Чтение онлайн

Марк Завадский

Игорный бизнес в Азии процветает, и с каждым годом отставание Приморья, которое решено развивать как один из игорных центров России, становится все очевиднее

Несмотря на замедление роста числа туристов, игорной индустрии Макао удалось заметно нарастить свои доходы

Фото: EPA

Около входа в казино City of Dreams в Макао каждые полчаса показывают шоу. Стена зала на несколько минут превращается в виртуальный аквариум, в котором плавает трехмерная грудастая русалка европейского вида, из одежды на ней только чешуя, да и то лишь ниже пояса. Китайцы застывают на несколько минут, мелькают вспышки «мыльниц», затем зрители устремляются по своим делам — мужчины в игорный зал, женщины по бутикам: игорные комплексы здесь ломятся от Louis Vuitton и Gucci.

Для всего мира Макао — это символ игорного экономического чуда, экономика города строится вокруг игорного бизнеса, который приносит бюджету бывшей португальской колонии 80% всех доходов. Макао — это еще и образец для подражания, именно его пример подтолкнул Сингапур к ослаблению игорного законодательства, за последние десять лет игорные зоны появились во Вьетнаме, Непале, Южной Корее и Мьянме.

В России создать свое Макао пытаются недалеко от Владивостока. После запрета игорного бизнеса на территории РФ и выделения под него специальных зон именно владивостокский проект считался самым перспективным: как-никак зона располагается в Азии, переживающей бум игорного бизнеса. За создание зоны Приморье отчаянно билось с Хабаровским краем, обещая построить под Владивостоком если не город-сад, то уж поле чудес для китайских дураков точно. Однако спустя четыре года после закрытия последнего казино в России (и через семь лет после принятия соответствующего закона) владивостокская зона все еще остается на стадии «амбициозного проекта», стремительно превращаясь в безнадежный долгострой. Особенно разителен этот контраст на фоне бурно развивающегося игорного бизнеса Азии. В том же Макао с 2009-го по 2013 год доходы от этого вида деятельности выросли почти в четыре раза. Очевидно, что Владивосток в Азии никто ждать не будет, игорный поезд из России если уже не ушел, то вот-вот должен отойти.

Макао сверху

2012 год для Макао стал удачным. Несмотря на сокращение роста числа туристов игорной индустрии удалось заметно нарастить свои доходы. В городе открылось сразу несколько крупных отелей, включая два комплекса Sands общей вместимостью 6000 номеров, что позволило снизить давление на гостиничный фонд и уменьшить среднюю цену за номер, особенно в пиковые сезоны (китайские недели праздников и выходные). «Еще важнее то, что стала меняться структура доходов казино. Все большая их доля приходится на массовый сегмент, он растет быстрее VIP-сектора, более подверженного сезонным колебаниям и политической конъюнктуре», — утверждает аналитик CLSA Аарон Фишер . В 2012 году доходы от VIP-операций увеличились всего на 7%, притом что массовый рынок вырос более чем на 30%.

Для казино это означает существенное увеличение рентабельности, поскольку, когда дело касается VIP-клиентов, игорным домам приходится отдавать примерно половину своего выигрыша посредникам, которые привозят клиентов в Макао (посредники таких игроков могут даже кредитовать, а при необходимости — выбивать из них деньги).

Китайские власти в последнее время все чаще выражают недовольство деятельностью посредников. В конце января акции основных игорных операторов в Макао упали в среднем на 5% — после того как несколько китайских СМИ сообщили о намерении Пекина бороться с посредниками, кредитующими богатых игроков. Таким образом в Китае собираются бороться и с коррупцией, ведь многие клиенты VIP-комнат (посредники снимают их у казино) — либо чиновники, либо тесно связанные с ними люди.

«В этом смысле Макао движется по пути Лас-Вегаса, где основные доходы приходятся на массовый рынок. Это более здоровая ситуация», — говорит эксперт по игорному бизнесу из Макао Патрик Юнг . Власти специального административного района последние годы устраивали промопрограммы в китайских регионах, и, видимо, это дало свои результаты: база потенциальных игроков увеличилась. Приехавших китайцев развлекают всевозможными шоу-программами разной степени удачности и благопристойности. В игорных заведениях место есть и прекрасному. К примеру, в казино Grand Lisboa стоит бронзовая голова лошади, выкупленная владельцем SJM Стэнли Хо за безумные деньги у западного коллекционера. (Изваяние до конца XIX века находилось в пекинском Летнем дворце, откуда было вывезено в Европу после поражения Китая в Опиумной войне и разграбления Летнего дворца войсками союзников.)

Перемены в Макао связаны и с глобальными изменениями на китайском туристическом рынке. Китайцы все больше путешествуют самостоятельно, не связываясь с посредниками или турфирмами, особенно там, где для них комфортна языковая среда. В Макао это привело к появлению премиального массового рынка, ставки на обычных столах поднимаются все выше и выше. Это связано с ограничениями на количество столов, которые вводят власти Макао, желающие жестко контролировать развитие игорного бизнеса. В результате во многих казино уже сложно найти столы для баккары (самая популярная карточная игра у китайцев) с низкими ставками, за один раз приходится выкладывать 200–300 долларов США. Впрочем, давление на столы скоро, видимо, снизится: к 2015–2017 годам в городе должны быть введены в строй сразу несколько новых объектов, которые строят основные операторы Sands China, Wynn Macau, Melco Crown, Galaxy Entertainment, MGM China and SJM Holdings. Сегодня только эти шесть компаний допущены к игорному бизнесу Макао, так что они сделают все возможное, чтобы доказать, что их сил хватит для удовлетворения растущего спроса.

Регион быстрого роста

Бурный взлет Макао происходит на фоне растущего интереса к игорному бизнесу во всем регионе. В 2008 году Азия (вместе с Австралией) стала вторым игорным рынком в мире, оттеснив на третье место Европу, Ближний Восток и Африку (EMEA). По прогнозам PricewaterhouseCoopers, уже к концу этого года Азия должна выйти на передовые позиции, оставив позади многолетнего лидера — США. «К 2015 году на Азию будет приходиться 49,7% всех игорных доходов в мире», — утверждает аналитик PWC Марсел Фенез . Оценки Fitch более сдержанны, но и в этом агентстве предсказывают первенство Азии к середине десятилетия.

Лидерство Макао в регионе в обозримом будущем оспорить не удастся, но за второе место будет идти ожесточенная борьба между Австралией и Сингапуром. Сингапур ворвался в элиту азиатского игорного бизнеса буквально за три года (первое казино здесь открылось лишь в 2009-м) и сразу же стал центром игорной активности в Юго-Восточной Азии. «У Сингапура была отличная база, казино просто органично влилось в уже существующую инфраструктуру. Это намного легче, чем создавать игорный центр с нуля на пустом месте», — подчеркивает Патрик Юнг.

Азиатский игрок становится все более массовым и менее элитарным, и это идет игорной индустрии на пользу

Фото: EPA

Восточная Азия

В Восточной Азии главным игорным центром пока остается Южная Корея, на конец 2012 года здесь работало 13 казино, но, кажется, это только начало. В октябре прошлого года местные власти объявили о развертывании строительства огромного развлекательного города Eightcity (восемь — счастливое число во многих азиатских культурах) в районе Инчеон в двух часах езды от столичного Сеула. Размер нового игорного центра будет превышать Макао в три раза, а общая сумма инвестиций составит 300 млрд долларов США, среди основных инвесторов — Daewoo, Kempinski и Korean Air. Проект рассчитан на японских и китайских туристов, самим корейцам играть там, скорее всего, будет запрещено, как им запрещено это делать в 12 из 13 существующих игорных комплексов. «Если мы разрешим корейцам играть, все казино будут переполнены, и мы лишимся туристических денег, не говоря уже о катастрофических последствиях для корейского общества», — говорит директор туристического департамента Южнокорейского министерства культуры Ким Цзин Гон .