Чтение онлайн

— Присаживайся, конечно, — отвечаю я, указывая на противоположный стул.

Девушка ставит поднос с супом на стол и садится.

— Я Тоня.

— Лия.

— Я тебя не отвлекаю? — она смущенно улыбается. — Видела тебя на одной из пар и захотела познакомиться поближе. Я тоже учусь на втором курсе.

Это впервые, когда кто-то из студентов заговорил со мной без намерения унизить и нахамить, поэтому на радостях во мне активируется режим особой доброжелательности.

— Здорово, — я улыбаюсь даже шире, чем девушка из кафе. — А на каких предметах мы пересекаемся?

— У Шанского. И ещё, кажется, у Палыча по математическому анализу, — Тоня смешно морщится. — Ты могла меня не видеть, потому что я вечно прячусь на задних рядах, в надежде, что он меня не заметит. Если честно, я его боюсь.

— Ой, это старикашка любит погонять студентов, — смеюсь я, ощущая, как от дозы непринуждённого общения на душе теплеет. — Но мне нравится его слушать. Видно, что он фанат своего предмета.

— Это точно. Сумасшедший фанат, — Тоня запускает ложку в суп и, подув, пробует. — Я заметила, что ты в экономической теории шаришь. Помню, на паре была мини-дискуссия, и ты так чётко и грамотно отвечала.

Я отмахиваюсь.

— Я люблю подискутировать, а тема была интересная.

Тоня подается вперёд и заговорщически шепчет:

— Это большая редкость встретить человека, который пришёл сюда не козырять родительскими деньгами, а учиться. Отчасти поэтому в местную среду непросто влиться.

Я вздыхаю.

— Прекрасно понимаю, о чём ты говоришь. Я здесь уже вторую неделю, но никак не впишусь. По большому счёту, ты первая из студентов, с кем у меня сложился нормальный человеческий диалог.

— Ага, — Тоня сочувственно улыбается. — Здесь своеобразные законы.

— Слушай, а где-нибудь поблизости есть кафе с более либеральными ценами? — я стучу ногтем по крышке своего стакана. — Здесь один кофе стоит как обед из четырёх блюд в моем старом университете.

— Примерно в полукилометре отсюда есть приличная и недорогая кофейня. Можем сходить туда вместе как-нибудь, — неожиданно предлагает Тоня. — Я обожаю их какао с зефирками.

Внутри множится радость. Наконец-то в этом элитном клоповнике нашёлся человек, с которым можно общаться.

— Значит, договорились! Может, на неделе выберемся?

— Давай, — подхватывает Тоня и внезапно серьёзнеет. — Слушай, а ты же в курсе про местную иерархию, да?

— Сложно не знать о ней, когда в первый же день на меня накатали две жалобы и вызвали в деканат, — со вздохом признаюсь я. — А почему ты спрашиваешь?

Тоня перекладывает ложку из одной руки в другую, словно не зная, с чего начать.

— Лучше скажи, как ты собираешься с этим справляться? Насколько я знаю, за тобой наблюдают самые значимые альфы университета.

— Если честно, понятия не имею, — я слабо улыбаюсь. — Бунтовать, по опыту, не самый лучший вариант.

— Единственный способ выжить здесь — это подчиниться. Тут иначе не бывает. Либо терпишь, либо уходишь. Но уйти не все могут себе позволить, — я так точно.

В груди нарастает неприятная тяжесть, что неудивительно. Местные правила кому угодно испортят настроение.

— А ты сама… — осторожно уточняю я. — Ты справилась?

— А ты сама… — осторожно уточняю я. — Ты справилась?

— Пришлось. Мне помог покровитель. Я ему очень благодарна за это, — Тоня опускает взгляд в тарелку. — На самом деле, я не просто так подсела к тебе. Мне поручили с тобой поговорить. Мой покровитель захотел, чтобы ты к нему присоединилась в качестве… — она запинается, подбирая нужное слово, — в том же качестве, что и я.

От услышанного стакан с кофе едва не выпадает из моих рук.

— Что? — шиплю я в надежде, что ослышалась.

— Мой покровитель — Денис Морозов. Я думаю, ты знаешь, кто это.

Сердце бьётся так громко, что вибрирует грудь. Значит, то, что сказал Леон — правда. Этот тупоголовый хряк всерьёз вознамерился заполучить меня в рабыни.

— И что же мне предлагает твой покровитель? Быть его личной официанткой? — с сарказмом осведомляюсь я.

— В обязанности входит выполнять его мелкие поручения здесь, в университете, иногда ухаживать за ним на вечеринках, — с готовностью поясняет Тоня. — Ну, знаешь… принести напитки, отогнать ненужных людей, передать сообщения. И изредка ему требуется секс.

Мои глаза едва не вываливаются из орбит. Интонация Тони такая будничная, словно речь идёт об одолженной зубной нити.

— Ты это серьёзно?! — я непроизвольно приподнимаюсь со стула. — Вы тут совсем рехнулись?

— Я понимаю, ты шокирована, — её тон становится сочувственным. — Но мы все взрослые люди и вольны делать свой выбор. Речь ведь не идёт об изнасиловании. Денис вполне ласков и после секса часто дарит подарки. И он не занимается им часами. Он быстро кончает, и порой ему достаточно и пяти минут. Я думаю, это не столь высокая плата за возможность таким, как мы, спокойно существовать среди элиты.

У меня голова идёт кругом. Да что не так с этой девушкой?! Она искренне считает нормальным отдаваться кому-то за коробку конфет и возможность передвигаться по университету?

— Ты говоришь об этом, будто это нормально, — шиплю я, стараясь, чтобы мой голос звучал не слишком громко. — Но это, блин, проституция под видом выдуманных правил!

Тоня мрачно усмехается:

— Каждый называет это как хочет. Для кого-то — проституция, для кого-то — взаимовыгодный обмен. Я не собираюсь тебя убеждать. Но Денис попросил сказать, что, если ты согласишься, он решит все твои проблемы. А если нет…