Чтение онлайн

Улыбающийся Теодор похлопал меня по плечу, указывая рукой на левый коридор, по которому уходило большинство прибывших. Я только сейчас понял, что в Эторофу иномировых иммигрантов и беженцев из других городов Фризе принимают в разных местах. А Тео додумался до весьма рационального хода, оказав мне помощь с регистрацией в реестре жителей города Эторофу. Теперь я не нелегал из мира Земли, а вполне законный работяга-иммигрант.

Сразу за площадкой с иммиграционными терминалами шел широкий коридор с высоким потолком, разделяющийся на несколько ответвлений. Некоторых прибывших встречали родственники, представители родов, кланов и обычных организаций, типа местной сети банков и городского гарнизона защитников. За огороженным периметром толпа людей с плакатами в руках напомнила вполне себе земные аэропорты.

Основной живой поток из новичков шел дальше. Впереди, у самого потолка, висело активное табло, показывающее число прошедших эмигрантов: 496…497…498…499. Как только цифра дошла до пятисот, дама в ранге Ратника, видимо, сотрудник нубятника, остановила живой поток, указав рукой в левый зал.

– Проходим! Не толпимся! Во всех залах вас ждет одно и то же. Работа, кредит от города и условия для новичков! Чего уставился, низкоранговый! Шевели копытами, минотавр-недоросток! Зеленый, еще раз плюнешь на пол, я тебе череп вскрою и мозг съем, пока ты еще живым будешь!

Напыщенный гоблин угрозой проникся и пошел вслед за остальными. Шедшие следом за ним гномы перемещались группой, таща за собой тележки с семейным барахлом. Низшие эльфы, выглядящие почти как люди, самодовольно улыбнулись, глядя на низкорослых коротышек. Длинноухие для переноса вещей используют свои фирменные сумки-симбионты. У этой расы, даже у низших, запас маны, как у пере-пробужденного человека. Но нет того, что есть у всех гномов, обычно живущих в мирах с повышенной гравитацией. Условия родного мира делают гномов, пусть и низкорослыми, но чрезвычайно сильными и выносливыми.

В небольшой зал народу набилось, как селедок в бочку. Пятьсот новичков неловко толкались между собой, пока входная дверь не закрылась. Я только сейчас понял, что Тео нигде поблизости нет. Даже само ощущение его присутствия пропало прямо перед входом в зал.

[Ты куда пропал?]

[Ао-и-и-и.] – Уходить. Ты дальше быть один.

Если я правильно понял оттенки эмоций, Тео нехотя говорил о полном расхождении наших путей. Будто нечто заставило его бросить меня, доведя до этой точки.

[Почему?]

[Аои-и…] – Так правильно. Помочь и отпустить.

[Это твое решение?]

Друг медлил с ответом.

[Аои.] – Решение семьи. А семья – прежде всего.

В этот раз я почувствовал, что Тео шел в сторону остановки манобусов, пока разговаривал со мной. Хм, неправильно все это. Долг жизни обязательно должен быть погашен.

[Я признаю твое право на такое решение. Но помни, Тео! Тебе не запрещали быть моим другом. Можешь не помогать, не общаться, но если однажды ты поймешь, что сам нуждаешься в помощи, просто позови меня. Я очень сильный! Намного сильнее, чем ты можешь себе представить.]

Пауза в ответе затянулась.

[Аои] – Тео надо подумать.

[Понимаю.]

[Аои] – Семья – прежде всего.

Чувствуя, как мой единственный друг отдаляется, ощутил, как на душе снова становится погано. Снова это произошло! Я почти забыл, каково это – быть брошенным. Сначала ушла Клементина, стерев воспоминания. Потом родной мир, моя любимая Земля, использовав, как расходный материал, выбросила меня в урну. Не видит будущего?! Зачем тогда было создавать такие условия для подобной судьбы? А теперь, буквально выбравшись с того света обратно в мир живых, меня снова бросают, будто ребенка на вокзале. Хочется сказать себе, будь сильным! Но ради чего? На душе погано, словно коснулся чего-то неправильного. Нельзя так поступать!

Народ, собравшийся в зале, зашумел, и стало понятно, что на миниатюрную сцену для выступающих поднялись бригадиры местных промысловых гильдий. Десять разумных, от разных рас и организаций. Все сделано официально с системными статусами представителей городского профсоюза рабочих Эторофу. От лица делегации первым начал говорить один выступающий.

Из-за обилия народа я отключил идентификацию и лишние приписки в никах.

Тролль, Зураб’у Кхода-ти, 107 уровень

Статус: участник гильдии Ганеши, район E77

Трехметровый зелекожий увалень с внешностью бравого капитана рыбацкого судна у собратьев хаоситов в толпе вызвал некое священное почитание, и потому сразу установилась тишина.

– Мы – черная народность! Мы – кровь хаоса, что течет по венам этого города, снабжая его едой! Мы те, кто добывает кристаллы маны с больших глубин! Мы те, кто не дает городу замерзнуть! Сильные братья идут охотиться в лабиринт или море! Тихие братья будут собирать моллюсков и траву со дна. Кхок-хатис-кар, мои высокие и выносливые братья! Вам будет работа в родных нам пещерах. Крушить камень и искать синий цвет. Если ваш ум сильно больше моего – ищите мастера Зелонда Ганеши. Он глава гильдии и дает работу самым умным.

Спектакль тролля оказался достаточно простым и понятным для не слишком образованной публики в лице хаоситов. Один только внешний вид Зураба говорил об интеллекте на уровне земных выпускников из хорошего вуза. Системная сумка и кольцо-инвентарь, профильная морская экипировка, некий намек на уход за собой, что крайне несвойственно его подвиду. В общем, тролль Зураб – это типичная интеллигенция, привыкшая говорить на языке, понятном для подручных.

После тролля, аналогичные речи высказали представители других гильдий нубятника. Одни были более толерантны к разным расам, приглашая всех в свои ряды. Другие, наоборот, весьма четко говорили, что работают только со своими. Смысл один и тот же – бойцы на передовую, мирные на дно, работяги в шахты, мастера-ремесленники подходят к гильдмастеру. Причем независимо от того, есть у тебя нужный класс или нет, иммигрант обязан попробовать себя во всех четырех ролях, прежде чем его признают равноправным жителем города.

Для новичков в нубятнике Эторофу все гильдии предлагают примерно одно и то же – работа по контракту, жилье на собранную группу, стартовая экипировка. Можно назвать это вторым боевым крещением новичков-иммигрантов, обязательным к исполнению. Именно иммигрантов. Уверен, у местных тут другие порядки для становления членом общества. Например, пожертвование некой суммы в городскую казну. А так, многомиллионный мегаполис получает поток почти бесплатной рабочей силы на самые опасные и низкооплачиваемые работы.