Чтение онлайн

Поэтому « …следует все ставить в зависимость от ощущенийи… равным образом должно обращать внимание и на наличные чувства… Выяснив это, следует далее составить себе общее понятие и о недоступном (нашему) восприятию» (25, X, 38. Курсив мой. — А. Ш.).Таким образом, в канонике Эпикура ощущения — источник познания не только очевидных, чувственно воспринимаемых предметов и явлений, но и недоступных чувствам, скрытых сторон природы.

Ленин, полемизируя с Гегелем, отстаивал этот верный исходный пункт каноники Эпикура. Цитируя заключение Гегеля об эпикуровской теории познания («Это в общем правильно, но совершенно поверхностно; это — первое начало, механика представления в отношении первых восприятий»), он замечает: «„Первое начало“ забыто и извращено идеализмом. А диалектическийматериализм один связал„начало“ с продолжением и концом» (12, 287).

Своим учением о роли ощущений в процессе познания, теорией истечений образов из поверхности предметов Эпикур внес неоценимый вклад в развитие материалистического сенсуализма.

Основное в канонике Эпикура, ее цель, как мы отмечали вначале, — найти критерии истинного познания. Первым таким критерием являются ощущения .

По мнению Эпикура, данные органов чувств в целом не могут быть опровергнуты с помощью каких-нибудь других данных: «Если ты борешься со всемичувственными восприятиями [считаешь недостоверными всечувственные восприятия], то у тебя не будет ничего, на что можно было бы делать ссылку при суждении о тех из них, которые, по твоим словам, лживы» (16, XXIII). При этом он не довольствуется лишь простым утверждением неопровергаемости ощущений, а стремится всесторонне доказать это положение. Так, он пишет: «Ведь однородное ощущение не может опровергнуть однородного, так как они равносильны; также неоднородное (не может опровергнуть) неоднородного, ибо предметом их спора было бы не одно и то же (содержание). И вообще одно ощущение не может опровергать другое, так как всем ощущениям принадлежит одинаковое значение. И разум не может опровергнуть их, ибо он сам весь зависит от ощущений»(25, X, 32. Курсив мой. — А. Ш.,ср. там же, X, 31).

Эпикур считает ощущения неопровергаемыми, потому что они непосредственно отображают предметы и явления материального мира и, будучи связующим звеном между познаваемым объектом и познающим субъектом, возникают и функционируют только как продукт воздействия реальной действительности на органы чувств человека.

Другим критерием истины, по Эпикуру, являются чувства . Вводя в свою канонику чувства в качестве одного из критериев истины, он, насколько можно судить по сохранившимся отрывкам его творений и свидетельствам древних авторов, имел в виду ту деятельность человека, которая является ответной реакцией органов чувств на внешнее воздействие. В отличие от ощущений и общих представлений чувства выражают состояние организма во взаимосвязи и взаимодействии с окружающей материальной средой, показывают активность субъекта, его реакцию на явления природы. Особенно важно то, что у Эпикура чувственные переживания возникают не самостоятельно, обособленно, а в тесной связи с ощущениями и в зависимости от них.

Диоген Лаэрций сообщает следующее о чувствах как критерии истины в канонике Эпикура: «Что касается чувств, то они (т. е. эпикурейцы. — А. Ш.)принимают два (вида их): удовольствие и страдание, и приписывают их всему живому. Удовольствие (по их учению) есть состояние, соответствующее природе (живого организма), а страдание — состояние, чуждое этой природе. Удовольствие и страдание служат критериями решений относительно того, к чему следует стремиться и чего избегать» (25, X, 34).

По Эпикуру, как это видно из приведенного отрывка, человек не является пассивным, бездеятельным, безучастным к внешним воздействиям существом; он остро реагирует на внешние воздействия, испытывая влечение или отвращение к соответствующим предметам. При этом действия человека, выражая его активность и самостоятельность, все же обусловлены в конечном счете телами или явлениями природы. Таким образом, и в учении о чувствах как критерии истины Эпикур исходит прежде всего не из внутреннего мира человека, а из независимо от него существующей материальной действительности. Третьим критерием истины в эпикурейской канонике являются понятия, или общие представления ( — пролепсис), которые всецело зависят от ощущений и возникают на основе порождаемых ощущениями единичных представлений предметов внешнего мира.

Следует отметить, что термин «пролепсис» впервые употреблен в указанном смысле Эпикуром и введен им в философию, да и в греческий язык (см. 29, 520).

В канонике Эпикура общие представления, образуясь посредством удержания в сознании субъекта отдельных общих черт единичных представлений, занимают промежуточное положение между единичными представлениями и логическими понятиями.

Диоген Лаэрций свидетельствует (см. 25, X, 33), что, по мнению Эпикура, понятия, или общие представления, возникают как воспоминания о полученных извне частых восприятиях.

Об эпикурейском общем представлении в десятой книге Диогена Лаэрция мы читаем следующее: «Термин „понятие“ (пролепсис) они употребляют в смысле схватывания (умом) действительности или правильного мнения, или мысли, или находящегося внутри нас общего представления, то есть памяти о многократных (сходных) внешних восприятиях, как, например, в том случае, когда мы говорим: „Это — человек“. Дело в том, что, как только бывает высказано слово „человек“, тотчас соответственно понятию (о нем) мыслится нами родовой образ его, причем в последнем руководящую роль играют ощущения»(25, X, 33. Курсив мой. — А. Ш.).Таким образом, общие представления каноники Эпикура не являются врожденными, их источник — объективно существующие материальные тела, сама реальная действительность. Таков взгляд Эпикура на как на критерий истины.

В заключение следует отметить, что, хотя все три критерия истины в эпикурейской теории познания тесно связаны с внешним миром и зависят от него, тем не менее Эпикур заблуждался, считая ощущения, чувства и общие представления, или понятия, критериями истины. Как известно, критерием истины в процессе познания является практика. Только практика в состоянии подтвердить или опровергнуть представления, понятия, мысли человека о внешнем мире. В. И. Ленин отмечал, что «точка зрения жизни, практики должна быть первой и основной точкой зрения теории познания» (9, 145). Разумеется, Эпикур был далек от понимания практики, как таковой, и ее роли в процессе познания, что объяснялось уровнем естествознания того времени и известной разобщенностью, которая существовала между теоретическими изысканиями и практическими интересами.

Впрочем, следует отметить, что в поисках подтверждения истинности ощущений, чувственных восприятий, доказательства того, что они сами по себе верны и неопровергаемы, Эпикур обращается к чувственному опыту, к природе, которая, окружая человека и беспрерывно воздействуя на него, постоянно напоминает о своем существовании. Он считает, что «самый факт наличия чувственного опыта утверждает истину ощущений. В самом деле, ведь это — факт, что мы видим и слышим, равно как и то, что мы чувствуем боль. Поэтому нужно исходить от чувственных явлений и по ним заключать о том, что скрыто от нас. Ведь и все (наши) мысли ведут свое начало от ощущений, будучи обусловлены тем или иным чувственным материалом и данными в нем соотношением, сходством и соединением ощущений…» (25, X, 32). В письме к Геродоту Эпикур настоятельно указывает на необходимость обращать внимание на наличные чувства и сводить все наши искания, сомнения или мнения к ощущениям, ибо все зависит от ощущений и от чувственного опыта.

Хотя чувственный опыт Эпикур и не считал критерием истины, но фактически он являлся таковым в его системе, ибо это единственно верная основа, к которой следует, по учению Эпикура, сводить все наши искания или мнения, суждения или сомнения. Говоря о чувственном опыте, Эпикур, конечно, под этим термином не представлял себе ничего иного, кроме чувственной очевидности в повседневной практической жизни людей. Можно утверждать, что чувственный опыт, или чувственная очевидность, входит органической составной частью в его теорию познания.