Чтение онлайн

— Понял, - перебил я, - не надо продолжать.

— С другой стороны, игнорировать гуманитарные потребности вампира или сводить его роль просто к средству передвижения недопустимо. В том числе потому, что депрессивный или угнетенный психический фон человеческой личности плохо сказывается на самочувствии языка. Поэтому был выработан компромисс, который позволял вампирам выяснять отношения, не подвергая опасности жизнь языка - и, одновременно, жизнь самого вампира.

— Но тогда, - сказал я, - поединок окажется просто фарсом.

— О нет, - улыбнулся Локи.
– В чем, по-твоему, смысл любого поединка?

Я пожал плечами. Это, по-моему, было очевидно.

— Люди обмениваются острыми словами, - сказал Локи, - но эти слова ничего не весят. У человека во рту их много. Смысл поединка в том, чтобы придать словам дополнительный вес. Это может быть вес пули, лезвия или яда.

Вампиры поступили просто - они разделили поединок на две части. Сначала они договариваются, какого рода вес будет приложен к словам. А уже потом выясняют, к кому именно он будет приложен. Дуэль вампиров похожа на жеребьевку. Понятно?

— Пока не очень, - сказал я.

— Сначала каждый участник поединка пишет так называемый дуэльный ордер, где подробно излагает наказание, придуманное для противника. Это может быть что угодно - ампутация конечностей, лишение зрения и слуха, порка на конюшне и тому подобное. Зависит только от меры гнева дуэлянтов. Секунданты должны удостовериться, что эта операция не будет угрожать физическому существованию языка, и утвердить оба дуэльных ордера. После этого начинается сам поединок.

— Участники дуэли знают, что их ждет?
– спросил я.

— Нет, - ответил Локи.
– Это воспрещено правилами. Каждый раз, когда эти правила нарушаются, последствия бывают самыми печальными. Как, например, во время последнего поединка.

— А чем он кончился?

— Проигравшему отрезали нос и уши. После этого он до самой смерти носил маску. Правда, прожил он недолго…

Меня охватила тревога.

— Подождите, - сказал я, - а кто был проигравший? Как его звали?

Случайно не…

— Да, - сказал Локи.
– Это был Брама. Нос и уши ему отрезал лучший пластический хирург в Москве, и он не испытал никакой боли. Но после этого события он впал в депрессию, и язык больше не пожелал оставаться в его теле.

— А с кем был поединок у Брамы?

— Мне не следовало бы тебе про это рассказывать, - сказал Локи.
– Но раз уж ты спросил - у него была дуэль с Митрой.

— С Митрой?

— Да. Именно поэтому Митра и встретил тебя в нашем мире. Это обычай.

Так бывает, если дуэль приводит к смерти одного из участников. Победитель становится куратором новичка, в тело которого переселяется язык. Только, пожалуйста, ни в коем случае не обсуждай эту тему с Митрой - подобное поведение считается недопустимой бестактностью. Понятно?

Я кивнул. Новость поразила меня.

— Значит, - сказал я, - я здесь из-за Митры…

— Нет, - ответил Локи, - так думать не надо. Митра никак не мог повлиять на этот выбор. Собственно, и сам Брама не играл здесь большой роли.

Все решает язык.

— А почему произошла дуэль?
– спросил я.

— Что-то связанное с картотекой Брамы, - ответил Локи.
– Брама был страстный коллекционер. Митра взял у него на время часть коллекции, какие-то альковные редкости, точно не знаю. Взял просто для развлечения, а наврал, что для важного дела. Потом с коллекцией начались проблемы. То ли Митра все высосал сам, то ли потерял, то ли кому-то отдал - я точно не знаю. В общем, она пропала. Брама пришел в ярость и вызвал его на дуэль. И заранее объявил, что отрежет ему пальцы. А Митра, когда услышал, тоже решил не отставать…

Остальное ты знаешь.

— Значит, Митра опытный дуэлянт?

— Опыт тут значит крайне мало, - сказал Локи.
– Все решает судьба.

— А как проходит сама дуэль? Конфета смерти?

— Да. Специальный дуэльный выпуск, на красной жидкости лучших фехтовальщиков или стрелков.

— А оружие?

— Рапира или пистолет, - сказал Локи.
– Но вампиры используют специальное оружие.

Он взял со стола тубус, открыл его и вынул из него стальную рапиру.

— Вот, - сказал он, - посмотри.

На конце стального стрежня был круглый медный шарик диаметром в полтора-два сантиметра. Из него торчала короткая стальная иголка.

— Транквилизатор, - сказал Локи.
– В случае огнестрельной дуэли пистолет стреляет специальным шприцем с тем же веществом. Уколотого мгновенно парализует. Он сохраняет сознание, может дышать, но не может говорить и двигаться. Действие транквилизатора продолжается около сорока часов. За это время секунданты должны выполнить все условия дуэльного ордера. Для них это бывает тяжелой ношей, как во время дуэли Митры с Брамой.

Но дело всегда доводится до конца, даже если в результате гибнет человеческий аспект…

То, что я узнал о роли Митры в своей судьбе, превращало его в какого-то злого гения моей жизни. С другой стороны, сложно было инкриминировать ему умысел. Локи, видимо, понимал, о чем я думаю.

— Смотри только не приставай с этим к Митре, - повторил он.
– Это будет не просто дурной тон, а совершенно недопустимое поведение.

— Обещаю, - ответил я.

Мне очень хотелось узнать хоть что-нибудь еще про этих загадочных даосов, из красной жидкости которых делали конфеты смерти. Я решил спросить об этом Локи. Его удивил мой вопрос.

— А зачем тебе?
– спросил он.

— Просто интересно. Нельзя ли как-нибудь заглянуть в их жизнь?

Локи пожал плечами.

— Бывают бракованные конфеты, - сказал он.
– С плохой очисткой. Но много там все равно не увидишь. Все-таки эти даосы не простые люди.

— А вы можете дать мне такую?

Он ничего не ответил, и я подумал, что он счел мою просьбу несуразной.

Но на следующем занятии он вручил мне расколотый надвое леденец.

— Это из плохой партии, - сказал он.
– Там что-то такое есть…