Эксперименты с интеллектом
Шрифт:
– Смотрите-ка, никакого удивления на лице, - отметила Лиз.
– Точно, - ответил Вайсман.
– Чего не скажешь о тебе. Видела бы ты своё лицо в тот момент, когда бедный Сальвадор обернулся! Откровенно говоря, я только тогда осознал, с какими проблемами он может столкнуться в этом мире, если даже просвещенные люди, вроде тебя, так его воспринимают...
– Извини, но со мной не проводили двухчасовой подготовки!
– Да уж, - ответил Уитни, - без подготовки сложно не удивиться, встретивших с Сальвадором.
– Теперь, я так понимаю, очередь доктора Джонсона и сотрудников вашей лаборатории?
– спросил Вайсман, обращаясь к Лиз.
– Да, но они подойдут после обеда.
Именно Лиз принадлежала идея ограничить число посетителей выставки теми людьми, которые были хорошо знакомы ей и людям, принадлежавшим к её тесному окружению. Среди "приглашенных" были и сотрудники лаборатории доктора Джонсона с семьями, и бывшие студенты Джеральда Уитни, и друзья семей её близких подруг Пэмелы и Кейт - словом, все те люди, от которых не приходилось ждать неприятностей. И каждый из них появлялся в галерее в положенное время. Лиз намерено определила очередность появления "гостей выставки", дабы на протяжении нескольких дней перед Сальвадором не мелькали одни и те же лица.
– Думаю, Сальвадор останется доволен организацией выставки, - сказала Лиз.
– Да, если он не докопается до сути дела и не поймет, что мы его, так сказать, разыграли, - задумчиво ответил Вайсман.
– Ведь, как оказалось, провести его не так-то легко...
– Что ты имеешь в виду?
– Понимаешь, Сальвадор-то догадался о том, что ты вовсе не историк...
– Да? И как ты это понял?
– И понимать не пришлось, он прямо заявил мне об этом!
– Что ж, неудивительно. Ведь не зря у него твой интеллект.
– С чего ты это взяла?
– А, разве, нет?
– Нет, не мой. Точнее, изначально - не мой.
– Что значит, изначально?
– Ну, это очень долго объяснять.... В общем, Сальвадор получил интеллект моего друга, художника Серджио Минелли. Откуда у него, по-твоему, страсть к живописи? Если бы у него был мой интеллект, его увлечением были бы далеко небезопасные химические опыты! Нет, Лиз, другого такого, как я больше не нужно...
– Похоже, Сальвадор хочет что-то нам сказать, - сказала Лиз, заметив, как Сальвадор пытается пристальным взглядом привлечь к себе внимание Вайсмана и Лиз.
– Видимо, ты права, - ответил Вайсман и направился в сторону своего подопечного. Лиз проследовала за ним.
– Я так счастлив!
– воскликнул Сальвадор.
– И это можно понять!
– ответила Лиз.
– Ведь, сегодняшнее событие - очень важный шаг в твоей жизни! Множество людей придет сюда и познакомится с тобой и твоим творчеством. Скоро о тебе заговорят все! Ты станешь известным и знаменитым! Люди начнут раскупать твои полотна, твои картины станут украшением множества коллекций! Твое имя войдет в историю!
– И когда-нибудь я смогу открыть свою собственную картинную галерею!
– сказал Сальвадор, широко улыбаясь.
– Конечно!
– ответила Лиз.
– Однажды ты сможешь это сделать!
– Я просто не в силах скрыть своей радости!
– повторял Сальвадор.
– Радуйся на здоровье!
– ответила Лиз.
– Ведь, сегодня, твой день!
– Я могу попросить вас ещё кое о чем?
– осторожно спросил Сальвадор, поглядывая на Вайсмана.
– Конечно!
– ответил Вайсман.
– Как сказала Лиз, сегодня твой день! Говори, что, именно, ты хочешь!
– Мне бы хотелось отметить это событие в ресторане!
– воскликнул Сальвадор.
– В ресторане?
– рассеянно спросил Вайсман.
– Но, с чего, вдруг, тебе в голову пришла эта мысль?
– Не знаю, - смутившись, ответил Сальвадор, - я подумал, у нас такой замечательный повод...
"Боже мой", - подумала Лиз, потупив взгляд.
– "Вот только этого нам не хватало! Пойти в ресторан, где каждый будет глазеть на Сальвадора..."
– Ну, это уже не так популярно, дорогой Сальвадор!
– воскликнул Вайсман, стараясь не вызывать у Сальвадора сомнений в искренности его слов.
– Да, и потом, сегодня только первый день, такой ответственный и такой бурный! Все мы очень устали, и валимся с ног! Как в таком разбитом состоянии можно идти и что-то праздновать, тем более, в ресторане! Посмотри на Лиз! Она еле держится на ногах от усталости!
Сальвадор посмотрел на Лиз, стоявшую с таким жалобным выражением лица, что он тут же отказался от своей идей.
– Ну, хорошо, - сказал он, вздохнув, - можно отметить это событие как-то поскромнее, у нас в саду, например...
– У нас в саду?
– воскликнул Вайсман.
– Отличная идея! Я сейчас же позвоню домой и распоряжусь, чтобы там все приготовили для празднования!
Вайсман говорил с жаром и, видимо, столь убедительно, что Сальвадор согласился и успокоился. А Вайсман, глубоко вздохнул и подумал, что на этот раз гроза пронеслась мимо. "Надеюсь, - думал он, - что следующий напряженный момент возникнет не скоро..."
Но Вайсман ошибся. Неприятности не заставили себя долго ждать. В два часа ночи в доме Джеральда Уитни раздался тревожный звонок.
С трудом говоря от волнения, Вайсман выпалил в конце концов главную фразу:
– Сальвадор пропал!
– Как пропал...?
– растерянно спросил Уитни, нервно потирая глаза и стараясь собраться с мыслями, - он, ведь, был таким беззаботным и веселым во все время празднования! Что произошло после того, как мы разъехались по домам?