Чтение онлайн

Джули посмотрела на свой темный дом. Она не хотела идти в большой, пустой дом, наполненный воспоминаниями о том, как отец унижал ее. То, чего она действительно хотела, так это чтобы Курт пошел с ней, в ее постель, и иметь возможность прикасаться к нему. Она хотела подарить ему такое же удовольствие, какое испытала недавно сама.

Ей было тридцать лет, и она только что получила свой первый оргазм. Она знала, что есть девушки и женщины, которые экспериментировали со своим телом, используя свои прикосновения для самоудовлетворения, но она никогда так не делала. Она слишком сильно боялась того, что отец мог ее услышать. Боялась, что каким-то образом он узнает, что она делает, и еще больше будет над ней смеяться. Что он будет использовать это как еще одно доказательство того, что она навсегда останется одна.

Сейчас же, через несколько часов после ее первого, сладкого удовольствия, она жаждет получить его еще раз. Ее центр — киска, подумала она, давайте не будем скромничать, это твоя киска — болела и пульсировала, и она четко ощущала подавляющий, полностью опьяняющий мужской запах Курта, и она отчаянно его хотела.

Сделав глубокий вдох, она повернулась к нему лицом.

— Ты хотел бы зайти? Я могла бы сделать кофе или… что-то еще.

Он взглянул на часы.

— Лучше не надо, Джули. Уже довольно поздно.

Что-то словно упало в животе, и она кивнула.

— Ты прав, конечно. Спокойной ночи, Курт. Спасибо тебе, я замечательно провела время.

С пылающим лицом она потянулась к дверной ручке. Отдаленно она услышала ругательство Курта, и затем он перегнулся через спинку сиденья и притянул ее в свои руки. Он крепко поцеловал ее, его язык скользнул в ее рот, обрывая ее протест.

После нескольких пьянящих мгновений он отстранился. Он тяжело дышал, а в его глазах пылала темная нужда.

— Ты действительно не понимаешь, как сильно я хочу войти в твой дом вместе с тобой, Джули? Как сильно я хочу отнести тебя в постель, снять с тебя одежду и похоронить свой член глубоко в твоей теплой, тугой киске?

Ее дыхание стало прерывистым, и она уставилась на него. Джули никогда не заходила с кем-то так далеко, и она задавалась вопросом, сочтет ли Курт ее странной, если она попросит его произнести это еще раз.

Он резко втянул воздух и прижался своим лбом к ее, когда она гладила его по спине.

— Я тоже хочу этого, Курт. Пойдем со мной.

— Ты обещала мне два свидания, помнишь? — ответил он. — В следующий раз я зайду.

— Ты обещаешь? — прошептала она.

Он кивнул.

— Да. Сейчас, — он снова поцеловал ее, так сладко и нежно, что дрожь прошлась по всему позвоночнику, — лучше иди, пока я не передумал.

— Хорошо. Спокойной ночи, Курт.

— Спокойной ночи, Джули.

***

— И? Как все прошло? Ты убедил маленькую сладкую девственницу держать свои ножки закрытыми?

Кэл сидел на диване, пил пиво и ел сэндвич, когда Курт вернулся в свою квартиру.

— Почему ты ешь мою еду? — он кинул ключи на столик сбоку и стянул с себя обувь, перед тем как упасть на диван рядом с братом.

Кэл пожал плечами.

— Я был голоден, и у меня не было никакой еды в доме. Так ты убедил ее?

Курт включил телевизор и уставился на экран. В начале дня у него было намерение убедить Джули, что она не должна потерять свою девственность с ним. Но это было до того, как он поцеловал ее. Прежде, чем он вкусил сладость ее губ и услышал ее хриплый стон. Он потерял контроль сегодня вечером, и когда Джули пригласила его войти, он был очень близок к тому, чтобы просто сказать «хрен с ним» и отвести ее в постель.

Он хотел Джули. Он едва знал ее, и два дня назад он бы даже не захотел иметь какие-либо взаимоотношения — из-за Жаннин — но было что-то еще, что воззвало к нему. Он решил, что это сочетание ее сладости и хрупкости. Он никогда не встречал ее раньше и был немного встревожен таким мощным чувством заботы по отношению к ней.

— Земля вызывает Курта! Эй! Ты убедил ее? — Кэл толкнул его ногой, и Курт грозно взглянул на него.

— Не твое дело, Кэл.

Кэл выгнул бровь и откусил кусок сэндвича.

— Не мое дело? — пробормотал он. — Интересно.

— Что это должно значить?

Кэл пожал плечами.

— Только то, что это легко узнать, когда тебе на самом деле нравится женщина, потому что ты отказываешься говорить об этом. Ты пошел на одно свидание с этой цыпочкой, и технически она заплатила тебе, чтобы ты сделал это. Я имею в виду, я получаю деньги, но все же…

Он положил сэндвич на тарелку, стоявшую у него на коленях, и выудил свой мобильник.

— Это напомнило мне. — Он проверил время и отправил сообщение.

— Что ты делаешь? — Спросил Курт.

— Даю знать Ванессе, в какое время я закончил. Ты ездил дольше, чем четыре часа, маленький брат.

Курт закатил глаза.

— Я родился спустя две минуты после тебя, Кэл. Даешь младшему брату передышку, не так ли?

Кэл рассмеялся и ущипнул его за щеку.

— Ты всегда будешь моим братиком.

— Прекрати! — Курт ударил его по руке, и Кэл поморщился, прежде чем взять сэндвич снова.

— Так значит, ты, очевидно, хочешь эту девушку. Могу ли я считать, что ты позаботился о бедной женской девственной проблеме?

Курт не ответил, и Кэл вздохнул.

— Просто дай мне знать, должен ли я идти еще на одно свидание с ней или нет.

— Да. Еще одно, — ответил Курт.

— Всего одно?

— Да, — ответил он отрывисто.

Кэл изучающе посмотрел на брата.

— Все, шутки в сторону, Курт. Я думаю, ты должен сделать шаг назад. Ничего не произойдет между тобой и этой женщиной, понимаешь? Я имею в виду, она тебе платит — мне — за лишение ее девственности. Она, очевидно, не хочет отношений с мужчиной. Если бы это было так, то она бы разъезжала по барам, как все нормальные женщины.

— Она совершенно нормальная! — отрезал Курт. — Она просто стесняется и чувствует себя неловко из-за того, что в тридцать лет еще девственница.

— Тридцать! — присвистнул Кэл. — Иисусе, она на самом деле старая дева.

— Заткнись, Кэл, — предостерегающе сказал Курт.

— Ну почему, черт возьми, она все еще девственница? Она не страшная. На самом деле, она довольно милая. Ты не спросил, почему она ни разу не занималась сексом с кем-то?

Курт вздохнул.

— Она рассказала о своем отце, который любил все держать под контролем, и, похоже, он очень сильно повлиял на ее самооценку. Она думает, что некрасива.