Чтение онлайн

Они, все трое, переглянулись, как мне показалось, с некоторым разочарованием. Но я готов был поклясться, что разочарование это было вызвано не моим объяснением, а исключительно отказом. Может, они не поверили? Или просто не знают, что такое Зев Дьявола?

Брант придвинулся к столу ближе и заговорил мягко и спокойно:

— Нам не нужен никакой Золотой остров, — начал он. — И если ваш товарищ отчего-то так решил, то неправильно нас понял.

— Он мне не товарищ, — проворчал я, зыркнув на Пенту.

— В любом случае, мы ценим вашу откровенность, — продолжал Брант. — А предложение наше вообще-то звучит немного иначе: согласитесь ли вы отвезти нас к Зеву Дьявола, следуя маршрутом, который мы вам укажем, и в то время, которое назовем?

— Подозреваю, что это плавание окажется для меня последним, — хмыкнул я. — И для вас, кстати, тоже.

— Мы не самоубийцы и не собираемся подвергать риску вас, — покачал головой Брант. — Давайте договоримся так: мы идем к Зеву Дьявола, но вы поворачиваете обратно, как только пожелаете.

— Тогда зачем вам я? Прокатить вас по морю и показать Зев Дьявола издали сможет любой лодочник.

— Нам известно, что вы хорошо знаете эти воды. Может быть, лучше всех.

Слова эти были мне приятны, но на мое решение повлиять не могли.

— К тому же мы хорошо оценим ваш труд, — внезапно вмешалась женщина. — И готовы внести плату вперед.

Чарующая красота ее голоса меня поразила. Оттого я помедлил с ответом, а тем временем она расстегнула куртку, вытащила из внутреннего кармана и положила передо мной на стол толстенную пачку ассигнаций.

Мне показалось, что в погребке снова установилась тишина. Денег было действительно много, видеть их сейчас никто не мог, но я физически ощутил, как со всех сторон на нас устремились заинтересованные взгляды, а потом понял почему: слова «большие деньги» ярко пылали на лице проклятого Пенты-Водки.

И тут я внезапно понял, что соглашусь. Нет, не из-за денег… хотя из-за них тоже. Эти трое выглядели как дичь, на которую устроена охота. Правда, дичь разной породы. Лотта — хрупкая беспомощная лань. Брант — смертельно опасный хищник, способный выпустить кишки не одному загонщику. Гемм… Про него я ничего не мог сказать — кроме того, что сейчас он находился в стае, на которую ведется гон.

— Уберите, — сказал я. — Заплатите, когда мы вернемся. Если вернемся. Впрочем, дайте сотню Пенте — он это заслужил.

Женщина спрятала пачку, а Пента, схватив купюру и бормоча слова благодарности, выбежал из погребка. Я принялся доедать остывшую кашу, а Брант позвал официанта и сделал заказ, который очень скоро появился на столе, и тогда я увидел, что все трое были очень голодны. Некоторое время мы просто молча поглощали еду.

— Мы можем отплыть завтра утром, — сказал я, сделав последний глоток из кружки.

— Нет, — отрицательно качнул головой Брант. — Отплывать нужно послезавтра, не раньше. Может, вы все же возьмете задаток?

— Хорошо, значит послезавтра, — ответил я, оставляя без внимания его предложение. — Других заказов у меня нет и не будет. На пристанях Климба наступает мертвый сезон. Но не забудьте о главном условии нашего договора.

— Вы на самом деле хорошо знали Герсебома? — неожиданно спросила Лотта.

— Он был моим другом. А вы его тоже знали?

— Нет, — отрицательно повела она головой. — Я о нем только слышала. Отчего он умер?

— От жизни, — пожал я плечами. — Герсебому перевалило за седьмой десяток.

Она коротко переглянулась с Брантом, потом, словно машинально, достала из кармана странную вещицу — серебряный диск размером с половину ладони на цепочке. В диске был вырезан сектор примерно в тридцать градусов. Не сводя с меня взгляда, Лотта вертела украшение в руках. Я глянул на вещицу лишь мельком, никак не показав, что она меня заинтересовала. Мне почудилось, что на лицах Лотты и Бранта проступило разочарование. Лотта вздохнула и спрятала вещицу.

— Как мы найдем ваш корабль? — спросил Брант.

— Мое судно называется «Клео», оно стоит в самом конце седьмого причала. Там и встретимся послезавтра на рассвете.

Они быстро доели, расплатились с официантом (слава Небесам, не из той огромной пачки, а из кошелька Бранта) и, попрощавшись, вышли из погребка. Ну, а я заказал еще кружку, решив немного посидеть в тепле. И тут же увидел, что сидевшая неподалеку компания из трех человек поднялась из-за стола и неторопливо направилась к выходу. Я тоже встал и с такой же неторопливостью зашагал к двери в сортир. Вопросительно взглянувшему на меня официанту я знаком показал, что мой последний заказ остается в силе, и он успокоенно кивнул, увидев, что моя куртка осталась лежать на скамье.

Но вместо того чтобы занять кабинку, я скользнул по тесному коридорчику к выходу во внутренний двор и выбежал в проулок. Дождь на время прекратился, холодный ветер гнал по улице всякий мусор. Моих клиентов следовало предупредить об опасности.

На главной улице в этот час на них не нападут. Скорее всего, грабители объявятся на пустыре сразу за ярмарочными рядами. Туда я и побежал, намереваясь перехватить и предупредить неосторожных гостей. Я мчался изо всех сил и, наверное, успел бы вовремя, кабы не налетел на тележку зеленщика, которую тот выкатил из-за угла прямо мне под ноги.

От тележки в результате столкновения остались лишь колеса да щепки, от зелени — суп из лужи с уличной грязью. Пока я под вопли торговца поднимался, смиряя боль в ушибленном колене, а потом ковылял с проворством хромой утки, минуты текли, и, конечно же, я опоздал. Когда выбежал на освещенную закатом площадку за складской стеной, все было кончено. Два налетчика валялись на земле тряпичными куклами, третий, согнувшись, убегал прочь, выписывая зигзаги. И тут же мое горло и предплечье сжали стальные тиски. Меня встряхнули так, что лязгнули зубы, и притиснули к стене, едва не расплющив.