Чтение онлайн

— Тебе, новенький, придется заменить человека, достойного во всех отношениях, — сообщил я вслух. — Как по-твоему, ты к этому готов?

Он коротко ответил, что вполне готов. И только. Не то чтобы хвастался или тому подобное… но я подумал, что уж этого здесь быстро обломают.

Поэтому я отвел его на полубак, где показал бывшую койку Кева, выглядевшую пусто и уныло, с просверленными над ней дырами, где раньше крепились голопостеры бывшего хозяина. Чарлз положил рюкзак в прежний шкафчик Кева и поинтересовался, есть ли здесь прачки. Я слегка кашлянул и объяснил, что всю стирку отправляют вниз, на планету, в химчистку. Правда, умолчал, что нам вменяется в обязанности собирать грязное белье и носки снайперов.

После этого я отвел его на мостик, где дежурила смена В, и познакомил с парнями. Роско и Норман были в своих фирменных комбинезонах. Жаль, конечно, потому что в них у нас на удивление безнадежный вид. Виндер только что не бился в истерике, поскольку Брэдли сбил за пульт одну из сражающихся фигурок. Очевидно, фигурка была дорогой, а Майрон — единственный достаточно тощий, чтобы ее выудить — работал в смене С и не заступит на работу до семнадцати часов.

Полагаю, именно поэтому смена В с самого начала произвела на новичка дурное впечатление.

Но я пытался внушить ему ощущение значимости, показав участок карты звездного неба с поясом астероидов, в золотых с синим тонах, как витражи в старинной церкви. Только при этом все находилось в движении.

— Это твой персональный кусочек неба, — сказал я, показывая на Q34-54. — Большой Кев знал каждую из этих малышек. Три года подряд отслеживал любое колебание, любое отклонение. Размечал траектории тридцати семи успешных выстрелов, словно обладал шестым чувством. Он даже определил трех захватчиков, прежде чем они появились на дистанции. Он до тонкости овладел искусством получения бонусов, старина Кев. Тебе придется здорово потрудиться, чтобы стать хотя бы вполовину таким же классным наводчиком.

— Но это, должно быть, совсем нетрудно, — пожал плечами Чарлз. — Разве программы-картографы не выполняют большую часть работы?

— Ну, вроде бы… то есть, конечно, но, знаешь, ты должен все координировать. Приводить в соответствие, используя собственные мозги. Машины не могут делать все, — возразил я.

Но Виндер выбрал именно этот момент, чтобы завопить:

— Не снимайте плащ с Летающего Динамо, вы его сломаете!

И это мигом развеяло то настроение, которое я пытался создать. Поэтому я просто проигнорировал Виндера и продолжал:

— Нас вызвали с Земли на работу, которую можем выполнять только мы. Это возвышенная и одинокая доля, здесь, наверху, среди холодных звезд. Заурядным людям она не по плечу. Поэтому «Ареко» ищет парней вроде нас. Мы свободны от привязанностей, верно? Мы перенеслись из родительских подвалов и гаражей в то место, где нуждались в наших способностях. Программы могут составлять карты расположения тех камешков и даже отслеживать их передвижения. Но только человек способен… способен… унюхать их появление, прежде чем они окажутся здесь, ясно?

— То есть что-то вроде предчувствия? — уточнил Чарлз.

— Не совсем, — покачал я головой.

Хотя Майрон утверждает, что обладает даром предвидения, но до сих пор ни разу не предсказал, когда снайперы задумают в очередной раз устроить погром на нашей территории.

— Я говорю об интуиции. Наитии. Инстинктах. Да, именно это слово я искал. Человеческий инстинкт. В семидесяти процентах случаев мы действуем точнее любой программы, когда речь идет о предполагаемом приближении. Неплохо, верно?

— Полагаю, что так, — обронил он.

Время, оставшееся до конца смены, я провел, показывая ему пульт, устанавливая пароли, настройки и тому подобное. Он ни о чем особенно не расспрашивал. Только надел очки и сосредоточился. Я почти видел, как он бродит среди астероидов на Q34-54 и знакомится с каждым. Он нравился мне все больше, потому что Кев наносил данные в той же манере.

И тут он спросил:

— Каким образом мы их пристреливаем?

Виндер был так потрясен, что уронил Синего Судью. Роско повернулся, снял очки, уставился на меня и подчеркнул:

— МЫ их не пристреливаем. Дьявол, ты, кажись, его не просветил?

— Просветил? В чем именно?

Чарлз, не снимая очков, повернулся на голос Роско.

Пришлось мне рассказать ему о снайперах. О том, что он имеет право входить в бар, когда там снайперы, лишь для того, чтобы их обслужить. О том, что они сделают с ним, если он нарушит запрет. О том, что он должен держаться подальше от Адской Ямы, где они живут, если не считать тех дней, когда их обслуживает. И о том, как он никогда и ни при каких обстоятельствах не должен входить в боевую комнату.

Я принялся вводить его в курс очередности обслуживания.

— Но это глупо! — перебил он.

— Чистое бедствие, — поддакнул Роско. — Однако мы ничего не можем поделать. Они снайперы. С ними спорить нельзя. Вряд ли ты захочешь знать, что будет, если попытаешься возразить.

— В моем контракте это не указывалось, — упорствовал Чарлз.

— Если желаешь, можешь пожаловаться Курцу, — предложил Брэдли. — Но толку все равно не жди. Он им не начальник. Они снайперы. Больше никто не умеет делать того, что умеют они.

— Бьюсь об заклад, я смог бы, — выпалил Чарлз, но все дружно зафыркали, потому что… ну, сами знаете, у кого такие рефлексы, как у снайпера? У них ювелирная работа!

— Тебя назначили сюда по результатам тестов. Тесты показали: ты наводчик. Значит, лучший в своем деле. Жалованье хорошее. Через пять лет ты уедешь отсюда. Придется научиться жить с этим дерьмом. Мы же привыкли.

Он выглядел сообразительным парнем, и я подумал, что дважды ему повторять не придется. Но ошибся.

Мы услышали марш подкованных сапог по коридору. Виндер вскочил и, схватив все сражающиеся фигурки, сунул в складской отсек. Норман стал задыхаться, Брэдли бросился к туалету. Я остался на месте. Только опустил глаза. Не дай бог посмотреть им в лица.