Элоиза
Шрифт:
Полина догнала его уже у выхода.
— Славик, погоди. Пожалуйста, постой. Мне очень надо поговорить с тобой.
— Зачем? — спросил он, не сбавляя шага.
— Я хочу понять, что произошло между нами. Ты целый месяц меня избегаешь… Слава, объясни, в чём дело?
— Ни в чём. Уходи. Игорь, небось, заждался.
— Не заждался. И я не уйду!
— Как хочешь, — пожал плечами Святослав, — дело твоё. Можешь хоть до дома за мной идти.
Она так и сделала. Вошла вслед за ним в квартиру, разулась, сняла шубку и пушистую меховую шапочку. Святослав бросил своё пальто на пол, прямо в ботинках прошёл в комнату и рухнул на диван, совершенно не обращая внимания на присутствие Полины.
Девушка прошлась по комнате, оглядываясь по сторонам. Все стены увешаны рисунками. Кошка, птица, парящая в розовом небе, цветущий сад, незнакомая Поле девушка со шрамом на лице… Та же девушка, только спящая… Она же, но — смеётся… На письменном столе стоял горшок с совершенно фантастической красоты цветком.
— Можно понюхать? — спросила Полина, кивнув на цветок.
— Не надо. Он любит, когда на него смотрят, а не трогают или нюхают, — отозвался с дивана Славка.
Цветок чуть дрогнул, шевельнув остроконечными листьями и качнув перламутровой головкой, переливающейся всеми оттенками розового и лилового — будто кивнул. Полина почувствовала себя неуютно. Возникло ощущение, будто на неё смотрят. И не только Святослав. А Святослав, кстати, и не смотрел: лежал на диване в ботинках, закрыв глаза.
— Я чай сделаю. Не возражаешь?
— Делай, что хочешь. А меня не спрашивай.
Почти обидевшись, девушка ушла на кухню, по дороге подняв и повесив на вешалку Славкино пальто.
«Может, он заболел?» — думала Полина, наливая воду в чайник, — «Или умер у него кто? Я не понимаю, с чего он вдруг стал ТАКИМ. Раньше был весёлый, милый, разговорчивый парень, а сейчас будто одичал. Слова не вытянешь. Избегает всех, к телефону не подходит, исхудал безумно. И глаза — как мёртвые. Боже, зачем я пришла к нему? Сама не знаю. Чувствую, что он мне ничего не скажет. Да и не нужны мы друг другу. И, наверное, не были нужны…».
В холодильнике было пусто. Почти. Пакет молока, кусок копчёной колбасы, пачка масла и миска варёных макарон. Да, тоскливо. Ну, хоть хлеб есть. Чай можно попить и с бутербродами.
— На полке в шкафу — печенье и банка персикового джема.
Полина обернулась. В дверях стоял Святослав.
— Есть будешь? — спросила девушка.
— Нет.
— Давай тогда чаю попьём. Я сама соберу на стол.
Славка сел на табурет у стены и вопросительно посмотрел на Полину.
— Что? — не выдержала она.
— Думаю. Зачем ты пришла?
— Не знаю. Может, надеялась, что ты мне кое-что объяснишь.
Он вздохнул.
— Давай я хлеб порежу.
— Слава!
— Ну что «Слава»? Не люблю я тебя, понимаешь? Раньше думал — да. Но не то это было. Влюблённость, Полина. И ты меня не любила. Так, использовала. Игорю мстила, да? Не отвечай. Я сам знаю…
Полина села с ним рядом.
— Славик, прости. Я действительно не хотела, чтобы всё так… Ты мне нравился. Очень-очень. Мне так жаль, что ты из-за меня…
— Не обольщайся. Не из-за тебя. В том, что происходит, твоя вина минимальна. Или её совсем нет. Виноват только я. Чайник кипит.
Пока девушка заваривала чай, Святослав молчал. Просто не знал, что ей сказать. И стоит ли что-то говорить вообще.
Чай казался солёным. Хлеб с маслом — безвкусной губкой. Варенье — тягучим и приторным.
— Поля, ты на меня по возможности не обижайся. Я сейчас действительно могу наговорить слишком много резкостей и глупостей, — сказал Славка виновато, — Ты хорошая. Просто…
Ей вдруг стало ужасно жалко его. Захотелось подойти, обнять, как ребёнка и утешить.
— Плохо тебе? — тихо спросила она.
— Не мне. Мне просто НИКАК. Я не знаю, как исправить то, что натворил.
— А может… попробовать начать всё с начала?
— Не с чего начинать. Пей чай.
Она сделала несколько глотков, потом опять заговорила:
— Славик, я хочу тебе помочь. Ты ведь мне ближе, чем просто друг! Скажи, что я могу сделать для тебя? Может, деньги нужны?
— Нет.
— Ты не влип ни в какую историю? Ничего противозаконного не сделал? Дома не ладно?
— Нет, Полина. И не беспокойся. Я сам как-нибудь… если случится чудо.
Захотелось сменить тему. Поговорить о чём-нибудь другом. Что Полина и сделала.
— Славик, где на каникулах будешь?
— Здесь.
— А домой, к родителям? Неужели не соскучился?
— Я ДОЛЖЕН быть здесь. Родителям скажу, что у меня дела. А ты где будешь?
— Мы с Игорем на лыжную базу едем… Ой, ничего, что я о нём заговорила?
Славка поморщился: ничего, мол, пустяки. Полина немного успокоилась. Хоть не ревнует!
— Знаешь, ты классно рисуешь. Может, устроим выставку? У меня знакомая есть в выставочном зале.
— Не надо. Как-нибудь потом.
— А через неделю концерт будет. «Тацу» приезжает. Пойдёшь?
Он хотел было ответить «нет», но вспомнил, ЧЬЯ это любимая группа. Вдруг ОНА будет там, на концерте?
— Пойду. Почём билеты?
— Говорят, совсем недорого. Где-то сорок-шестьдесят.