Чтение онлайн

Однако бойкого молодого инвалида смутить было трудно. Если вообще возможно.

— Да! Похоже! Очень похоже! И о чем это говорит? Только об одном: Лукас предвидел! В силу своего художественного таланта он предвидел!..

Отставной космонавт отвлекся на секунду, взглянул на изображение планетоида и, вздохнув, вновь принялся размеренно наматывать ниточку на палец.

— Хорошо! Вернемся к первому варианту расшифровки! К тому, что вы имеете дерзость называть расшифровкой!..

Оператор сосредоточился на говорящем. Уверенный в себе мужчина с упрямым подбородком и прекрасно вылепленным черепом. Естественно, бритым наголо. Грешно прятать такое совершенство под шевелюрой. В руке скептика трепыхалась бумажка с текстом.

— Итак, вот оно, это выдающееся послание инопланетного разума… — Мужчина сделал паузу и любовно оглядел собравшихся в студии, как бы предлагая насладиться вместе. — "Мы Вас уничтожим, — с удовольствием огласил он. — (Вариант — взорвем вашу планету.) Вы нанесли нам ущерб. Вы стали мельче. (Вариант — выродились.) Вы не сможете нам противостоять…" Из какого космического телесериала, позвольте спросить, выкопали вы эту ахинею, милый юноша?

Половина аудитории протестующе завопила.

— И обратите внимание, — возвысил голос бритоголовый скептик. — "Вас", "Вы" — все с прописной! Так, видимо, и передали из глубин Космоса. Стало быть, агрессивны, вежливы и безграмотны…

— Почему безграмотны?

— Потому что "Вы" с большой буквы употребляется только в эпистолярном жанре при обращении к какому-либо уважаемому лицу! А не к группе лиц!

— Так это же перевод!

— Простите, но если переводчик не владеет собственным языком, много ли он поймет в чужом?

— Значит, вы все-таки согласны, что это послание чужих, а не просто импульс?!

Глеб покосился на Богорада. Тот был задумчив и внимателен, словно не телевизор смотрел, а донесение изучал. Работал человек. Не исключено, что кто-то из их агентуры участвует в ток-шоу, мороча голову добрым людям. Который же из двух? Бойкий молодой инвалид или напористый бритоголовый скептик? Или оба разом?

— К черту подробности! За что они собираются нам мстить? Что мы им сделали?

— Мы? Ничего! Но до нас на Земле существовало как минимум четыре сверхцивилизации, чьими выродившимися потомками является современное человечество. — Юноша в инвалидном кресле торжественно загнул первый палец: — Атланты…

Сидящая на краешке экрана стрекоза вспорхнула, затрещала крылышками под потолком. Должно быть, и ее замутило.

Интересно, первый вариант перевода был умышленной утечкой в прессу или просто прошляпили американские Богорады?

— Пойду я… — с тоской сказал Глеб. — Курить хочется.

— Сидите-сидите, — машинально отозвался Богорад. — Скоро кончится… А курить вредно. Особенно перед армагеддоном.

Ну да, скоро… Судя по всему, склока на экране только еще заваривалась. Стрекоза, пометавшись по комнате, уяснила, что выхода нет, и присела на подлокотник.

— Третий вариант расшифровки еще пикантнее! — неумолимо гнул свое бритоголовый. — Вместо "Вы нанесли нам ущерб" следует читать: "Вы уничтожили наш военный корабль". Мне комментировать этот бред или как? Такое впечатление, что уровень дури растет от перевода к переводу… И что это значит: "стали мельче"? Ниже ростом, что ли? А как же акселерация?

— Да?! А кроманьонцы? У них средний рост был под два метра!..

— Так это, выходит, кроманьонцы корабль уничтожили? Чем?! Каменными топорами?..

"Господи, о чем они?.. — мысленно проскулил Глеб. — И почему я должен сидеть здесь и все это слушать?.."

Спасение пришло внезапно. Богорад со скучающим видом заправил мизинец в правое ухо — и замер. Пробыв в таком положении секунд пять, встрепенулся, взглянул на часы.

— Чуть не забыл, — озабоченно сказал он. — Мне ж еще… Извините, Глеб, вынужден вас оставить…

Не иначе пешеходная гарнитура мобильника таилась непосредственно в правом ухе контрразведчика. Хорошо устроились! А тут дежурь возле переговорной, жди, когда трубку освободят…

Совпадение, конечно, но стоило Богораду подняться, вспорхнула и стрекоза. Зависла на миг посреди комнаты, затем метнулась к открывшейся двери и покинула помещение вместе с представителем спецслужб.

Неужто ему и стрекозы стучат?

Стоило остаться одному, страх навалился вновь. Не за маму, не за человечество — за себя. Потом стало очень стыдно.

— Х-х-х… — сказал Глеб.

Он всегда так говорил, когда ловил себя на нехороших мыслях. Возможно, это было робким подступом к матерному слову, каковых он, кстати сказать, не употреблял никогда. Разве что в письменном виде.

На полпути к переговорной Глеб столкнулся в коридоре с Лавром Трофимовичем. Породистое лицо академика выражало крайнее неудовольствие. Губы и брови — пресмыкались.

— Зря идете, — брюзгливо предупредил он Глеба. — Сдох телефон.

— Отключили? — беспомощно спросил тот.

— Нет… Смею заверить, нет. Сам…

— Вы это точно знаете, Лавр Трофимович?

— Точно… Вообще, насколько я слышал, со всей аппаратурой творится что-то непонятное.

Глеб вспомнил, как Богорад шерудил мизинцем в правом ухе. Может, и у него тоже связь накрылась? Не зря же он так стремительно откланялся.

— Вы полагаете, Лавр Трофимыч… — Глеб не договорил и несколько боязливо указал глазами на потолок.

— Тоже вряд ли, — буркнул маститый собеседник. — Далеко они еще от нас. Далеконько… Хотя… — Он задумался.

— Что? — сдавленно спросил Глеб.

— А?.. — Академик очнулся. — М-м… Да понимаете, Глеб… Если не ошибаюсь, вояки собирались запустить им навстречу ракеты противокосмической обороны…

— Чьи вояки? Наши?

— А?.. Да. И наши в том числе… Вот я и думаю: может, нам помехи ставят?.. Впрочем, не берите в голову! — решительно прервал он сам себя. — Поскольку вопрос не из моей области, предположений мне лучше не выдвигать. А вам их лучше не слушать…

— А когда собирались?

— Запустить ракеты? Ну, думаю, точного времени вам никто не назовет. Даже те, кому оно известно… Скорее всего, давно уже запустили…