Чтение онлайн

— Что это за ступени?
– спросила Гера.

— Не могу сказать. Никому из вампиров не удавалось укусить так далеко продвинувшегося йога. Не говоря уже о святых, которых давно не бывает. Для простоты лучше всего думать так: единственный естественный путь к утолению жажды для вампира - сосать баблос. Жажда и баблос - это биологический механизм, который обеспечивает выживание Великой Мыши. Примерно так же, как сексуальное удовольствие обеспечивает продолжение рода.

Он потыкал в пульт управления, и я услышал тихое электрическое жужжание. Нагрудная пластина поехала вверх, потом расщелкнулись фиксаторы на моих руках и ногах.

Я поднялся на ноги. Голова все еще кружилась, и на всякий случай я взялся за спинку кресла.

Возле камина валялась инкассаторская сумка - раскрытая и пустая. В пепле за решеткой можно было различить фрагменты недогоревших тысячерублевок. Ваал Петрович относился к делу со всей ответственностью.

Может быть, для него это было религиозным ритуалом, где он был первосвященником.

Гера встала с кресла. Ее лицо было бледным и серьезным. Когда она подняла руку, чтобы поправить волосы, я заметил, что ее пальцы дрожат. Ваал Петрович повернулся к ней.

— Теперь одна маленькая формальность, - сказал он.
– Вежливость требует, чтобы мы начали с дамы.

В его руке появился блестящий круглый предмет, похожий на большую монету. Он осторожно прикрепил его к черной майке Геры. Майка сразу обвисла - брошь была тяжелой.

— Что это?
– спросила Гера.

— Памятный знак "Бог денег", - ответил Ваал Петрович.
– Теперь вы знаете, почему мы носим имена богов.

Он повернулся ко мне.

— Когда-то я был ювелиром, - пояснил он.
– И делаю эти ордена сам, по старой памяти. Все они разные. Тебе я сделал особый знак - с дубовыми крыльями.

— Почему?
– спросил я подозрительно.

— Никакого подвоха. Просто так получилось. Стал делать крылья, а они вышли по форме как листья дуба. Но мы ведь, слава богу, не фашисты. Мы вампиры. Это не дубовые листья, а именно дубовые крылья. Посмотри. По-моему, красиво.

Я увидел на его ладони тусклый платиновый диск, из-за которого торчали два золотых крыла, действительно похожих на дубовые листья. На диске мелкими бриллиантами были выложены буквы "R II".

— Нравится?
– спросил Ваал Петрович.

Я кивнул - не столько потому, что мне действительно нравилось, сколько из вежливости.

— С другой стороны девиз, - сказал Ваал Петрович.
– По традиции, его тоже выбираю я.

Я перевернул значок. На его обратной стороне была булавка и выгравированная по кругу надпись:

"Сосу не я, сосут все остальные. Граф Дракула."

Как и все изречения графа Дракулы, мысль была не то чтобы первой свежести, но возразить на нее по существу было нечего. Ваал Петрович взял у меня свое изделие и прицепил его мне на грудь, царапнув меня булавкой.

— Теперь вы настоящие вампиры, - сказал он.

— Куда ее надо носить?
– спросил я.

— Повесь в хамлете, - сказал Ваал Петрович.
– Обычно так делают.

— А когда следующая церемония?
– спросила Гера.

Ваал Петрович развел руками.

— Решаю не я. График составляет Энлиль, а утверждает Примадонна.

Я понял, что он имеет в виду Иштар Борисовну.

— А какая в среднем частота?
– спросил я.

— Частота?
– переспросил Ваал Петрович.
– Хм… Интересно, даже не думал никогда. Сейчас.

Он вынул из кармана своей хламиды мобильный телефон и принялся тыкать в кнопки.

— Частота, - сказал он после долгой паузы, - такая: три целых восемьдесят шесть сотых помножить на десять в минус седьмой степени герц.

— То есть?

— Частота - это ведь сколько раз в секунду, да? Вот столько. Следующий раз где-то через месяц.

— Раз в месяц очень редко, - сказала Гера.
– Слишком редко. Так нельзя.

— Говорите с начальством, - ответил Ваал Петрович.
– У нас ведь тоже своя иерархия. Кто ниже, тот и в дамках. У Энлиля вон своя домашняя станция.

Они с Примадонной хоть каждый день могут баблос сосать. А в самом начале творческого пути, ребята, чаще раза в месяц вам никак не светит…

Он поглядел на часы.

— Ну что, еще вопросы? А то мне пора.

Вопросов больше не было.

Попрощавшись с Ваалом Петровичем, мы с Герой вышли в коридор. Я взял ее за руку. Так мы дошли до выхода, но перед самой дверью она отняла ладонь.

— Давай увидимся?
– сказал я.

— Не сейчас, - ответила она.
– И не звони пока. Я сама.

Увидев нас, Митра пошел навстречу.

— Гера, - начал он, щурясь от солнца, - сегодня у тебя праздник. И я хочу сделать тебе маленький подарок…

Он замолчал и посмотрел на меня.

— Чего?
– спросил я.

— Рама, - сказал он, - я хорошо к тебе отношусь. Но здесь ты немного лишний.

— У меня ведь тоже праздник, - сказал я.
– Не забывай.

— Это верно, - согласился Митра.
– Ума не приложу, что делать… Вот тебе еще два предложения по борьбе с одиночеством. Во-первых, у тебя есть Иван. Я его укусил, пока ждал Геру - ты ему в целом нравишься, не сомневайся. Другой вариант - позвонить Локи. Сам он, конечно, староват, но если ты захочешь заклеить его подругу, он не будет возражать. В отличие от меня…

Гера усмехнулась. Я опять не нашелся, что сказать - наверно, у меня все еще кружилась голова после церемонии. Митра подхватил Геру под руку и повел ее прочь. Она даже не оглянулась. С Герой происходило что-то странное. Она вела себя не так, как должна была. Совсем не так. И я не понимал, в чем дело.

Они сели в машину.

Позвонить Локи, подумал я, а почему бы и нет. Может быть, это выход.

Конечно, выход. Другого все равно нет.

Дойдя до машины, я сел на заднее сиденье и захлопнул дверь.