Эрина
Шрифт:
Вся операция прошла, как по маслу. Не смотря на своевременное предупреждение, пришедшее из крепостей, флот не успели привести в боевую готовность. Никто просто не ожидал, что "Росс", "Бларни" и "Мэлахайд" будут уничтожены в считанные минуты, а потому ни в какие нормативы развертывания флота альбионцы уже не укладывались. И когда несколько десятков эсминцев и канлодок обрушили на них торпеды и мощные плазменные заряды.
Комендоры и торпедные офицеры штернов трудились вовсю, обеспечивая максимальный темп стрельбы. На орудийных палубах кораблей царил форменный ад. Матросы в особой форме, изготовленной из теплоемкой ткани, ворочали крупнокалиберными орудиями, заключенными в казематы. Не смотря на форму, он обливались потом, некоторые в нарушение приказа даже сбрасывали ее, оставаясь голыми по пояс. Не расставались только с асбестовыми рукавицами. Гильзы плазменных снарядов обжигали ледяным холодом, а казенники орудий была раскалены так, что коснись их металла незащищенной рукой, та мгновенно прогорит до кости.
На торпедных палубах служили люди еще более крепкой комплекции, хотя казалось, куда уж крупнее. Они ворочали громадными, подвешенными на цепях болванками торпед, загоняя их в казенники торпедных аппаратов. Офицеру тут все, как один, держали в левой руке "луковицы" карманных часов на цепочке, отмеряющие время до поражения цели. Как только секундная стрелка доходила до отметки, отмечаемой передвижным маркером, они тут же брались за эбонитовую трубку аппарата связи с акустиками, запрашивая о поражении цели. Потом давали команду заряжать торпедный аппарат и опускали взгляд на карманные часы.
Альбионцы, в первые минуты боя метавшиеся без толку, быстро собрались и ответили на удар. Но ответ у них вышел не слишком удачным. Залпы плазменных орудий были неприцельными - и большая часть сгустков плазмы пролетели мимо вовремя успевших уклониться от них кораблей Доппельштерна. А те и не думали прекращать огня.
Смертоносные сгустки плазмы врезались в альбионские корабли, оставляя в их обшивке исходящие мгновенно замерзающим воздухом пробоины. В них часто выносило трупы, которые разрывало перепадом давления, буквально выворачивая наизнанку, превращая в нечто совершенно несусветное.
Торпеды, поражающие цель, могли при удаче даже подорвать небольшой корабль, вроде эсминца или даже легкий крейсер, превратив его в груду космического мусора и братскую могилу для нескольких сотне человек. Но и более крупным судам приходилось тяжко при прямом попадании.
Второй по мощи корабль альбионского флота, защищавшего Эрину, линейный крейсер "Центурион" раскололся пополам после удачного попадания торпеды точно в центр его корпуса. Нос ее, сделанный из победита, буквально распорол обшивку линейного крейсера, и перед взрывом торпеда вошла внутрь "Центуриона" почти на треть. Корпус альбионского корабля вздулся, будто его изнутри распирали газы, и он раскололся надвое. Остаточное ускорение еще влекло обе половины его - и они столкнулись, прочные конструкции сминались, а те матросы и офицеры, что каким-то чудом пережили попадание торпеды и последовавший взрыв, гибли уже из-за этого. Во все стороны от гибнущего "Центуриона" порскнули спасательные шлюпки. Но их было очень мало.
"Железный герцог" - флагман флота, дал залп по осаждающим его эсминцам и канлодкам. Он эскадре легких кораблей не нанес всего ущерба, какой был способен, но и этого хватило вполне. Номерные эсминцы S32 и S36 были уничтожены в считанные секунды, их корпуса разворотили серии вторичных взрывов - детонировали боеприпасы и торпеды. Еще несколько кораблей дивизиона получили серьезные повреждения и были выйти из боя. Легли на курс, уводящий их прочь от баталии. Почти половина эсминцев были повреждены тоже достаточно серьезно, но капитаны приняли решение продолжать сражение. Эскадре канлодок повезло куда меньше. Две трети судов были просто сметены залпом "Железного герцога". От них не осталось даже космического мусора - людей и металл просто обратило в пар высокотемпературной плазмой. Оставшиеся суденышки отступали, исходя воздухом и оставляя за собой трупы, разорванные перепадом давления.
Второго полного залпа линейного крейсера легкие суда могли не пережить. Однако капитаны оставшихся эсминцев дали еще один торпедный залп, сокрушая сторожевики альбионцев, прикрывающие более крупные корабли. И только после этого легли на курс, уводящий от баталии. Однако "Железный герцог" дал им залп вдогонку. Он был не столь сокрушителен как первый, но он стоил флоту фон Грюнвальда еще трех эсминцев. Остальные сумели вырваться из боя.
– Выбиваемся из графика, - ни к кому конкретно не обращаясь произнес адмирал фон Грюнвальд.
Мостик флагмана флота, атакующего Зеленую систему, "Великий курфюрст" больше всего напоминал большой бальный зал в какой-нибудь дворце. С декоративными колоннами вдоль бортом, троноподобным креслом, в котором располагался сам адмирал, как всегда в лазурном мундире. В бой иначе, как при полном параде, и обязательно с наградами. Адмирал не требовал того же от своих офицеров, однако, следуя за ним, все перед боем одевались точно также. Ровный пол цвета старого мрамора, на котором запросто можно было поскользнуться неосторожному офицеру. И тот мгновенно становился объектом насмешек для остальных. Правда, непосредственно в присутствии фон Грюнвальда никто шутить не решался. Изваянием адмирала прозвали не зря, каменные черты лица его никогда на памяти офицеров не смягчались улыбкой.
Общее впечатление портил только большой тактический стол с голографической картой Зеленой системы, на который каждую минуту поступали новые сведения. Вокруг него стояли офицеры, докладывающие обо всех изменениях начальнику штаба флота, который в свою очередь отбирал самые значимые сообщения и докладывал командующему.
– Быстрее двигаться корабли нашего класса не могут, - сказал начальник штаба контр-адмирал Фабиан Франк.
– Силовые установки нашего линкора и линейных крейсеров "Зейдлиц", "Мольтке" и "Гебен" работают на полную мощность. Остальные крейсера держатся того же темпа, чтобы не разрывать ордер.
– Но мы уже потеряли пятнадцать судов, - ровным тоном произнес адмирал, - и тысячи человек. Канонерки и эсминцы сделали свое дело, но легкие крейсера не успели поддержать их. План операции, разработанный вами, Франк, рушится.
– Отнюдь, - пожал плечами контр-адмирал Франк, - атака легких крейсеров должна последовать после выхода эсминцев и канлодок из баталии. Как раз между вторым и третьим залпами "Железного герцога".
– Будем надеяться, - чуть-чуть качнул головой адмирал, - что они успеют.
Бригада легких крейсеров, в состав которой входили "Кенигсберг", "Карлсруэ", "Эмден", "Нюрнберг", "Кельн" и "Дрезден" успели вовремя. Они широким фронтом атаковали альбионский флот. Целью их тяжелых торпед стал флагман противника. На "Железного герцога" обрушились десятки мощных сигарообразных снарядов. Часть расстреляли оборонительные батареи, буквально разрезав торпеды смертоносными лучами, но почти треть достигла цели. Победитовые наконечники вспороли обшивку крейсера - торпеды взорвались внутри вражеского корабли. Вслед за этим по "Железному герцогу" прошла цепочка вторичных взрывов. Детонировали боеприпасы. Несколько орудийных палуб разворотило словно кошмарным консервным ножом. Из пробоин торчали казенники плазменных орудий и торпедных аппаратов.