Эксперт № 03 (2013), Эксперт Эксперт Журнал

Эксперт № 03 (2013)

на обложку

Эксперт Эксперт Журнал

Шрифт:

— А какая ниша есть у России на мировом рынке?

— Я не вижу возможности того, чтобы в ближайшее время можно было вести речь о масштабном выходе России на мировой рынок. У нас есть определенные прорывы на зерновом рынке, может, на рынке мяса птицы, но они точечные и нестабильные. В перспективе следующих пятнадцати-двадцати лет, если в стране будет вестись эффективная аграрная политика, Россия, имеющая крупные запасы земельных ресурсов и пресной воды, действительно может стать крупным экспортером разной агропродукции.

— Какой должна быть эффективная агрополитика, чтобы увеличить экспорт?

— В первую очередь необходимо повысить эффективность, конкурентоспособность производства. При этом снижение издержек производства на наших предприятиях не должно осуществляться за счет качества. Например, на молочном рынке наши маслоделы когда-то делали великолепное сливочное масло, но теперь они пытаются угнаться по ценам за конкурентами из Финляндии, Новой Зеландии, Белоруссии. Чтобы удешевить продукцию, российские производители заменяют животный жир растительными добавками. Качество такого масла снижается, и даже на внутреннем рынке оно проигрывает импорту. О каком экспорте в этом случае может идти речь?

Ругать наших производителей продовольствия тут трудно. У той же Белоруссии совершенно другая политика в отношении своих аграриев, им создают льготные условия кредитования, осуществляют масштабную господдержку, за счет чего они имеют преимущество перед российскими молочниками. Для нас возникает проблема демпинга, которую необходимо решать путем переговоров.

Восемнадцать лет шли переговоры о присоединении России к ВТО. И вдруг членство в ВТО оказалось неожиданностью: сегодня не только большинство предпринимателей, но и сами чиновники понятия не имеют, как работать в новых условиях. И все потому, что не была организована системная подготовка кадров на всех уровнях. Сейчас нужно, пусть вдогонку, но обязательно разрабатывать и готовить специальные программы адаптации наших предприятий к условиям деятельности в ВТО. При этом программы должны быть дифференцированными для разных регионов. Например, одна область может быть подвержена большему негативному конкурентному воздействию со стороны импортеров, поэтому для нее особо актуальна проблема защиты и повышения конкурентоспособности собственных производителей. Для другой области, например отдаленной от границ, такой вопрос может не стоять так остро. Однако необходимо готовиться к расширению импортной экспансии и повышать конкурентоспособность. А, например, областям с развитым свиноводством при разработке программ, по-видимому, придется подумать, как защититься от беспошлинного импорта живых свиней.

ЛПХ как хобби

— Какие сельхозпредприятия в России будут иметь наибольшие вес и эффективность?

— Россия имеет многоукладное сельское хозяйство. Почти половину продукции — 48 процентов — производят личные подсобные хозяйства, 7 процентов приходится на фермеров. Сельхозпредприятия занимают остальные 45 процентов рынка. Из них меньше трети рентабельны. Всего 10 процентов рентабельных предприятий высокоэффективны — это те, которые используют индустриальные технологии, технологию точного земледелия, некоторые элементы био- и нанотехнологий.

Если говорить об эффективности ЛПХ, то она ничтожна — большинство из этих хозяйств основаны на примитивном технологическом укладе, который Западная Европа и США прошли еще сто лет назад. Если говорить о фермерских хозяйствах, то лишь треть из них используют современные технологии. В основном их работа тоже примитивна, и от ЛПХ они отличаются лишь тем, что чаще арендуют какую-то технику у более крупных хозяйств. Как при таком положении дел можно говорить об инновационном прорыве всего сельского хозяйства в России?

— Каким образом, по- вашему, можно наверстать упущенное?

— Не хотелось бы, чтобы наше сельское хозяйство было в роли отстающего и догоняющего. Нужна реальная, хорошо поддерживаемая государством стратегия инновационного развития, которая была бы нацелена на скачок с доиндустриального, частично индустриального на биоинформационный, нанотехнологический уклад. Если говорить о структуре хозяйств, то, мне кажется, мы должны по мере развития сельского хозяйства ориентироваться на уменьшение удельного веса личных подсобных хозяйств. Это, скорее, сектор выживания для населения — в годы войны, в годы глубочайших системных кризисов, как, например, в 1990-е годы, этот сектор расширялся. И наоборот, в годы, когда уровень доходов населения начинает расти, многие начинают отказываться от ЛПХ.

Я вам больше скажу, сельское хозяйство без государственного регулирования никогда не будет высокодоходной сферой. Это связано с особенностями аграрного рынка. Всегда предложение на втором, третьем этапах, как было отмечено выше, растет быстрее, чем спрос. Цены оказываются заниженными, в этих условиях обостряется проблема диспаритета цен между сельским хозяйством и промышленностью. Американцы уже давно взяли курс на то, чтобы сельский житель получал доходы не только от сельхозпроизводства, но и от деятельности в других сферах экономики. Например, если взять среднюю фермерскую семью в США, то ее доходы на 90 процентов складываются от работы в несельскохозяйственных сферах экономики, например, в сфере услуг, агротуризме. И только на 10 процентов фермерская семья зарабатывает от деятельности в сельском хозяйстве.

— Значит, вы за то, чтобы на селе развивались крупные и средние компании инновационного типа, а личные подсобные хозяйства оставались лишь для удовольствия населения, чтобы не исчезали и развивались сельские территории?