Чтение онлайн

– Вы действительно пишете только правду? – удивился он.

– Правду. Только правду, и ничего, кроме правды…

Оба рассмеялись, и после этой шутки Таня почувствовала, что контакт с Андреем налажен окончательно. Поэтому она спросила:

– Вы давно летаете?

– Четыре года. Но в Андреевское перебрался прошлой зимой.

– Это что? Повышение по службе или наказание? – В Тане говорил уже не столько профессиональный журналистский интерес, сколько женское любопытство.

– Сюда, скажу я вам, попасть не так-то просто, – с оттенком обиды сказал Андрей. – Сейчас на Север стремится каждый.

– Почему? – спросила Таня. Ей казалось, что жизнь на Севере нечто вроде ссылки.

– Во-первых, деньги неплохие, – ответил Андрей. – Пять лет прожил, и получаешь двойную зарплату. А во-вторых, здесь интересно. Природа красивая. Такой уже мало где осталось. Я охоту люблю. В Андреевском охота прекрасная.

– Ну, допустим, мужчины свободное время проводят на охоте, а женщины чем занимаются? – сделала невинные глазки Таня.

– Женщины? – Андрей на мгновение задумался, потом сказал, рассмеявшись: – А здесь женщин нет, здесь – специалисты. – Еще помолчал, скорее всего, перебирая в памяти знакомых, и сказал уже утвердительно: – Точно. Женщин нет. Бухгалтеры, экономисты, продавцы, учителя, все при деле. Так что на улице днем редко женщину встретишь. – Предупреждая Татьянин вопрос, который мог и не последовать, произнес с притворным вздохом: – Если придется жениться, не знаю, какую специалистку выбирать.

Таня поняла, что последнюю фразу он произнес специально для нее. Красавцу показалось, что он очаровал ее, и теперь закидывает крючок в надежде на то, что она клюнет. Клевать Таня не собиралась, поэтому, опустив голову, молча пошла дальше. Пилот, еще минуту назад казавшийся ей симпатичным, сразу стал неинтересным.

– Вы что-то замолчали? – спросил он, по всей вероятности, поняв причину перемены в настроении попутчицы.

– Вы когда-нибудь читали поэта Николая Рубцова? – спросила Таня.

– Нет, а что? – Андрей уставился на нее, ожидая услышать что-то необычное.

– У Рубцова есть такие строчки: «Филя, что молчаливый? А об чем говорить?»

– Ну, так уж и не о чем? – искренне обиделся Андрей. – Я же не имел в виду вас, когда говорил о специалистках.

– Я так и поняла, – ответила Таня.

Завернув за угол, они оказались перед длинным деревянным, похожим на барак зданием с небольшим крылечком. Над крыльцом висела табличка с надписью «Гостиница». Едва войдя туда, Таня поняла, что гостиницей это заведение мог назвать лишь человек с очень большой фантазией. Прямо у дверей висел прибитый к стене умывальник. Под ним на табуретке стоял таз с грязной мыльной водой. В коридоре вдоль стен были расставлены раскладушки. Под каждой лежали какие-то вещи. «Значит, ночлежка забита до отказа», – подумала Таня. Название «ночлежка» родилось само собой, но ей показалось, что оно точно отражает характер заведения.

Заведующая гостиницей оказалась на месте. У нее был просторный кабинет с большим письменным столом посередине и высоким сейфом, стоящим у стены. Она сидела за столом под застекленным портретом Л. И. Брежнева и помешивала ложечкой чай в стакане.

– Здравствуйте, Надежда Семеновна, – произнес Андрей, остановившись у порога. Таня встала за его спиной и поглядывала на заведующую из-за плеча своего нового знакомого.

– И ты здесь, – не скрывая досады, произнесла заведующая.

– Почему – и я? – не понял Андрей.

– Да что-то больно много вас сегодня собралось.

– А что поделаешь – погода, – развел руками Андрей.

Она достала из стола небольшую тарелочку, на которой лежало печенье, с хрустом надкусила одну печенюшку и, чмокнув губами, отпила из стакана глоток чаю. Затем подняла глаза на пилота и спросила:

– Когда назад полетите?

– Пока не знаю. Дай бог добраться завтра до Андреевского. А что? – Он посмотрел на заведующую гостиницей, которая снова размешивала ложечкой чай в стакане.

– Мне кое-что из области привезти надо, – ответила она. – Как полетите, скажи. Я позвоню, вам принесут прямо в гостиницу. Вы ведь ночуете в городе?

– Да, в городе, – ответил Андрей.

– А это кто с тобой? Жена, что ли? – с ехидной ухмылкой кивнула в сторону Тани заведующая.

– Родственница, – не дав Тане раскрыть рот, ответил Андрей. – Ее тоже надо устроить.

– Да уж вижу. – Заведующая достала из стола два ключа. – Ей придется ночевать с двумя соседками, – она кивнула в сторону Тани, – а вас с Василием Ивановичем я устрою в отдельный номер.

Она протянула ключи и бланки, которые нужно было заполнить.

Когда Таня брала ключ, заведующая не смотрела, а ощупывала ее глазами. Таким взглядом оценивают вещи, и Таня поняла, что она не поверила Андрею. Ее глаза словно говорили: «Знаем мы, что делают с такими родственницами, как только закрывается дверь номера». Таня почувствовала, как от стыда начало пылать лицо.

– Какая я вам родственница? – гневно бросила она Андрею, когда они вышли в коридор. – Зачем вы солгали? Я бы устроилась и по своему командировочному удостоверению.

– А вот могу спорить, что нет, – спокойно ответил Андрей. – Заведующая сказала бы, что свободных мест нет, и никто бы ей ничего не сделал. Она очень не любит газетчиков.

– Да уж вижу, – сказала Таня. – Такая из своей должности выжимает все, что можно. А с газетчика что возьмешь?

– Вот именно, – согласился Андрей. – Сейчас все построено на принципе: ты – мне, я – тебе. Без этого шагу не ступишь. Чиновника кормит не зарплата, а должность. Слышала анекдот, как Брежнев приезжал в грузинский колхоз?

– Может, и слышала, – сказала Таня все еще сердитым тоном. – Напомни.

– Приехал Брежнев в грузинский колхоз. Там устроили застолье. Тамада произнес тост: «Давайте выпьем за нашего высокоуважаемого гостя. Но не как за генерального секретаря – за это он получает зарплату. Не как за председателя Президиума Верховного Совета СССР. За это он тоже получает зарплату. Не как за маршала Советского Союза и председателя Совета обороны. И за это он получает зарплату. А как за человека, который первым понял, что в наше время на одну зарплату не проживешь».