Чтение онлайн

— Не беспокойся, хранитель, реликвия в безопасности! Да-да, в совершеннейшей безопасности!

— Это ясно, но я хотел узнать… Ты не взял Жезл, потому что в его присутствии чародеи станут сильнее, правильно? А скажи, есть ли амулет, равный по мощи Жезлу Страсти, чтобы в его присутствии чародеи, наоборот, теряли силу?

И тут Аниту осенило. Ткнув Шона локтем, она прокричала:

— Не обращай внимания, Кардамуд! Это все ерунда! Лучше летим быстрее!

— Да мы уже подлетаем, вон впереди храм, — ответил дракон.

— Где?

— Да вон, на пригорке, в лесу. Видите серые стены? Теперь держитесь, идем на снижение!

Шон крепче прижал к Аниту к себе. Драконы стали спускаться, заходя на посадку по плавной дуге. Склонившись к уху ведьмы, Тремлоу прошептал:

— Так в чем дело?

— Это Венец Страсти, — так же шепотом ответила Анита. — Тот самый, что искали чародеи, понимаешь?

— Венец?

— Ну да! Подумай сам, я вдруг обрела могущество, а чародеи лишились своих чар. Пока Жезл был с нами, мне не удавалось даже самое простое колдовство. А Венец лишил сил чародеев. Помнишь, капитан «Крылатого Орла» еще говорил, что он не осмелится доставить его в замок?

— Ну… Да, это звучит логично, но… откуда взялся Венец… Кардамуд?

— Нет, Мелонита.

Они поглядели на дракониху — та первой заходила на посадку, и сверху ее было хорошо видно. Мелонита планировала на распростертых крыльях, приближаясь к серым руинам, виднеющимся посреди леса. Древний храм имел значительную величину и некогда был хорошо укреплен, но теперь пребывал в запустении. Лес подступил к внешним валам, взял строение в осаду, особенно смелые молодые побеги уже шли на приступ, оплетая подножие стен, карабкаясь по башням, проникая в храмовый двор сквозь бойницы. На фоне зеленого и серого золотистая чешуя Мелониты отчетливо выделялась, посверкивая в лучах заходящего солнца.

— Она? — недоверчиво переспросил Тремлоу. — Но… каким образом?

Анита пожала плечами.

— Не знаю пока… Но ты сам посуди: она живет в храме, сторожит древнюю реликвию, которой Кардамуд никогда не видел… и даже не знает, что это. Храм заброшен, сюда никто не ходит, люди из страха перед драконом забыли дорогу в это место. Поэтому чародеи и не могут отыскать Венец. Логично?

— Ну… настолько, насколько строгая логика вообще свойственна женщинам, — да, это логично, — согласился рыцарь и получил тычок локтем под ребра.

— Ладно, ладно, признаю — логично. Хотя я вообще не понимаю, зачем они ищут Венец, от которого им никакой пользы, а один лишь вред.

— Ищут, чтобы не нашли ведьмы. Это ж ясно! Уж сестрица Лавандия знает, как применить Венец Страсти!

— Да, и как бы она его применила?

— Истребила бы всех мужиков.

— Что, совсем всех? — удивился Шон. — Или только чародеев?

— Да нет, думаю, всех до единого.

— Гм… А что, ведьмам из отряда этой Лавандии мужчины вовсе не нужны?

— Не-а, — сказала Анита. — И это вторая причина, почему меня не приняли в феминистки. Мне-то… мне-то как раз мужчины нужны.

— Ага, — сказал Шон, подумав. — Хорошо, ну и как же все-таки с Венцом? При чем здесь Мелонита?

— Я сама пока хорошо этого не понимаю, но получается… В общем, получается, что наша Мелонита сама и есть Венец… Так, что ли? Нужно это как-нибудь потихоньку выяснить, расспросить, что именно она стережет…

— Только осторожно.

— Само собой… Гляди, сейчас приземлимся.

Расправив крылья, драконы спланировали на площадку перед тем местом, где некогда находился вход в храмовый двор. Теперь это была просто лужайка, поросшая кустарником и заваленная обломками камня. Судя по всему, когда-то ворота украшали скульптуры, причудливо сочетавшие человеческие фигуры с крыльями, хвостами и рогами.

Анита слезла с загривка Кардамуда и удивленно воззрилась на каменный торс, наполовину скрытый орешником. По всем признакам — очень объемистым, можно даже сказать, выдающимся признакам — выходило, что торс женский. Вот только признаков этих было не два, а шесть.

За плечами угадывались обломки перепончатых крыльев. Рядом валялась голова с большими, широко раскрытыми глазами, украшенная рогом, торчащим из середины лба.

Анита побрела по лужайке, приглядываясь к поверженным статуям. Вот почти человеческое существо, но с головой коровы… А вот и вовсе что-то удивительное…

— Ух ты, какая она… — протянула ведьма. — Это что ж, древняя богиня какая-нибудь?

— Не знаю. — Голова драконихи склонилась над плечом Аниты. — Когда я поселилась здесь, статуи уже были повалены. Но жрицы еще обитали в храме и иногда справляли очень красивые обряды. Я была молода, и меня не очень-то интересовали подобные вещи… Тебя это занимает? Идем, покажу другие статуи, они сохранились лучше.

Рыцаря подробности архитектуры не слишком волновали, и он принялся собирать орехи. Анита попыталась вспомнить, когда они ели в последний раз, не вспомнила и пожалела Шона.

Когда дракониха с ведьмой отошли подальше, Кардамуд присел рядом с Тремлоу.

— Кажется, дамы легко найдут общий язык, — заметил дракон, посверкивая глазом в свете закатного солнца. — Ну что же, и хорошо, и славно, это важно, чтобы они подружились.

— Почему важно? — Шон положил орех на плоский камень, ударил сверху другим, расколол и бросил сердцевину в рот. Не ахти какая пища, но все же лучше, чем ничего. От голода желудок рыцаря уже прилип к позвоночнику.

— Ну как же… Вы ведь останетесь погостить в храме? Хранитель Шон, с вами как с мужчиной я ведь могу говорить откровенно?..

— Угу… — Тремлоу расколол пару других орехов, набил рот и теперь усиленно работал челюстями. — Дафай, конечно можешь, гофори…

— Мне так нужно присутствие Жезла Страсти, а вы ведь с вашей подругой его хранители… Жезл — это очень важно! Весьма, я бы сказал, чрезвычайно, крайне важно.

— Ага, я понимаю, — кивнул Шон. — Но на орехах долго не протяну…

Рыцарю не хотелось сразу сообщать Кардамуду, что тот имеет все возможности и сам сделаться хранителем. А то получается — вот, только прилетели, и сразу: «Бери, Кардамуд, пользуйся». Нет, решил Шон, пусть дракон прочувствует, какое доверие ему оказано, какая ответственность возложена…