«Если», 2011 № 10
Шрифт:
— Сам не видишь? Вот же он я, никуда не делся…
— Не поняла! — возмущенно произнесла Валерия. — Мне почему-то никто ничего не предлагал. Что происходит вообще?
— Н-ну, видишь ли, Лерочка… — с несвойственной ему угодливостью начал Лёха. — Муть нашу собираются расширять… реконструировать… Вот и распихивают временно… кого куда…
— Почему не всех сразу?
— Ну так… нужно ж еще вакантное место найти…
— Все всё знают! — Лера оглядела нас с подозрением. — Это что же, одна я дура получаюсь?.. Лёха!
— Да, хорошая моя…
— Почему ты отказался?
Лёха стал серьезен. Или сделал вид, что стал серьезен.
— Да что-то привык я к вам, — признался он. — С людьми схожусь трудно. А начинать все по новой, притираться… Никуда не хочу. Малая родина опять же…
Мы невольно оглядели малую нашу родину и внезапно обратили внимание, что медуз вокруг поприбавилось. Да и вели они себя несколько необычно: сбивались в стаи, как грачи перед перелетом. Только что не галдели.
— Осень, что ли, близится? — заметил я. — Лер, а здесь времена года бывают?
Валерия озадаченно проводила взглядом вереницу медуз.
— Н-нет… — сказала она. — Не помню такого…
— Скорее весна, чем осень, — уточнил Лёха. И опять заговорил чужим голосом: — Посмотрите на смоковницу и на все деревья: когда они уже распускаются, то, видя это, знаете сами, что уже близко лето…
— Ты это при мне второй раз цитируешь, — напомнил я. — Откуда?
— Евангелие от Луки, если не ошибаюсь… Главу и стих, прости, не приведу.
— А к чему это ты?
Нет чтобы ответить по-человечески — продолжил цитату, неспешно, торжественно:
— Так, и когда вы увидите то сбывающимся, знайте, что близко Царствие Божие…
— Нет, спасибо! — сердито сказала Лера. — Я пока помирать не собираюсь!
Глава 13. Зачистка
Таких медуз я здесь еще не видел. Она была настолько огромна, что даже не могла собраться в шар. Ее форму можно было бы назвать сигарообразной, если бы эта гигантская капля вела себя поспокойнее, не сокращалась, как гусеница, и не пыталась разорваться пополам. Чем-то она мне напомнила аэростат заграждения — из тех, что поднимали перед бомбежкой, перекрывая путь вражеским самолетам. И еще, не знаю почему, «Предчувствие гражданской войны» Сальвадора Дали. Должно быть, ракурс похожий. Громада зависла под самым куполом, так что причиной ее колыханий были, возможно, все те же искажения перспективы.
Я замер, не в силах отвести взгляда от грозного знамения, и, даже когда вспыхнула и запищала спичка, продолжал стоять какое-то время неподвижно. Наконец заставил себя двинуться к месту службы. Шел с оглядкой — и все же главный момент пропустил. За спиной послышался оглушительный чмок. Обернувшись, увидел, что гигантская водяная амеба успела разделиться надвое, при этом рассеяв в высоте десятка полтора медузок помельче.
Что ж это, братцы вы мои, на нас надвигается, если такую пожарную машину вызвать пришлось?
В голливудские пророчества Лёхи я, повторяю, не очень-то верил, однако унять нервную дрожь мне так и не удалось: в том-то и беда, что, как свидетельствует опыт, особенно мой, реальность всегда превосходит самые мрачные ожидания.
С госпожой тоже явно было не все в порядке: бессмысленно пошевеливала щупальцами, будто не знала, с какой команды начать, шла пятнами на манер осьминога, что, впрочем, выглядело со стороны весьма эффектно. Непонятно лишь, зачем вызывала.
— Ну что, Мымра? — сочувственно спросил я и вдруг осознал, что впервые обратился к ней вслух. Не под нос себе пробормотал, а именно обратился — в полный голос.
Реакция ее меня удивила: Мымра исчезла. Раньше она перед отбытием бурлила хотя бы, а тут без прелюдии: бац — и нету!
Постоял подождал, собрался уже вернуться к футляру, когда она возникла вновь.
— Ну? — с вызовом сказал я. — Чего дуришь?.. Вот заберут сейчас твоего Володеньку Турухина — кого тогда гонять будешь?
Показалось, будто Мымра вздрогнула. Возможно, опять отлучилась, но лишь на долю секунды. Сзади послышалось знакомое неприятное кудахтанье, и я обернулся. В пяти шагах от меня стоял Лёха.
— Никак на правду перед увольнением пробило? — язвительно осведомился он. — Что ж, это по-нашенски! Терять нечего, режь все как есть начальству! Пусть знает…
В другой раз я бы, может, и обиделся, однако тогда мне было не до того.
— Как-то странно она себя ведет сегодня… — сказал я.
— Прикидывает, куда бежать, — уверенно объяснил Лёха. Как водится, все знал заранее. — Выбирает, в которую муть прятаться…
Словно подтверждая его слова, Мымра пропала надолго.
— Ты думаешь, у нее не один дом?
— Думаю, да. Насколько я понимаю, жить они могут только в таких условиях. Вот и скачут из одного укрытия в другое.
— Так, может, я снова к ней попаду? В другой мути…
— М-м… Вряд ли. Хотя… — Он задумался.
— А чего ей тогда бояться? Укрытие есть и, ты говоришь, не одно… Спросил — и сам пожалел. Сейчас ведь снова начнет ужаски плести. А тут и без ужасок зябко.
Но Лёха лишь вздохнул:
— Скоро узнаем…
И это было хуже любого ужастика.
— Слушай, — сказал я. — Надо бы Леру предупредить…
— О чем?
— Ну… вообще… Предупрежден — значит, вооружен…
Лёха скорчил досадливую гримасу.
— Предупрежден и очень опасен, — с безобразной усмешкой вымолвил он. — Опоздал ты, Володенька… Лера-то наша — тю-тю! Вслед за Вадиком. Так что предупреждай, не предупреждай…
— Да брось ты!.. — И я, не обращая внимания на попытки Алексея удержать меня, устремился к Лериному футляру. Все правильно. Та же самая картина: прямоугольник коротенького, словно подстриженного мха и копошащиеся на нем ежики. Видимо, Валерия сразу после недавнего нашего разговора вызвала Обмылка и потребовала немедленной эвакуации. Вот, значит, какие у нас дела… Вот, значит, откуда ветер дует… Побежали крысы. Стало быть, скоро тонуть… То есть не тонуть — гореть… Пожар — к потопу, потоп — к пожару…