Элита
Шрифт:
—
Ты останешься здесь и продолжишь участие в со-
стязании, но теперь все изменится. Отец, скорее всего, будет суров
с тобой и пойдет на все, чтобы заставить тебя оступиться. Думаю, с
ним можно бороться, но на это уйдет какое-то время. Теперь ты
знаешь, насколько он может оказаться безжалостным. Ты должна
быть к этому готова.
—
Думаю, это мне по силам, — кивнула я.
—
Это еще не все. — Максон принялся разглядывать
ковер, пытаясь привести в порядок мысли. — Америка, мое сердце
принадлежало тебе с самого начала. Ты уже должна была это
понять.
Когда он посмотрел на меня, я увидела это в каждом его движении
и почувствовала каждой своей клеточкой.
—
Понимаю.
—
А вот мое доверие — это совсем другой вопрос.
—
Что? — Я была ошеломлена.
—
Я открыл тебе столько своих секретов, защищал тебя
всеми доступными мне способами. Но стоит мне только чем-то
•-6s 310
Э ЛИ ТА
вызвать твое неудовольствие, как ты начинаешь рубить сплеча. Ты
отгораживаешься, обвиняешь меня во всех смертных грехах, а то и
бросаешься менять все государственное устройство.
Ох. Это был чувствительный удар.
—
Я должен быть уверен, что могу положиться на тебя.
Уверен, что ты сможешь хранить мои тайны, доверять моему
суждению и ничего от меня не утаивать. Мне нужно, чтобы ты
была абсолютно со мной честна и прекратила подвергать
сомнению каждое решение, которое я принимаю. Мне нужно,
чтобы ты верила в меня.
Его слова причиняли боль, но это была правда. Что я сделала
такого, чтобы он мне больше доверял? Все вокруг пытались
добиться от него если не одного, так другого. Почему я просто не
могла быть с ним рядом?
—
Я верю в тебя. —- Пальцы нервно сплетались, пока я
подбирала подходящие слова. — И надеюсь, что ты видишь, как
сильно я хочу быть с тобой. Но ты тоже мог бы быть со мной более
честным.
—
Наверное, — кивнул он. — И я хотел бы много о чем
тебе рассказать, но я знаю такие вещи, о которых не стоит
рассказывать, если существует хотя бы ничтожная вероятность,
что ты не сможешь сохранить их в тайне. Я должен быть уверен,
что тебе это под силу. И мне необходимо, чтобы ты была
совершенно откровенна со мной.
Я хотела уже ответить, но не успела.
—
Максон, вот ты где! — воскликнула показавшаяся
из-за угла Крисс. — Я забыла тебя спросить, наша договоренность
насчет сегодняшнего ужина остается в силе?
—
Разумеется, — ответил Максон, по-прежнему глядя
мне в глаза. — Мы поужинаем у тебя в комнате.
—
Чудесно!
Это меня задело.
– 6s 311
КИР А КА С С
—
Америка? Ты что, в самом деле уезжаешь? — спро-
сила она, подходя к нам.
В ее глазах затеплилась искорка надежды. Я взглянула на Максона;
выражение его лица, казалось, говорило: «Вот видишь, именно об
этом мы с тобой и рассуждали. Ты должна принять последствия
своих действий и дать мне возможность сделать мой собственный
выбор».
—- Нет, Крисс. Не сегодня.
—
Хорошо. — Она со вздохом обняла меня. Интересно,
какая часть этого объятия была призвана произвести впечатление
на Максона? Впрочем, это не имело значения. Крисс —- моя
главная соперница, но в то же время и самая близкая подруга среди
оставшихся девушек. — Я очень беспокоилась за тебя. Рада, что ты
жива и здорова.
—
Спасибо. На мое счастье... — Я чуть было не ляпнула,
что, на мое счастье, пережидала нападение в убежище не одна, а в
компании Максона, но хвастовство вполне могло разрушить то
хрупкое доверие, которое мне удалось возродить за последний
десяток секунд. Я кашлянула. — На мое счастье, гвардейцы
подоспели вовремя.
—
Слава богу. Ладно, еще увидимся. — Она обернулась
к Максону. — До вечера.
Крисс вприпрыжку побежала по коридору. Никогда еще я не
видела ее в таком легкомысленным настроении. Наверное, если бы
парень, которого я любила, поставил меня выше своей бывшей
фаворитки, я бы тоже прыгала до потолка.
—
Знаю, что тебе это не нравится, но она мне нужна.
Если ты меня подведешь, Крисс — моя единственная надежда.
—
Это неважно, — пожала плечами я. — Я тебя не
подведу.
Потом чмокнула его в щеку и, не оглядываясь, побежала по
лестнице. Еще несколько часов назад я считала, что потеряла
Максона навсегда. Теперь же, когда стало очевидно, насколько он
«-6s 312 •'Э~>
Э ЛИ ТА
мне дорог, я намерена была бороться за него до конца. Остальные
девушки понятия не имели, что их ждет.
Я летела по ступеням парадной лестницы, чувствуя себя
окрыленной. Наверное, мне следовало бы тревожиться о
предстоящем испытании, но я могла думать лишь о том, как я в
итоге его преодолею.
Вероятно, король почувствовал мою радость, а может, просто
поджидал меня, но стоило мне подняться на второй этаж, как я