Эрик, сын человека
Шрифт:
— Я заставил его бежать наперегонки с Хуги, — продолжал между тем Утгарда-Локи, — и, помню, был весьма удивлен тем, как быстро Тьяльви бегает. Ха! Ни до, ни после этого ни один из наших гостей не бегал так быстро.
Так вот, сейчас вы сами покажете мне, кто же из вас настоящий Тьяльви. Мы выйдем во двор и отметим дистанцию. Тому, кто окажется быстрее, я и поверю!
Эрик прямо-таки застыл от страха, услышав это. Теперь он окончательно пропал! И не он один — Труд тоже погибнет! Страшно подумать — от какого-то дурацкого состязания в беге зависит судьба всего Асгарда! Он, Эрик, которого здесь называют сыном человека, должен своими ногами решить судьбу всех асов. И при этом он прекрасно сознает, что за Тьяльви ему нипочем не угнаться!
Труд подошла к мальчику.
— Ты сможешь, — шепнула она. — Я знаю, ты непременно сможешь! Думай обо мне и беги ради меня.
— Ты считаешь, это поможет?
— Уверена! — твердо сказала она, крепко пожав руку Эрика.
На дворе Утгарда-Локи уже договаривался со своими людьми, где будет пролегать дистанция состязания. Эрик увидел, что им предстоит пробежать около километра по большому кругу. Он покрепче перевязал ремни своих сандалий и приготовился. Уже заранее мальчик чувствовал, что страх тисками сжимает все его тело.
Тьяльви, босой, уже поджвдал его на старте. Казалось, силы полностью вернулись к нему; он насмешливо ухмыльнулся прямо в лицо Эрику.
— Ну что, крошка Эрик, помнишь, как мы бегали наперегонки в прошлый раз? — со злорадным смешком сказал он.
Эрик не ответил. Невидящим взглядом он смотрел прямо перед собой. Он чуть было не решился заранее отказаться от состязания и раскрыть перед Утгарда-Локи свои карты — ведь все это бесполезно, его лишь поднимут на смех!
Итак, он чувствовал себя побежденным еще до того, как раздался сигнал старта.
Глава 40
— Я люблю тебя, Эрик! — шепнула Труд тихо — так, чтобы никто, кроме мальчика, не смог ее услышать. — Правда, это серьезно! — Она сжала его руку, отметив про себя, что ладонь у Эрика потная и очень горячая. — Думай о нас, об Асгарде, о тех, кто там остался, и все будет в порядке, да и сандалии Локи не подведут!
— Сандалии Локи… Честно говоря, я на них не надеюсь, — пробормотал Эрик, Вид у него при этом был растерянный и испуганный. — Все это чепуха! С нами все кончено. И зачем мы только отправились в это дурацкое путешествие?!
— Эрик машинально затянул потуже пояс Бальдра, пряжка ярко блеснула на солнце.
Утгарда-Локи как-то странно посмотрел на него и подал знак обоим бегунам занять исходную позицию. Времени на раздумья у Эрика уже не осталось.
Прозвучал сигнал старта, и Эрик рванулся вперед, стараясь бежать изо всех сил. Но что значили здесь человеческие силы?
Тьяльви сначала держался рядом с Эриком. Повернув к нему лицо, он снова насмешливо ухмыльнулся.
— Ну что, думали провести меня? — бежал он легко, нисколько не напрягаясь, как будто на разминке. — Вы надеялись уйти от меня? Нет, от Тьяльви никто не ускользнет, тем более когда я рассержен. К тому же за мной по пятам идет войско великанов, и, уж будь уверен, они сумеют убедить Утгарда-Локи, даже если мне не удастся этого сделать!
— Заткнись! — задыхаясь, простонал Эрик.
— Как ты думаешь, что сделает Утгарда-Локи с тобой и твоей глупой подружкой, когда узнает, кто вы такие на самом деле? — продолжал издеваться Тьяльви.
Эрик так запыхался, что даже не смог ответить.
— Что, воздуху не хватает? — опять ухмыльнулся Тьяльви. — Странно, но ты как будто совсем не прибавил с тех пор, как мы бегали с тобой в последний раз. Помнишь? Вокруг Игтдрасиля и обратно. Когда я прибежал к финишу, ты был еще только на полпути. Что ж, выходит, Улль так и не сумел натаскать тебя как следует?
Эрик опять промолчал. Он был зол, однако не представлял себе, как дать выход гневу. Ведь не мог же он остановиться и стукнуть Тьяльви, как бы ему этого ни хотелось. Тогда он точно пропал. Оставалось только одно — продолжать бег, надеясь, что произойдет какое-нибудь чудо — например, Тьяльви споткнется и упадет.
— Ну, посмотрим, сможешь ли ты за мной угнаться! — захохотал Тьяльви и рванулся вперед.
Финиш был уже совсем близок, Тьяльви несся легко как ветер. Эрик безнадежно отставал; среди зрителей раздался недовольный ропот и вздохи разочарования.
Расстояние между Эриком и Тьяльви неуклонно росло; мальчик огорченно отыскал глазами Труд. В ушах его отчетливо прозвучали слова: «Я люблю тебя, Эрик! Думай обо мне!»
— Да-да, конечно, — пробормотал Эрик. — О ком же мне еще думать теперь, когда оба мы на грани гибели!
И вдруг он почувствовал, что ноги его стали двигаться сами собой. Какая-то неодолимая сила властно влекла его вперед чуть ли не воздуху. Он мчался все быстрее и быстрее и у самой финишной черты догнал Тьяльви.
— Нет, это невозможно! — в ярости застонал Тьяльви. — Тут что-то не так, здесь пахнет колдовством. Ведь ты не можешь так быстро бегать, Эрик!
Утгарда-Локи, растолкав зрителей, приблизился к мальчикам.
— Ничья! — рявкнул он. — Придется бежать снова!
Тьяльви приободрился. Стиснув зубы, он злобно посмотрел на Эрика и направился к стартовой черте.
— Ну, теперь держитесь! — прошипел он. — Сейчас я тебе покажу!
Эрик даже не удостоил его взглядом — угрюмо стоял, уставившись в землю. Он все еше не мог поверить в то, что совершил, и был убежден, что чудо больше не повторится. Украдкой он бросил взгляд на Труд; девочка слегка улыбнулась и незаметно подмигнула ему.
Ради нее, ради всего Асгарда он обязан был попытаться еще раз. Ведь он же так любит всех их! Эрик вздохнул. Он представил себе старого, седого Хеймдалля, рыжего вспыльчивого добряка Тора, величественного Одина, гордо восседающего на своем высоком троне, любвеобильную Фрейю в ее соколином оперении, одиноких, живущих в глухих лесах Улля и Видара, Ньерда на столь милом его сердцу морском берегу, Моди и Магни… Да, он побежит — побежит ради них!
— Ну что, готовы? — крикнул Утгарда-Локи.
Эрик и Тьяльви кивнули; прозвучал сигнал.