Элитные спецы
Шрифт:
– Пусть так… – соглашается Ширвани. – Что еще от меня требуется?
Сохно оставляет первую трубку в ладони Ширвани и туда же вкладывает вторую.
– Еще от вас требуется провести меня и подполковника Афанасьева – вы с ним знакомы, это второй следователь, прибывший со мной, – в машинный зал тогда, когда там соберется все руководство учениями. Лучше будет, если вы проведете нас раньше. В белых халатах, как и положено. Чтобы мы изображали собой сотрудников научного центра…
– И президентская охрана, и «Альфа» переписали всех сотрудников рабочей смены. Там не может оказаться посторонних…
– Но если мы проникнем туда раньше… Мы вполне можем заменить кого-то из тех, кто ходит в защитных костюмах… Работники самого машинного зала…
– Каким образом их можно заменить?
– Очень просто… Мы поможем паре сотрудников ненадолго уснуть… Это делается просто… Настоящие террористы убили бы кого-то, а мы поставим им укол снотворного, и пусть отдыхают… А мы должны быть там, на их месте…
Ширвани улыбается:
– Люблю рискованные предприятия… Я согласен. Вас придется просидеть в шкафчиках, которые я вам выделю, целую смену… Иначе вас не пропустят…
Сохно улыбается в ответ и протягивает ему руку:
– Договорились…
– Но это обязывает вас завтра быть здесь. А у вас и у Афанасьева, насколько я помню, сегодня заканчивается пропуск. Я сам вам пропуска выписывал… И я не могу выписать новый пропуск. На время учений все пропуска контролирует Василий Платонович…
– Не беспокойтесь, мы и без пропуска обойдемся…
– Вы хотите сказать, что вы проникнете в город…
– Мы не только проникнем в город, мы проникнем на территорию научного центра и зайдем к вам… Или… Где мы встретимся на территории центра?
– Здесь же… Завтра… В это же время… – Ширвани смотрит на часы. – А сейчас извините, у меня дела… До завтра. Надеюсь, что вы появитесь…
– Не сомневайтесь…
* * *Ширвани торопится не случайно. Подходит время контрольной связи с Казбеком Ачиловичем. Такая связь осуществляется регулярно, но не слишком часто, чтобы не «засветиться» на какой-нибудь случайной проверке эфира. Весь разговор – короткие доклады с обеих сторон, чтобы потом не возникло разногласий. И каждый обязан быть в курсе всех событий. Иначе какая-то несостыковка может привести к срыву всей операции.
Ширвани идет в сторону склада, где меньше вероятность обратить на себя внимание. Ну, разговаривает начальник смены охраны с кем-то по мобильнику и пусть разговаривает… Кто ж ему запретит… Главное, что никто посторонний в том месте не подойдет близко и не услышит, о чем идет разговор. А трубку спутникового телефона практически никто не отличит от трубки простого мобильника. Россияне спутниковыми телефонами не избалованы…
Ширвани набирает номер.
– Я слушаю… – отвечает Казбек Ачилович сразу, словно уже держал в руках трубку. Впрочем, наверное, и держал, ожидая связи, потому что звонить должен сам Ширвани.
– У меня все в порядке. Оружие и взрывчатка на местах. Сегодня наблюдал паломников. Они держатся хорошо. Меня узнали, вида не подали… Жду… Терпения не хватает… Приходится развлекаться, чтобы отвлечься…
– В смысле?
– Мне полностью доверяет генерал Астахов из «Альфы». Роль его противника исполняет спецназ ГРУ. Спецназ ГРУ завербовал меня. Я провожу двух спецназовцев в машинный зал и ставлю там для них два условных взрывных устройства…
– Не переиграй… Настоящие устройства не поставишь?
– Ни к чему… Я сам буду находиться там в тот момент, когда они сработают… У меня все. У тебя все в порядке?
– Не все… У меня неприятности, и крупные… Потерял троих… Долго объяснять… Местные менты и еще кто-то… Обложили нас… Еле вырвались… Нашел двух помощников… Ребята соответствующие, хотя себе на уме…
– Проверял их?
Ширвани не любит, когда в ходе операции приходится привлекать посторонних.
– По полной программе… Им есть что терять, если попадутся… Они пойдут на все, чтобы не попасться…
– Завтра предварительно созваниваться не будем?
– Не будем. Могут контролировать эфир. Только контрольный звонок… И все…
– Тогда – до встречи в аду…
– Я надеюсь покинуть это место, до того как оно станет адом… И тебе рекомендую…
– У меня такие же планы…
ЭПИЛОГ
СУББОТА
ОДИННАДЦАТЬ НОЛЬ-НОЛЬШирвани вздыхает, закрывает дверь квартиры и отправляется навестить родителей Марихуаны Андреевны. Это неприятная, но необходимая процедура, обязательно выполняемая каждую субботу, если Ширвани в субботу не дежурит. Если дежурит, то визит переносится на воскресенье.
Вообще-то, говоря по правде, Иван Александрович и Валентина Леонидовна – милейшие люди. И всегда сердечно и с радостью принимают Ширвани. Валентина Леонидовна очень любит печь пироги с рыбой и всегда угощает ими «зятя». Не потому, что он любит эти пироги, а только потому, что имел неосторожность похвалить их еще в один из первых визитов. Ширвани слишком достает забота со стороны людей, которых приходится так бессовестно обманывать. Это неприятно… Порой Ширвани думает, что было бы гораздо проще застрелить их, чтобы не изображать непонятно что…
На этот раз он не берет машину, а отправляется пешком, чтобы энергичной ходьбой унять волнение. Ходит он всегда энергично – не умеет иначе. Но от этого его сердце никогда не колотится чаще. Оно колотится чаще от другого. Он знает это предстартовое волнение, знает, что пройдет оно только тогда, когда все начнется – тогда он станет хладнокровным и активным, решительным. А сейчас волнение приходится унимать, хотя мысли постоянно возвращаются к тому, что произойдет завтра, каждый раз заново и заново хочется проверить, все ли он сделал правильно.