Чтение онлайн

Остаток ударов я выдала ему без всяких сомнений, однако чутко отслеживала момент, когда боль из приятной могла перейти в по-настоящему обжигающую. И у меня подобное хорошо получилось, ведь я остановилась совсем незадолго до этого, о чём говорили моё предчувствие и малиново-синий зад эльфа.

Острые края линейки оставляли некоторые следы на его нежной и светлой коже, но я была уверена, что пройти они должны были быстро. Погладив получившуюся картину пальцами, я с трепетом впитала реакцию Алана, который явно уже едва сдерживался, чтобы не скатиться в оргазм. Я и сама больше не могла стоять от сносящего голову возбуждения, потому что картина покорного и распростёртого передо мной тела сводила с ума.

«К морскому дьяволу всё! Он мой раб, так почему же я должна отказывать себе в удовольствии?!» — подумала я, в считанные мгновения избавляясь от одежды и приказывая эльфу жестом убираться со стола.

Теперь была моя очередь садиться на последний и раздвигать ноги, но вот слов и не потребовалось. Словно услышав мои недавние мысли, Алан буквально впился губами мне в мягкую и влажную плоть. Оргазм оказался таким ярким и быстрым, что я даже не поверила, что он и в самом деле был. Отдышавшись, я посмотрела на облизывающегося на полу у моих ног раба.

— Иди ко мне. — Протянула к нему руки и откинулась назад окончательно, поскольку хотела его в роли актива.

— Я хочу твой член в себе, — добавила я. — Давай, Алан.

Просить дважды не пришлось. Эльф точно ждал этого приказа, вскакивая на ноги и одним движением врываясь в мою пульсирующую плоть. Правда потом он вновь сверкнул виноватым взглядом, принимаясь двигаться медленно и бережно. Впрочем, меня это уже не устраивало, так что пришлось рыкнуть и посмотреть на любовника так, что тот больше и не думал ни о чём подобном, отпуская себя и срываясь в бешеный ритм. При каждом толчке он задевал внутри меня потайную точку удовольствия, что рождала в моём теле настоящие взрывы.

— Да-а-а, — простонала я, цепляясь за его плечи. — Двигайся, Алан, двигайся!

Он был совершенным и потрясающим, просто необыкновенным! Раб чётко улавливал каждую мою мысль, каждое движение, сразу же следуя им. Его пухлые губы накрыли мои соски, терзая те и добавляя мне удовольствия.

Но больше всего мне было сладко от мысли о том, что одно моё слово — и всё. Эльф остановился бы и забыл про собственное удовлетворение, выбросив из памяти всё и побежав выполнять мои прихоти дальше, сверкая при этом абсолютно счастливым видом. Конечно же, я не собиралась так поступать с ним, но сама возможность подобного окончательно сносила мне голову.

— Кончай! — Я не могла больше сдерживаться.

Второй оргазм был дольше и гораздо сильнее, чем первый. Алан надо мной шумно дышал, опираясь на локти и ещё находясь внутри. Прикрыв глаза, я чувствовала, как его член во мне продолжал медленно сокращаться и выплёскивать последние капли семени.

Блаженно улыбаясь, я подняла руку и растрепала волосы своего златовласого эльфа.

«Что ж... Это было просто волшебно», — определила я и фыркнула, а после сказала:

— До вечера мы не дотерпели!

Раб приподнялся, заглядывая мне в глаза и выискивая там что-то. Поначалу я увидела в его взоре начавшее было наливаться напряжение, но оно быстро исчезло, оставляя только счастье и радость, а ещё. «Мне кажется? Нет. Должно быть, что всё же кажется. Он не мог полюбить меня всего лишь за пару недель. Это невозможно. Однако процесс явно запущен», — слегка заволновавшись, определила я и вновь улыбнулась, притянув его к себе для лёгкого поцелуя в губы.

— Вот теперь пошли нормально поедим. — Легко оттолкнув Алана, встала на ноги. — Я всегда голодная после секса!

Вечером я наблюдала, как эльф старательно устраивался на своём месте, не прекращая счастливо улыбаться. После нашей игры он весь день был восторженным, причём несмотря на то, что на попе у него осталась пара небольших синяков, так и не прошедших к вечеру.

Вся команда реагировала на его хорошее настроение улыбкой, многозначительно мне подмигивая. Что до меня, то мне было хорошо! Я тоже улыбалась и наслаждалась приятным ощущением сытости во всём теле.

Вскоре эльф устроился и тихо вздохнул, что сразу вызвало у меня очередную улыбку.

— Удобно? — провокационно спросила я его, приподнимаясь на локте.

— Да, госпожа. — Он сразу же обернулся на мой голос. — Вы что-то хотели?

Упав на подушку, я отозвалась:

— Ага. Спросить, что удобнее: моя кровать или твоя подстилка?

Судя по дыханию, Алан несколько растерялся, но затем всё же сумел ответить:

— Ваша кровать, госпожа.

Я повернула голову, глядя на эльфа, и приподняла одеяло.

— Тогда почему ты ещё не рядом?

Раб изумлённо распахнул глаза, но практически тут же сообразил, что к чему, поэтому перебрался поближе, хотя пока и не залезая ко мне под бок.

— Мне можно будет сегодня остаться рядом с вами, госпожа? В кровати? — Эльф явно хотел понять, что конкретно я ему позволяла.

Ещё дальше отбросив одеяло, я лишь похлопала рукой по подушке. На этот раз Алан лёг рядом со мной, блаженно прикрывая глаза и снова улыбаясь. Я же закинула на него ногу и руку, устраиваясь удобнее.

— Тебе можно остаться, Алан, — блаженно выдохнула я. — Сегодня, завтра, послезавтра и вообще всегда. А теперь закрывай глаза и спи. Однако учти, моё разрешение действительно лишь до момента, когда ты начнёшь лягаться, храпеть или разговаривать во сне. Как только это произойдёт, то я выпну тебя обратно на пол! — Проговорив последнее, я зевнула, будучи не в силах держать глаза открытыми и проваливаясь в сон.

Что там он ответил, я уже и не слышала.

Следующие два месяца прошли в напряжённой подготовке к будущему нападению на фрегат. Я гоняла ребят и себя, как могла, тренируясь с мечами и просчитывая малейшие случайности. Пустить всё на самотёк было нельзя, ведь я хотела знать, что запланированное пройдёт именно так, как требовалось, чтобы никто из нас не пострадал, а товар с кораблём остались целыми и невредимыми. Особенно меня интересовали рабы, перевозимые на том корабле, что были простыми крестьянами, среди которых находились дети, украденные у родителей или отнятые по долговым распискам... Их требовалось спасать в первую очередь. Я хорошо относилась к рабству лишь тогда, когда то было добровольным и происходило в разумных пределах.