Чтение онлайн

За последнее время в стране значительно (на 50%) подорожали социальные сорта хлеба. Несмотря на заявления Узбекистана о сборе рекордного в этом году урожая зерновых (более 7,6 млн тонн), в действительности страна не обеспечивает хлебом свое тридцатимиллионное население (цифры сбора урожая сильно завышаются) и вынуждена покупать его (в частности, у Казахстана). В связи со значительным ростом цен на зерно на мировых рынках в 2013 году закупать его в прежних объемах Ташкенту становится трудно. Все труднее дотировать цены на социальные сорта хлеба (правительство уже заявило о резком сокращении дотаций на 2014 год), в этом году в Узбекистане впервые официально принят дефицитный бюджет.

В свое время катализатором революционных событий на Ближнем Востоке, которые потом получили название «арабской весны», стало именно резкое повышение цен на хлеб и топливо, поэтому, по мнению политологов, вероятность развития событий по сходному сценарию и наступления «ташкентского лета» довольно высока. Особую обеспокоенность вызывает тот факт, что один из наиболее влиятельных партнеров Ташкента — Вашингтон — похоже, принял решение поддерживать на следующих выборах происламскую оппозицию.

Так что у Ислама Каримова остается крайне мало внутренних ресурсов для удержания ситуации под контролем, поэтому принципиально значимым становится участие других внешних игроков, таких как Китай и Россия. Для России, которая за двадцать лет утратила свое былое влияние в Средней Азии, а сегодня задумалась о возобновлении интеграционных процессов на постсоветском пространстве, нынешнее положение Узбекистана представляет и угрозу, и возможность.

Вероломный американский друг

Основным интересом США в Узбекистане в последние годы стали возможность его использования при выводе частей международной коалиции из Афганистана и размещение там баз НАТО. Вашингтон также хотел бы использовать южные области Узбекистана и северных провинций Афганистана для создания так называемого пояса безопасности. С лета 2013 года в Ташкенте уже действует региональный офис НАТО, который взял на себя функции координации действий всех заинтересованных сторон в плановом поэтапном выводе войск из Афганистана и вывозе вооружений и армейского имущества.

Комментариев о том, что произойдет с этим офисом после окончания вывода войск, ни одна сторона не дает, но российские военные эксперты полагают, что он останется в Узбекистане, чтобы заниматься управлением войсками альянса уже на территории Узбекистана и содействовать переводу узбекской армии на стандарты НАТО. Подобное развитие событий вполне соответствует другому существенному интересу США — ослаблению влияния России и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Узбекистане и во всем Центрально-Азиатском регионе. На этом пути уже достигнуты значительные успехи. Например, Ташкент уже формально отмежевался от союзнических обязательств по отношению к России и Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), а в рамках ШОС он фактически стал проводником американских интересов, причем часто в ущерб не только интересам России, но и Китая.

В последнее время США стали проявлять к Узбекистану особое внимание. В сентябре 2012 года Конгресс дал согласие на возобновление поставок Узбекистану оружия, сняв наложенный еще в 2004 году запрет. Ташкент посетила делегация во главе с министром военно-морских сил США Реем Мэбусом . Одной из целей ее визита было определение того, в каком военном оборудовании нуждается Узбекистан. Появился так называемый список Мэбуса, в который были включены средства разминирования, приборы для сканирования местности с воздуха, приборы ночного видения, прослушивающая техника, аппаратура, позволяющая осуществлять контроль над интернетом и вторгаться в социальные сети. Объем помощи Госдепа США Узбекистану в 2013 году составил 12,6 млн долларов, из которых 3,4 млн пойдут на программы в сфере безопасности, включающие в себя проекты содействия как вооруженным силам, так и правоохранительным органам и погранслужбе.

Впрочем, события «арабской весны» показали, что Вашингтон легко сдает своих политических контрагентов в правящих режимах, несмотря на все ранее предоставленные им гарантии безопасности. И Каримов, безусловно, имеет информацию об активных контактах американцев с представителями исламской оппозиции в Узбекистане: Вашингтон уже по традиции готовит для себя запасной аэродром на случай скорого падения существующего режима. Эксперты в Вашингтоне исходят из того, что светская оппозиция Каримову (достаточно малочисленная и проживающая в массе своей вне Узбекистана) не сможет удержать ситуацию в стране и обеспечить интересы США при смене режима.

Неудивительно, что в последнее время официальный Ташкент резко снизил интенсивность контактов как с США, так и с НАТО в целом. Каримов явно хочет получить подтверждение гарантий своей безопасности Вашингтоном — до начала вывода натовских войск из Афганистана. В свою очередь американская политика прибегла к традиционной для нее в таких ситуациях модели поведения. Через международные организации активно поднимается вопрос о «массовом нарушении прав человека каримовским режимом», и в то же время Ташкенту обещают резко увеличить объем военного имущества, оружия и вооружений, которые американцы собираются оставить в Узбекистане.

Среднеазиатская слабость Евросоюза

В отличие от бывших советских республик европейской части СССР, таких как Молдавия или Украина, Евросоюз не имеет особого влияния в Средней Азии вообще и в Узбекистане в частности. Однако, несмотря на это, у ЕС есть масса структур и институтов по этому региону: специальный представитель ЕС по странам Центральной Азии, представительство в Ташкенте, подписанная «Программа региональной стратегии поддержки Центральной Азии», действуют программы TRACECA (транспорт), INOGATE (энергетика), TEMPUS (образование), Седьмая рамочная программа (наука). Регион Центральной Азии отнесен к приоритетам внешней политики ЕС, однако эта приоритетность скорее относится к Туркмении, в которой видят потенциального поставщика углеводородов в Европу.

Хотя два года назад ЕС приступил к осуществлению трехгодичного проекта поддержки «процесса судебно-правовой реформы в Узбекистане», Брюссель с разочарованием отмечает, что за последние годы ситуация с правами человека и гражданскими свободами в Узбекистане только ухудшилась, а «мягкая сила» ЕС там не работает.

Узбекистан даже пользуется преимуществами Генеральной системы преференций ЕС, то есть имеет таможенные льготы при входе на рынок ЕС (снижение на 10% таможенных пошлин). Но по сравнению с соседним Казахстаном (он продает в ЕС нефть) экономические контакты ЕС и Узбекистана выглядят весьма слабо, на ЕС приходится всего 6–7% товарооборота страны (в Казахстане этот показатель составляет 40%).