Чтение онлайн

– Маг, которого Зевандер тоже держал в плену.

– Также?
– Ее брови сдвинулись.
– То есть он держал тебя в плену?

Я поморщилась от этого вопроса. Как все это звучало нелепо, даже для меня. Если бы Зевандер не последовал за мной через тот лес, я бы подумала, что все это придумала — Эфирию, магию, Зевандера.
– Да, но не по тем причинам, о которых ты думаешь. Это было для моей защиты.

– Конечно, для этого. Один человек держит тебя в плену, другой говорит, что ты — потомок вымершей расы, и ты просто всему веришь? Разве тебя не укусили эти злобные виккенсы?

Я еще даже не дошла до части про костяной кнут, свист в горле, призывающий огромного дракона, или почерневшие кончики пальцев, которые могут убить одним прикосновением.
– Слушай, я же говорила, что это будет много. Возможно, сейчас не подходящее время.

– Нет. Возможно, это было подходящее время. Я ни за что не пришла бы в себя и не поверила бы в эту чепуху. Ты сомневаешься в моем психическом состоянии и намерениях Мороса, но так легко находишь все эти другие глупости вполне правдоподобными? Ты из Фоксглава. Ты родилась в Фоксглаве, Мэйвис. Я предлагаю запереть двери и не впускать твоего похитителя, когда он вернется. Если понадобится, я вполне способна обращаться с ножом. Дядя Рифтин показал мне...

– Прекрати.
– Мне было тяжело оставаться в хижине, но я подавила свое раздражение ради нее.
– Ты не понимаешь, и я не ожидаю, что ты поймешь. Я только хотела рассказать тебе правду о том, что со мной произошло. Я не хотела, чтобы ты думала, что я тебя бросила.

– О, но похоже, что ты это сделала. Похоже, что ты влюбилась в своего похитителя, а я осталась с этой ужасной ведьмой!

Как она смеет! Я хотела крикнуть, что именно она была причиной того, что я все еще застряла в этом ужасном месте, в этой душной лачуге, но я сдержалась.

– Я не буду доказывать свою преданность тебе. Я каждый день боролась, чтобы вернуться к тебе. Буквально тренировалась, чтобы стать сильнее, чтобы я могла должным образом защитить тебя! Так что я не хочу больше ничего слышать...

Мои слова прервало движение чего-то за спиной Алейсеи, и я медленно встала на ноги, не закончив фразу.

За ней по стене полз паук размером с птицу.

– Что такое? — спросила она, обернувшись.

– Алейсия, двигайся медленно.

Из спальни появился еще один большой паук — почти такой же ростом, как дверной косяк, и бледный, как снег.

– О Боже. Как они сюда попали?

В углу комнаты стоял мешок из мешковины, в который Зевандер завернул останки кролика. Он поручил мне сжечь его после своего отъезда.

Мешок зашевелился, и из него выполз гораздо меньший паук, который побежал к двум более крупным.

– Алейсея, нам нужно уходить. Сейчас же.

ГЛАВА 24 ЗЕВАНДЕР

Прошлое…

Зевандер проснулся от запаха оленины и теплого хлеба, и у него потекли слюнки. Он не мог вспомнить, когда в последний раз ел мясо, которое не воняло гнилью. Может быть, много лет назад, но эти восхитительные запахи были безошибочны и пробуждали воспоминания о доме.

Напротив него другие члены Гильдоны сидели вокруг того, что, судя по запаху, который ошеломлял его чувства, должно было быть пиром. Один из молодых людей, вероятно Соласион с его светлыми волосами и бронзовой кожей, отделился от остальных и понес к нему тарелку. Мышцы Зевандера напряглись, когда мужчина сел рядом с ним и предложил ему тарелку с едой — олениной и хлебом, как он и предполагал, а также виноградом, оливками и инжиром. Деликатесы, которых он не пробовал с тех пор, как попал в тюрьму.

Он осторожно взял тарелку, поглядывая на шрамы, покрывавшие грудь и руки другого мужчины, где его явно били кнутом. Один особенно ужасный шрам тянулся от уголка губ до середины скулы. На его горле блестела золотая лента, и тогда Зевандер осознал, что у него на горле тоже есть такая. Он прижал к нему руку, не желая вспоминать о вчерашнем дне, когда кто-то, должно быть, прикрепил ее к нему.

– Я Терон, — сказал блондин, бросая в рот оливку.

Вместо того чтобы ответить, Зевандер откусил один из маленьких кусочков оленины на своей тарелке, и восхитительный, пикантный вкус разлился по его языку. На долю секунды он подумал о своих друзьях, начинающих свой изнурительный рабочий день с миски похлебки, но эти мысли быстро растворились в вспышке боли в бедре и воспоминании о том, что с ним сделали. Он отдал бы всю свою тарелку еды, чтобы вернуться в шахты.

– Ты лунасир.
– Это не был вопрос, и Зевандеру не понравилось, как мужчина смотрел на его бедра. Когда тот потянулся к одной из перевязанных ран, Зевандер оттолкнул его руку и угрожающе посмотрел на него, как зверь, готовый укусить. Терон улыбнулся, не обращая внимания.
– Я просто проверял твои раны. Это я зашивал твою рану.

Он даже не подозревал, что его рана нуждалась в наложении швов.

Вместо того чтобы продолжать допрашивать, Терон устроился на подушках, положив локти на согнутые колени.
– Она рассматривает твое неповиновение как игру. Пока ты будешь ей отказывать, она будет продолжать мучить тебя. Делай, как она говорит, и ты завоюешь ее благосклонность.

– Почему ты думаешь, что я стремлюсь стать ее фаворитом?.

Его щека дернулась, словно он воспринял вопрос лично.
– Ты поймешь, что согласие гораздо лучше ее наказаний.

– Я лучше перенесу тысячу ударов кнутом, чем подчинюсь ее прихотям.

– Ты предпочитаешь вернуться в шахты?

– Да.

Он покачал головой и вздохнул.
– Здесь есть свои преимущества. Комфорт. Когда в последний раз ты ел свежую оленину в шахтах? Свежеиспеченный хлеб вместо черствых и заплесневелых отходов. Подушки вместо грубого бетона. Горячая вода для ванн. Ты все равно останешься рабом, будь ты здесь или в шахтах.

– Я не просил твоего мнения о том, кто я такой.

– И я не хочу тебя обидеть. Я тот, кто залечивает раны тех, кто ослушается ее приказов. Я просто хочу избежать необходимости зашивать твою израненную плоть.

– Извини, что разочаровал тебя. Будет еще много ран. Спасибо за еду, но оставь меня в покое.

Его губы сжались.
– Мне не позволено оставлять тебя в одиночестве. На случай, если ты покончишь с собой.

– Тогда я прикован к тебе, как к цепи. Чертовски здорово.