Эректорат депутата Чичикова

– Михаил Семенович, – приятным женским голосом замурлыкал коммутатор, – К Вам Павел Иванович Чичиков.

– Ну что ж, – хозяин кабинета, грузный, неповоротливый мужчина с двойным квадратным подбородком и крупной, в полголовы, залысиной, скомандовал, – подавай его сюда.

Где-то в глубине необъятного помещения чуть скрипнула массивная дубовая дверь, и на пороге показался маленький, кругленький, человечек, являвший собой полную противоположность принимавшему его Михаилу Семёновичу Собакевичу, человеку очень влиятельному, и даже, более того – почти что первому лицу в правительстве. Павел Иванович, шаркая ножками и то и дело кивая головой, будто здороваясь, подошёл к огромному Т-образному столу, за которым восседал сам хозяин. На маслянистой физиономии Чичикова застыла его знаменитая неснимаемая улыбка, выражавшая одновременно и радость от встречи, и уважение перед чином, и надежду на понимание, и какие-то тайные, но, несомненно, важные намёки, и ещё Бог весть что такое непонятное.

– Павлу Ивановичу – наше нижайше почтение, – пробасил Собакевич. Он попытался приподняться и даже, кажется, поприветствовать гостя, но не справился с беспощадной силой земного притяжения и снова рухнул в жалобно заскрипевшее под страшной тяжестью кресло, – Прошу покорнейше присаживаться!

Хозяин кабинета широким жестом обвёл весь кабинет, словно бы предлагал присесть сразу везде, на все кресла и стулья. Чичиков вежливо ответил на приветствие, отодвинул ближний стул и осторожно присел на самый краешек, аккуратно сложив на коленях пухленькие ладошки. Минуты полторы продолжалось тягостное молчание. Наконец Чичиков, видя, что Собакевич начинать разговор не собирается, взял инициативу на себя:

– Мы, давеча, с господином Маниловым сидели в его офисе и о Вас вспоминали. Он всё сокрушался, что Вы к нему в его фракцию «МанГо» никак не загляните.

– А ну его, – отмахнулся Собакевич, – пустой человек, да ещё и мошенник. Всё прожекты строит, как Россию-матушку спасти, а сам только и думает, как в правительство поскорее пролезть. А сам-то – посади его в моё кресло спикера, так он полстраны мигом уворует. Он да его дружок по фракции городничий, это ж разбойники, каких свет не видывал. Бони и Клайд!

– Ну конечно, господин Манилов не идеальный пример для подрастающего поколения, однако, хочу Вам сказать, назначение госпожи Коробочки министром культуры – очень мудрое решение. Госпожа Коробочка – очень, просто чрезвычайно тонкий и дальновидный политик…

– Дура набитая, – Собакевич недовольно поморщился, – Отменила дотации на культуру, всё боится, что её актёры да режиссёры надуют. Говорит: поеду по заграницам, приценюсь там – почём государства за культуру доплачивают, а там решим. Да кому она там, за границей, со своей культурой нужна. А по мне так там, где из земли газ качают – там она и культура! Вот так.

Конец ознакомительного фрагмента.