этого делать ни в коем случае нельзя.

Совершенно уверенный в том, что поступает правильно, Джек схватил Эстер в охапку, плотно обхватил ее руки и понес в сторону заведенной машины.

– Отпусти меня сейчас же! – Эстер яростно старалась вырваться из рук мужа. Она болтала в воздухе ногами, пыталась высвободить руки, но тщетно.

Неподалеку послышался звук приближающегося автомобиля. Эстер замерла. Она перестала вырываться и прислушалась.

Через несколько мгновений из-за поворота показался свет фар приближающегося «доджа». Быстро преодолев короткое расстояние, автомобиль поравнялся с Джеком, державшим на руках выбивающуюся Эстер. Черное платье девушки задралось, оголяя худые ноги. Не знающему предыстории человеку увиденное вполне могло показаться проявлением насилия.

Окно машины опустилось, и из темноты раздался встревоженный женский голос:

– Девушка, вам нужна помощь?

Эстер, опираясь на одно чувство – обиду, тут же, не думая о последствиях, кивнула. Ее ни секунды не заботило, что, если бы женщина вызвала копов, Джеку пришлось бы всю ночь давать показания полиции.

– Да, мне нужна помощь, – сказала Эстер и поспешно высвободилась из рук Джека.

Джеку ничего не оставалось, кроме как покориться жене. Он смотрел Эстер вслед, когда та, судорожно спустив платье, нетвердой походкой пошла в сторону машины и неловко запрыгнула на кожаное сиденье.