Чтение онлайн

– Надо что-нибудь занести в циллос, – неуверенно сказала Лика, – ну пусть будет середина весны, скажем, 15 апреля. Согласен?

– Хорошо, – я кивнул.

– Родители…

– Я не помню имен.

– Ладно, пропустим, – у Лики уже залегла складочка между глаз, – место рождения… Анзора… страна?

– Лервена, округ Лойг, Община Сото.

– Община Сото, – повторила Лика, – все же идиотский вопросник… профессия есть?

– Сборщик электронной аппаратуры, – попытался я сформулировать на линкосе. По-видимому, это словосочетание Лике показалось странным, она подняла брови, но что-то там в циллос занесла.

– Ты был когда-нибудь на других планетах, кроме Анзоры? Общался с людьми с других планет?

– Нет.

– Родственников на Квирине нет, так? Друзей тоже. Источников доходов, естественно, тоже нет. Ну вот, вроде бы, все.

Лика пощелкала там какими-то кнопками, на стенном экране возникла комната, а в ней на диване – молодая симпатичная женщина с маленьким ребенком на руках.

– Ара, Сэйн, – поздоровалась Лика. Женщина улыбнулась ей.

– Ара, Лика! По делу, конечно?

– А как же… я по-другому не звоню. У меня тут сидит молодой человек. Он прилетел с Анзоры… это такая свободная планета, у него здесь никого нет, нужно ему помочь немного устроиться… ты как?

– Ну что ж, я не против, – сказала Сэйн, – когда, сейчас подлететь?

– Если ты не занята…

– Если с ребенком можно, то я, конечно, свободна.

Сэйн обещала быть через полчаса. Лика откинулась в кресле.

– Ну вот… Акман, вам спасибо… вы идите, вам ведь отдохнуть нужно после рейса. Ландзо мы устроим.

– Ну что ж. – Акман повернулся ко мне, протянул руку, – до свидания, Ланс. Завтра я уйду в горы, а потом мы увидимся. Желаю удачи!

Я сжал его руку. Акман вышел.

Лика поставила на стол высокие прозрачные бокалы с желтоватым напитком.

– Жара сегодня… давай выпьем немного, – она пригубила из своего бокала. Я тоже попробовал – ничего, вкусно.

– Сейчас я посмотрю. – Лика снова углубилась в монитор, вырастающий из стола, – что у нас с жильем… видишь, мы, то есть наш отдел, держим жилье постоянно… на всякий случай. Вот на такой случай, как у тебя как раз. Так, вот есть маленькая квартира в отеле Белардос. Я думаю, тебе подойдет. Я ее зарезервирую. Теперь надо что-то с кредитом тебе сделать. Тут все просто. Правительство выделяет эмигрантам подъемные на год. Четыреста в месяц – этого вполне достаточно. За год ты должен осмотреться, выучиться и определить, чем ты хочешь заниматься… как только поступишь куда-нибудь на обучение, получишь ученический кредит. Это несложно, не бойся… тебе помогут с этим. Вот так… тебе нужно только подписаться в том, что ты действительно хочешь остаться на Квирине на постоянное жительство. Вот сюда палец, пожалуйста, – она протянула мне тоненькую пластинку… на пластинке я прочел надпись о том, что я, Ландзо Энгиро, намерен остаться жить и работать на Квирине и обязуюсь выполнять местные законы. Внизу светилась точка, к которой я прижал палец. Это был биохимический сканер, снимающий мгновенно мой уникальный набор белков крови – вместо подписи. Об этом я уже знал из фильмов и книг.

Лика сунула пластинку в блестящую металлом щель в стене. Минут через пять оттуда выскочила другая прямоугольная пластинка, поменьше. Лика подала ее мне.

– Твоя кредитная карточка. Расплачиваться, если что… Сейчас на ней четыреста кредитов, через месяц автоматически появится такая же сумма.

Любопытно у них тут. Я спрятал карточку в карман. С одной стороны – деньги. Я знал, конечно, что такое деньги, это раньше и в Лервене было. И в Беши есть частично. Нам всегда говорили, что деньги – это ужасно, что они развращают человека и делают его индивидуалистом. Но вроде бы не сказать, что они тут развращенные. Вот ведь – помогли.

Хотя что тут удивительного… если бы в Лервену человек приехал, его бы тоже обеспечили сразу жильем, питанием, всем, что положено. Вот и с меня расписку взяли, что я обязуюсь на них работать.

Вскоре появилась Сэйн, к животу ее был привязан спящий малыш, весь в розовом и в кружавчиках. Они с Ликой мило пощебетали, и я отправился вслед за Сэйн к месту своего нового проживания.

Удивительно…

Уже вечер, облака над морем ало-золотые, еще выше – розовые стремительные перья, над ними уже небо густого вечернего оттенка синевы. И звезда справа. Наверное, не звезда это, а планета, очень уж крупная. Бетриса отсюда не видно. Все, как в том стихотворении Арни:

Вот она, эта звезда. Ты ее не увидел, Арни, я смотрю на нее твоими глазами.

Уже вечер, а я все еще не могу понять, осознать, кто я… где я… что мне делать теперь.

Ведь и делать-то как будто нечего. Сэйн часа два обучала меня пользоваться всем, что есть в квартире. Потом она уединилась, чтобы покормить дочку грудью. Потом дочка ползала вокруг нас, жизнерадостно гукая, а мы пили чай на кухне. Сэйн рассказала мне, что ее муж – полицейский, ушел в патруль. Подождал, пока Тими полгода исполнится, и ушел. Это у них уже третий ребенок. Нет, сама Сэйн тоже работает. Вот сейчас муж вернется из патруля, через два месяца… Тими к тому времени, может, от груди уже отвыкнет. Ну нет, так еще подожду. И отправлюсь в рейс – я ведь пилот малого грузового. Старший сын в школе, второй – у бабушки.

Сама Сэйн – не квиринка, она с Цергины. Это и видно по ней, глаза большие, но раскосые, вытянутые к вискам. Лепка смуглого лица особенная, четкая, носик словно вырезанный. Но давно уже на Квирине живет.

Что же мне теперь делать, как жить, спросил я Сэйн. Да ничего пока особенного! – сказала она жизнерадостно. Осматривайся! К врачу сходи, пусть посмотрит, мало ли что… и вообще, можешь пока осваиваться, времени много.

Но мне ведь работа нужна! Да будет у тебя работа, успокоила Сэйн. Первое, что нужно сделать – это сдать минимум для эмигрантов.

Это еще что такое? Ну понимаешь, у нас человек лет в 15-16, некоторые и раньше, сдают такой общий минимум, по научному выражаясь, государственный экзамен общей подготовки к профессиональной деятельности. Но у школьников этот минимум очень сложный, большинство эмигрантов не тянет… потому что есть вещи, которым можно научиться только с раннего детства. Решение определенных интеллектуальных задач, или плавание, скажем – вас, наверное, не учили задерживать дыхание на десять минут? Ну вот. Или рэстан – приемам ты научишься, но вряд ли достигнешь той гибкости и умения владеть телом, энергетикой, как те, кто с детства тренировался. Это не трагично, ничего вообще страшного в этом нет, ты сможешь нормально работать, но минимум вряд ли сдашь. Потом, в минимум входит владение музыкальным инструментом, любым – ты владеешь? Ясно. Поэтому у нас для эмигрантов есть специальный минимум. Ну, не можешь же ты учиться вести корабль, если математики не знаешь.

Я знаю! Хотя да… у вас здесь наука-то вперед шагнула. Если бы я на Анзоре хоть Магистерий закончил.

На самом деле это не так уж много. Взрослый человек без напряжения может за несколько месяцев все это сдать.

Ну да, с этим мнемообручем-то, конечно…

Ну вот, а у тебя целый год. Так что не дергайся. Сдашь минимум – займешься выбором профессии. Для этого у нас специальная служба есть, помогут. Важно не ошибиться…

– А летать мне тоже можно будет научиться? – спросил я с замиранием сердца. Я ведь только что слышал – «не можешь же ты учиться вести корабль, если…»