Чтение онлайн

Не дождавшись ответа, Валентин махнул рукой и полез по скале, цепляясь за крошечные неровности ловко, как муха. Друг называется, с тоскливой маетой в душе подумал Леман. Хотя какой он мне теперь друг? Точно такой же, как всем другим в этом каньоне, на этих уступах. Уступчивый он…

— Стой! — закричал он, и Валентин, без видимых усилий повиснув на скале, повернул голову и посмотрел вниз.

— Решился наконец?

— Нет… То есть тьфу, я не о том… Я вот о чем подумал: представляешь, какую базу тут можно было бы построить! Какой космодром подскока, а! Расширить нижние уступы, перекрыть каньон фермами…

Валентин захохотал.

— Ты чего? — Леман нахмурился.

— А то, что не один ты такой умный. Командование Великой Лиги обратило внимание на эти каньоны еще тысячу лет назад и приказало построить именно то, что ты сказал. Собственно, с этого и началась наша история, и большинство населения планеты происходит от тех строителей, вынужденных жить на уступах… Рассказать тебе, чем закончилась стройка или сам сообразишь? В общем, повторить тот опыт командование не рискнуло.

— И вас не пытались уничтожить?

— А зачем? Мы никому не мешаем и не представляем никакой опасности. Своего рода нейтралы, которым нет дела до войны, — зачем же нас уничтожать? Впрочем, на пионеров-строителей все-таки сбросили бомбу, да только те не стали ее дожидаться, сидя на месте — уступов вон сколько, да и удобный каньон вовсе не один…

Леман промолчал.

— Извини, — сказал Валентин. — К полудню наверняка поднимется буря. Я должен успеть.

Какое-то время Леман, задрав голову, смотрел, как он карабкается вверх. Затем подпрыгнул до первой зацепки, подтянулся до второй и начал карабкаться следом. С непривычки он лез медленно, но Валентин дождался его, и дальше они ползли по скале бок о бок, помогая друг другу.

— Николай Андреевич, в настоящее время ACT — одно из самых крупных издательств в стране. При этом вы находитесь в первой тройке производителей фантастической литературы. А какова предыстория издательства?

— Самая обычная, как и для всех издательств, начинавших в первые годы рынка. Мы изначально предполагали выпуск многопрофильной литературы, а фантастику стали выпускать как исходя из потребностей рынка, так и по личным симпатиям. Первой книгой был сборник Урсулы Ле Гуин из ее Хейнского цикла. Так мы начали в 1992 году серию «Координаты чудес». Поначалу мы придерживались общей тенденции — издавали доконвенционные произведения, но потом решили не плыть по течению и сделали ставку на выпуск новинок.

Надо сказать, что в последнее время мы начали переиздавать некоторые старые вещи известных авторов. Но тому причиной не известные события прошлого года, существенно повлиявшие на экономику страны, а то, что появилось новое поколение читателей, для которых классические произведения Лема, Каттнера, Хайнлайна и других не менее популярных фантастов были практически недоступны. Результаты продаж убедительно показали смену генераций любителей фантастики. Впрочем, переиздания составляют незначительный процент от общего выпуска, это не магистральная линия издательской политики. Портфель редакции прямо-таки набит новыми книгами, скоро они поступят к читателю.

— Любители фантастики помнят, как у вас возникали новые серии, исчезали старые… Какие серии ныне благополучно живут, какие из них вам особо интересны не как издателю, а как читателю?

— Если взять переводную фантастику, это серия «Координаты чудес», в которой присутствует научная фантастика, а вот фэнтези у нас идет в двух сериях — «Век Дракона» и «Хроники Века Дракона». Недавно запустили новую серию — «Золотая библиотека фантастики». В нее входят как фэнтезийные, так и НФ-произведения, достойные переиздания — это романы Буджолд, Бестера и других. Что касается отечественной фантастики, она представлена двумя сериями — «Звездный лабиринт» и «Заклятые миры». Граница между ними довольно размыта — немало произведений в «Звездном лабиринте» ближе стоят к фэнтези, нежели к традиционной НФ. Но формально считается, что «Заклятые миры» — это фэнтези, а «Звездный лабиринт» — научная фантастика.

Наряду с этим продолжается издание полного собрания сочинений братьев Стругацких, начинается реализация проекта «Миры Кира Булычева». Можно упомянуть и о собрании сочинений Стивена Кинга, а также о серии «ужастиков», среди которых попадаются добротные НФ-романы.

Что же касается личных предпочтений… Перефразируя известный анекдот: я не читатель, я издатель. Столько приходится читать самотека и заказанных нами рукописей, что глаз уже оценивает все профессионально, а не личностно, чтение любого текста превращается в работу.

— Чему сейчас отданы предпочтения издателей — российской или зарубежной фантастике?

— Мне кажется, что сейчас наступило некое равновесие; суммарный баланс приблизительно 50 на 50. Естественно, в каких-то издательствах больше выпускают отечественных авторов, в каких-то зарубежных, но в целом соотношение такое. Мы, например, в месяц выпускаем 15 книг по всем нашим сериям.

— Ваше издательство и вы как редактор получили немало премий в области фантастики. Влияет ли такой «послужной список» на удельный вес фантастической литературы в общих издательских планах?

— Трудно сказать, как это влияет на издательские планы. Без сомнения, очень приятно, когда работу издательства и твой труд высоко оценивают, но в конечном счете все решает читатель. Будет возрастать спрос на фантастику, будем печатать больше. Если рынок насытится, неизбежно сокращение выпуска книг. Разумеется, есть авторы, спрос на которых не уменьшается, а возрастает. Если судить по книгам нашего издательства, то это Асприн, Буджолд, Симмонс, Кук, Джордан и еще несколько имен, а из отечественных фантастов список популярности возглавляет Лукьяненко, за ним идет Васильев…