Чтение онлайн

~~~

Двадцать шестого августа мы вышли в море, причем это событие было обставлено очень торжественно. Приехал Илья на своем императорском рыдване и сказал прощальную речь, причем не абы как, а через усилитель с мощными динамиками. На европейскую часть населения столицы это произвело сильное впечатление. Потом фрегат «Винчестер», так и стоящий в гавани с момента своего прибытия к берегам Новой Австралии, салютовал нам пятью залпами из пушек. Все какое-то развлечение для команды, которая совсем измаялась от безделья. Свифт уже не раз писал в Англию, что корабль потихоньку обрастает ракушками, его капитана можно чаще встретить в кабаке, чем на борту своего фрегата, дисциплина среди матросов падает, а восемь человек вообще сбежали и попросили политического убежища в Австралии, которое им и было предоставлено. Но только на последнюю депешу пришел ответ, что кораблю разрешается помочь австралийцам в их борьбе с дикарями. Свифт сообщил об этом мне, а я, по традиции сделав вид, что слышу новость в первый раз, предложил отправить «Винчестер» к берегам Новой Зеландии — патрулировать ее восточное побережье. Стреляя во все, что плавает по воде или шевелится на берегу. Так что вскоре после нашего отбытия фрегат тоже покинет залив Порт-Филипп. Замаскированную же под один из камней балласта мину мы решили пока не извлекать, а то мало ли что может произойти в дальнейшем.

~~~

Сейчас, покидая Ильинск на год или даже больше, я был сравнительно спокоен. Ничего похожего на ситуацию с первой экспедицией в Себу, когда после моего отбытия мгновенно встали почти все работы, теперь произойти не может. И не только потому, что в столице оставался Илья. Инженерные и административные кадры из мориори уже набрались достаточно опыта.

Между прочим, полтора десятка кремневых барабанок, которые мы везли в Англию в обмен на доставленные «Портсмутом» семь сотен ружей, были сделаны почти целиком из местных материалов и руками наших с Ильей учеников. Единственной деталью из будущего там являлась жила левой задней ноги хихервохера, то есть леска, взводящая пружину запального колеса. Более того, ребята почти освоили и выпуск настоящих барабанок, ибо все мои заготовки были уже использованы.

Проект дирижабля на три с небольшим тысячи кубов мы с Ильей уже составили, часть бамбука и шелка Гонсало привез еще в июле, а где-то недели через две должен прийти «Соболь» с бальсой, и Франсуа с помощниками сможет приступить к изготовлению первого настоящего дирижабля. С крылатыми машинами придется обождать до появления более или менее подходящих двигателей. То, что получилось у нас с Ильей, имело мощность тридцать сил при весе за сто двадцать кило, то есть в качестве самолетного движка не годилось. А турбина для аппарата, который мы обещали Людовику, существовала пока только в виде маленькой модельки с тягой в два килограмма. Правда, эта модель отлично работала.

Я проводил взглядом удаляющийся берег якобы новой, а на самом деле единственной Австралии. Пять лет назад мы прибыли сюда на «Победе», и тогда на холме сиротливо торчали несколько домиков, обнесенных частоколом. Сейчас же в вечерней дымке помаленьку таял хоть и небольшой, но вполне приличный город. В порту остались стоять четыре больших корабля, а вокруг сновали лодки всех размеров. Интересно, что я увижу тут еще через пять лет?

Я спустился в свою каюту. По сравнению со всеми прошлыми походами на «Чайке», в ней появилось новшество — большой, метр на полтора размером, парадный портрет императора. В стенном шкафу лежали еще три точно таких же и два десятка маленьких, формата A4.

Портрет был поясным. Весь центр занимала фигура Ильи в красной майке, чуть не лопающейся на могучей груди. Из-под майки курчавилась рыжая шерсть. Борода императора, в реальной жизни более всего напоминающая лопату, на портрете была сравнительно аккуратно подстрижена под Александра III. Скипетр из железного дерева казался игрушкой в огромной волосатой лапе. В принципе тут должна быть и еще какая-то «держава», но я не знал, что это такое, искать в ноутбуках было лень, а Илья сказал, что сойдет и так.

По бокам и чуть сзади Ильи стояли два гвардейца в парадной форме — я их ввел в кадр для масштаба.

Картина имела многоплановый фон. Далеко на горизонте вздымались к небу белые вершины ледяных гор. Чуть впереди них уже простирались австралийские холмы, кое-где поросшие лесом. Прямо за императором угадывался город. Сам же повелитель огромной империи твердо и уверенно смотрел вперед, то есть в будущее.