Чтение онлайн

— Так точно, сэр. Земля вдруг ушла из-под ног, вернее, оказалась не на месте. Кругом меня тоже все оступались — и люди, и кони. Очень странно.

Бентон нахмурился еще сильнее.

— Мне тоже показалось, будто земля чуть сместилась. Как думаете, лейтенант, это не землетрясение?

Гаррет осмотрелся, словно ища подтверждение догадке командира.

— Сэр, вроде Канзас землетрясениями не славится.

— Насчет Канзаса не скажу, а вот в Миссури лет шестьдесят или семьдесят назад трясло еще как! Там до сих пор помнят. Даже Миссисипи однажды потекла вспять. — Бентон в задумчивости покачал головой. — Ладно, если это и землетрясение, то совсем короткое, и на прерии почти не сказалось. Ступайте, лейтенант, поспите, сколько осталось. Надо отдохнуть — вон как лошади измотаны. Завтра опять в пешем порядке и полегоньку — дадим им оправиться.

— Есть, сэр.

Наступил новый день, безоблачный и ясный. Вставая, Бентон скривился — после мокрой ночевки ныли все кости.

— Доброе утро, кэпн! — протягивая дымящуюся кружку, поприветствовал сержант Тиндалл.

— Кофе? Как вам, сержант, удалось костер развести?

— А я, сэр, старый индейский фокус знаю.

Бентон не сдержал улыбку и принял кружку.

— Лейтенант Гаррет, к вашему сведению: какие бы подвиги ни совершал сержант Тиндалл, все они называются старыми индейскими фокусами.

Гаррет улыбнулся, хотя на его лице тенью лежала усталость.

— Вы, сержант, наверное, знавали немало старых индейцев?

— Так точно, лейтенант, — согласился Тиндалл, оглядывая горизонт. — Кэпн, взгляните-ка туда, — указал он, — вон на те холмы. Они как раз там, где им положено. Стало быть, вчера мы с пути не сбились. — Он щурился, вглядываясь. — Но вроде что-то появилось на одном из них.

Бентон достал бинокль. Холм венчала приземистая башня — и капитан не помнил, чтобы она была там раньше.

— Лейтенант, что скажете?

Гаррет рассматривал холм довольно долго.

— Сэр, похоже на развалины, как будто раньше башня была повыше. Видите рядом каменные блоки?

— Так это же все объясняет. Нет, лейтенант, это не развалины. Когда мы в прошлый раз здесь проходили, на холме ничего не было. Кто-то начал строительство башни, и блоки не вывалились, их просто еще не успели уложить на место.

— Кэпн, а может, это полковник Кастер из седьмого кавалерийского решил поставить себе памятник? — с бесстрастным выражением лица спросил Тиндалл.

О полковнике Кастере он был невысокого мнения, как и многие другие кавалеристы, в том числе и Бентон. Но в столь щекотливом вопросе офицер не мог открыто согласиться с солдатом. Пускаться в обсуждение этой темы не следовало, так что капитан предпочел сухо возразить:

— Седьмой кавполк здесь проходил в мае. С тех пор, сержант, мы вроде ничего на холме не замечали.

Не прошло и часа, как рота тронулась в путь. Люди и кони просыхали под теплым утренним солнцем; помогал этому и свежий ветерок. Кавалеристы вели своих лошадей по знакомым местам, через пологие холмы и долины. Привал сделали среди дня в верховье Литл-Арканзаса: надо было напиться самим и напоить животных.

Когда заводили в реку лошадей, Тиндалл в недоумении огляделся — колонне пришлось забрать севернее, так как несколько солдат вместе с конями угодили в глубокую воду.

— Сэр, брода нет, — доложил сержант. — Вернее, он есть, но чуть в стороне.

— Ночью мы с лейтенантом решили, что в грозу могло быть землетрясение, — отозвался Бентон. — Вероятно, этим и объясняется смещение брода.

— Все может быть, сэр. — Но Тиндалл не прекращал с подозрением оглядываться на реку, пока она не скрылась из вида.

На склоне дня вошли в длинную неглубокую балку. Это была знакомая дорога — вот только странным казалось отсутствие следов, как будто здесь давно не ездили всадники и повозки.

— Кэпн? — на лице Тиндалла застыла растерянность.

Бентон проследил за взглядом сержанта и даже глазами захлопал в изумлении.

— Откуда оно взялось?

Над равниной возвышался холм… не холм даже, а настоящий рукотворный утес в окружении покатых склонов. Капитан здесь проезжал десятки раз и видел только высокие травы прерий, местами выветренные обнажения песчаника да дорожную колею — северную часть «тропы Санта-Фе». Теперь же появилось нечто новое, и это нечто весьма походило на развалины крепости, которые покрывали акров пятьдесят, а то и более.

Тиндалл протер глаза и опять вгляделся в руины.

— Вы тоже видите, кэпн? По моим прикидкам, мы в двенадцати-тринадцати милях к юго-юго-востоку от форта, и прежде тут ничего такого не было. А давно ли мы здесь проезжали в последний раз? Да разве в человеческих силах притащить сюда все это за такой малый срок?

— Не знаю. — Бентон вскинул руку. — Рота, стой! Лейтенант Гаррет, оставайтесь здесь, а мы с сержантом выдвинемся и посмотрим…

Отдав горнисту поводья своих коней, Бентон и Тиндалл отправились на разведку. Путь до руин оказался неожиданно труден: подступы были усеяны блоками песчаника, глубоко вросшими в землю. Когда добрались до пролома в стене, сержант присвистнул.

— Кэпн, вы только гляньте, какие каменюки! Ох, и намаялся же тот, кому довелось их ворочать.

Бентону подумалось, что надо бы это место как следует изучить. Сосчитать и измерить песчаниковые блоки, определить, какая раньше была высота у сооружения — а ведь не один десяток футов, похоже. Он протиснулся через брешь в полуразрушенной стене, Тиндалл — следом.

Внутри крепости носилась пыль, а там, где ей удалось закрепиться и накопиться, появилась растительность. Кавалеристы осторожно пробирались по улицам мимо немилосердно изглоданных эрозией руин. Их обдувал вездесущий канзасский ветер, он шумно вздыхал, пригибая степную траву и гладя старый песчаник. Пройдя одну улочку из конца в конец, Бентон увидел изрядной величины сооружение, с почти невредимыми на вид стенами; правда, крыша, как и у остальных домов, провалилась давным-давно. Он поднялся по невысокому склону — была тут широкая лестница, да превратилась в покрытый дерном пандус, и через проем с неровными краями вошел во внутренний двор.

Не отстававший от командира Тиндалл приблизился к стене, вгляделся в изображения: прежде чем за этот песчаник взялась непогода, кто-то покрыл его глубокой резьбой, и работу неведомого мастера большей частью удавалось различить без труда.

— Кони, и много. Но у индейцев они совсем не такие.

Бентон подошел, присмотрелся к резьбе и согласно кивнул. На ветхой стене скакал целый табун, и вопреки долгому выветриванию контуры были легко узнаваемы. Резчик сумел передать подвижность — чего-чего, а динамики в рисунках индейских племен не найдешь. Тут капитан обратил внимание на верх стены. Он сильно пострадал от времени, зато сохранившаяся часть была покрыта письменами: непривычные глазу резные символы выстроились в длинную и плотную шеренгу.