Чтение онлайн

— Тогда-то и пришел он, Магни, — Ярнсакса указала на сына. — В ту пору ему было всего лишь три дня от роду, но он уже умел ходить и разговаривать. Увидев, в каком положении находится отец, малыш сказал: «Жаль, что я пришел так поздно. Если б мне пришлось схватиться с этим великаном, я бы справился с ним одной левой». Ты помнишь это, мой мальчик?

— спросила Ярнсакса, улыбаясь.

Магни кивнул и смущенно отвел глаза.

— Так вот, Магни снял с шеи Тора ногу Хрунгнира с такой легкостью, как будто это была пушинка, — продолжала Ярнсакса. — Спустя некоторое время щеки Тора снова порозовели, он пришел в себя. «Когда ты вырастешь, ты станешь таким же могучим, как я», — похвалил он Магни и в благодарность подарил ему коня Хрунгнира — Золотую Гриву. С тех пор он стоит в нашей конюшне.

Один, который все это время просидел дома в Вальгалле, ужасно разозлился, узнав, что великолепный конь Хрунгнира достался Магни. Он сам захотел заполучить его, а кроме того, считал, что сын великанши не достой» принимать дары от асов, даже если отец его — Тор.

Однако Тор имел право самостоятельно распоряжаться завоеванным в бою конем, и тут уж Один ничего не мог поделать. Золотая Грива достался Магни, и с тех пор никто еще не решался его у нас оспаривать. Не так ли, мой мальчик?

Магни снова смущенно улыбнулся и покачал головой.

— Пусть бы только попробовали, — пробормотал он.

Эрик давно уже с некоторой опаской косился в его сторону. Он заметил, что Магни небрежно поигрывал камнем, поднятым с пола. Внезапно он нечаянно сжал его — камень на глазах превратился в песок.

«Если б он только захотел, мог бы заработать кучу денег, демонстрируя такую силищу!» — восхитился Эрик. Он вдруг подумал, что ни разу ни слышал, чтобы асы или великаны хоть словом обмолвились бы насчет денег. Кто-то кому-то что-то давал или же получал, случалось, рассказывал и о том, как кто-то с кем-то менялся, но — и только!

В этот момент Ярнсакса прервала его размышления, спросив у Труд, не удалось ли асам извлечь обломок точила Хрунгнира нэ головы Тора.

— Нет, к сожалению, у нас так ничего и не получилось, — ответила девочка. — Когда Тор вернулся к себе на Трудвангар, он послал за вельвой Гроа, чтобы она приехала к нему в Бильскирнир, — она одна знала заклинания, которыми можно было извлечь камень.

Гроа приехала и начала колдовать — камень стал понемногу выходить наружу. Тор при этом почувствовал такое облегчение, что, не дожидаясь, пока он выйдет полностью, поведал вельве, что видел в Ётунхейме ее мужа — Эрванделя Храброго. Он давно уже бесследно исчез, но, когда Тор встретил его, тот как раз собирался возвращаться домой.

Услышав это, Гроа так обрадовалась, что забыла все заклинания. Она ни о чем не могла теперь думать, кроме своего возлюбленного Эрванделя, и осколок точила Хрунгвира так и остался сидеть на прежнем месте!

Ярнсакса и Магни дружно посмеялись над этой историей. Затем Магни, все еще посмеиваясь, спросил Эрика, не хочет ли он взглянуть на Золотую Гриву.

Разумеется, Эрик был не прочь посмотреть на замечательного коня; оба юноши направились в конюшню. Там рядом с медленно жующим овес Ховварпниром стоял большой золотисто-рыжий конь. Красивые благородные животные прекрасно смотрелись вместе, казалось, они я сами сознают это. Длинные шелковистые хвосты их слегка подрагивали.

— Хочешь прокатиться? — предложил Магни.

Эрик кивнул, И вскоре уже ребята скакали по полям на своих великолепных скакунах. Когда они подъехали к Гротунагорду, Эрик увидел то, что осталось от глиняного исполина, сделанного великанами. Вероятно, он действительно был огромен. Большая часть его разлетелась на куски целыми остались одни лишь ноги, возвышавшиеся над землей как два громадных столба. Под одной из них виднелась лисья нора.

Магни и Эрик немного посидели, любуясь живописными красками заходящего солнца. Было тепло, воздух как будто застыл.

— Вам нужно быть очень осмотрительными, — нарушил наконец молчание Магни. — У меня такое предчувствие, что ваше присутствие здесь вскоре будет обнаружено.

Эрик кивнул. Он понимал, как трудно сохранить в тайне их путешествие через весь Ётунхейм.

— Вы направляетесь на восток?

Эрик снова кивнул.

— Будьте особенно осторожны, когда поедете через Железный Лес. Там очень темно и полно волков, жутких волков. Все они — дети страшной великанши и сами тоже великаны, только в волчьем обличье. Один из них, огромный волк по имени Обман, в свое время проглотит солнце, другой — Ненавистник — луну. Понимаю, что тебе странно все это слышать, однако так говорят.

— Вокруг говорят так много, что не знаешь, чему и верить, — возразил Эрик.

— Так-то оно так, — отвечал Магии, — но я и сам однажды видел тот лес и мерзких волков. Правда, внутрь я не входил — признаться, такого желания даже не возникало. Хоть я и силен, но не думаю, что сумел бы с ними справиться.

Рядом с Железным Лесом есть еще одно место — гораздо хуже, чем это. Туда вам ни в коем случае нельзя попадать! У Железного Леса расположен вход в Муспелльсхейм; царство Хель — цветочки по сравнению с этим миром! Муспелльсхейм лежит глубоко в раскаленных докрасна недрах земли, и живущие там люди — люди Муспелля — по-видимому, совершенно иного склада, нежели мы, раз они могут, существовать там. Их властелина зовут Сурт. Там, где ступит его нога, загорается земля. Он извергает огонь и сражается огненным мечом, сияющим ярче, чем солнце. Сияние его такое сильное, что, глядя на него, можно ослепнуть.

Говорят, что, когда настанет последний час асов — Рагнарок, — Сурт во главе людей Муспелля вступит на Биврест, который рухнет под их тяжестью.

Эрик слушал Магни с расширившимися от страха глазами, втайне надеясь, что им не придется попасть в это жуткое место.

— Если вам удастся пройти через Железный лес, то увидите, что по другую его сторону стоит дом Скади — той великанши, что была некогда женой Ньерда, однако так и не смогла прижиться в Асгарде. Обязательно зайдите к ней! Я уверен, она вам с радостью поможет. Хоть вы и пришли из Асгарда, но на нее вы вполне можете положиться.

— Но как же ты сам можешь жить здесь, в этом проклятом Ётунхейме? — немного погодя спросил Эрик.

Магни рассмеялся и покачал головой.

— Милый Эрик, — сказал он, — Ётунхейм кажется страшным лишь тем, кто его не знает. Большинство великанов чувствовали бы себя в Асгарде так же неуютно, как ты и асы — здесь. Незнание и страх всегда порождают ненависть.

Эрик кивнул, стараясь понять его. Долго еще слушал он Магни, чувствуя, что юный богатырь постепенно заражает его своей непоколебимой уверенностью в себе. Вернувшись, Эрик уже был совершенно спокоен и даже весел.