Чтение онлайн

— Да не то, чтобы. — Я пожала плечами. — Не беспокойся, я справлюсь. Просто нужно время.

Я беспомощно смотрел, как девушка удалилась из каюты, но ничего не мог поделать. Когда входная дверь громко хлопнула за её спиной, то лишь тогда я обессилено выдохнул. «Всё пошло не так. Я снова всё испортил, разозлил госпожу. И что теперь будет, не знаю», — понимал я, прикрывая глаза на пару мгновений.

Взяв брошенную мне банку, я открыл её, потому что приказ был чётким. Моей хозяйке требовалась чистая кожа, а на этот раз она не намазала мои ступни. Осторожно зачерпнув кольнувшую пальцы субстанцию, я экономно размазал её там, где было нужно, чувствуя то, как магия дала знать о себе лёгким покалыванием. Я лишь едва заметно скривился, хотя ощущения и не шли ни в какое сравнение с теми, что мне доводилось испытывать.

Признаться честно, после гнева госпожи я и подумать даже боялся, зачем ей подобное было нужно. «Оставить мне на коже новые шрамы? Проверить мой болевой порог? Это ведь будет очень больно, начинать всё с самого начала. Уши в особенности», — мелькнула у меня опасливая мысль. Я слишком хорошо помнил свою беспомощность и дикую боль, когда огонь соприкасался с моей кожей. Помнил запах палёной плоти, свои отчаянные мольбы прекратить и сочащиеся из глаз слёзы. Я просил хозяина остановиться каждый раз, когда он делал такое. Буквально умолял его и был готов на всё, однако он словно не слышал меня в эти моменты, лишь с мерзкой улыбкой наблюдая, как моя кожа превращалась на месте ожога в неровный и обугленный кружок. Потом господин долго курил, впитывая мою абсолютную беспомощность, а ещё улыбался, когда я считал ожоги.

В такие моменты я ненавидел его. Ненавидел и боялся до дрожи в коленях, поскольку хорошо знал, что он никогда не прекращал, пока не насыщался моей болью сполна. Впрочем, самое страшное было даже не подобное. Иногда мой хозяин любил издеваться ещё и по-другому. Он дожидался, пока свежий ожог не покрывался кровавой корочкой и подсыхал, а на следующий день прижигал это место снова. А потом снова и снова, пока не образовывался безобразный глубокий рубец, который заживал на моей коже годами, несмотря даже на присущую эльфам повышенную способность к регенерации.

Вспомнив об этом, я вздохнул, нащупывая одно из таких уплотнений между пальцами и тщательнее втирая мазь туда. «Поможет ли она, как должна, в таких местах? Заживёт ли всё так быстро, как хочется госпоже?» — опасливо размышлял я, прикрывая глаза и надеясь, что чудо должно было произойти. Мне не хотелось разочаровывать хозяйку, пусть было страшно и подумать, зачем ей подобное могло потребоваться. В красочные светлые мечты я уже давно не верил, а значит, стоило готовиться к чему-то не слишком хорошему. Опять.

«А команда... Вчера госпожа сказала, что меня не тронут. Но сегодня... Про сегодня она совсем ничего не говорила», — закрадывалось ко мне понимание неизбежного.

И что же мне было делать? Отсиживаться и стараться поменьше выходить на палубу? Я сильно сомневался в том, что такое помогло бы. Меня ведь легко могли и позвать туда, а мне требовалось беспрекословно слушаться. Приказа выполнять пожелания только хозяйки от неё не прозвучало, а это означало, что и остальные имели право в той или иной степени указывать мне. Подобное порождало большие проблемы, поскольку любому было достаточно просто заглянуть ко мне и попросить меня выйти. Вот и всё. Другое дело, если бы прозвучал приказ не выходить из каюты без разрешения.

Я лёг на подушки, наслаждаясь выдавшимися мне, вполне может быть, что и очень короткими моментами спокойствия. Меня никто не трогал, а поэтому стоило ловить случай и отдыхать. Дождавшись нужного срока впитывания мази, я перебрался на своё место, перед этим тщательно поправив постель хозяйки. Поднос с едой ещё стоял рядом, увидев который, я скривился. «Могу ли я отнести его обратно, или сейчас каждый выход будет значить для меня исполнение всех моих страхов?», — подумав об этом, я тихо вздохнул, признавая своё бессилие. «Надо было спросить про обязанности! Про правила! Попросить наказания за то, что кончил внутри! А сейчас. К списку моих прегрешений добавились новые пункты. Сжал кулаки, пропустил обращение», — мысленно укорил себя, прикрывая глаза.

Прикусив губу, я собрался и постарался выгнать из мыслей лишнюю панику. Стоило думать над тем, как мне исправить всё случившееся, а не накручивать себя ещё больше, но только успокоиться было выше моих сил.

Меня буквально трясло от страха. «Я ведь действительно не хотел нарушать правила! Забылся, расслабился. Этого больше нельзя допускать! Интересно, смог бы я быть более идеальным, если бы попал к этой девушке сразу после школы, а не вот так, когда прошлый опыт постоянно заставляет думать о худшем?» — неожиданно закралась ко мне мысль.

Унижение я не любил, но его было гораздо проще пережить, чем безосновательные издевательства. Я ведь старался. Всегда старался на пределе возможностей быть хорошим рабом, безукоризненно выполняя все правила и не забывая про особый рабский этикет, что приходилось проявлять по отношению к хозяевам.

«Смогу ли я здесь начать всё с самого начала и подстроиться под хозяйку настолько, что она оставит меня рядом с собой? Смогу ли оказаться ей настолько полезен?» — задавал я себе вопрос и пока не находил на него ответа.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок. Привычная обстановка капитанской рубки должна была подействовать успокаивающе, но вместо этого она неожиданно раздражала. Стоявший там посреди помещения небольшой стол был завален картами и какими-то документами, вот только мне всё это не требовалось. Мне хотелось позарез только одно, и это «одно» сидело в моей каюте.

Я вздохнула, когда поняла, что всё-таки успела привязаться к рабу. Привязаться к тому, к кому вообще не должна была привязываться. «Сколько их у меня было? И все они оказались одним сплошным разочарованием. Чем же лучше этот?» — думала я, с усилием сжав виски и скривившись.

Хотела я или нет, но мне всё равно стоило начать работать. Каждый раз перед захватом корабля находилось достаточно моментов, о которых непременно следовало позаботиться. Именно поэтому я собрала волю в кулак и основательно зарылась в подготовленные заранее чертежи вражеского судна, а оторвалась от документов только тогда, когда в дверь постучали.

— Войдите! — крикнула я, даже не пытаясь сделать вид, что у меня было всё хорошо. Моя голова буквально гудела от обилия мыслей и новой информации.