Если бы
Шрифт:
Девушка, извивавшаяся рядом с ним на кровати, дернулась и проснулась от резкого окрика. А увидев над собой сосредоточенное сердитое лицо разбуженного Северуса, и вовсе отчаянно вскрикнула, подобрав под себя одеяло.
— Да ты никак рехнулась, Ансо? Или тебе Дьявол померещился?
Северус в своей манере изогнул дугой бровь, демонстрируя и насмешку, и непонимание. А Адель смотрела на него несколько мгновений бешеными глазами, и только потом, опомнившись, огляделась, оценила обстановку. Та-а-ак… На ней была теплая ночнушка, она находилась в том самом деревянном домике в скалистой Ирландии, который Северус специально купил, чтобы они могли тут прятаться от остального мира и наслаждаться друг другом. За окном стояла глубокая ночь и тихо билось о крутые скалы бескрайнее море.
— Адель, молви хоть слово. Ты в порядке? — обеспокоился Снейп. Но вместо ответа Адель бросилась ему на грудь, а свободной рукой повыше натянула одеяло.
— Сон дурной?
— Угу… Приснилось, что Волан-де-Морт домогается…
Северус подозрительно посмотрел на нее: как-то совсем неубедительно прозвучали слова про Волан-де-Морта. Но в конце концов, решил он, какая к черту разница, что Адель там приснилось. Не сейчас же это выяснять.
— Дрянь, конечно. Дать зелье?
— Я буду очень благодарна.
Северус покинул ненадолго комнату, а Адель успела собраться с мыслями и успокоиться. «Это сон, просто сон, — напомнила она себе. — Но какой ужасный, Мерлин!» Когда Северус вернулся, девушка уже снова спокойно лежала под одеялом. Она выпила зелье, а мужчина, скинув тапки и потушив свет, залез к ней и лег рядом.
— Северус, я люблю тебя, очень люблю…
— Спи давай! Черт! Первая ночь вне Азкабана и та неспокойная! — проворчал Снейп. Адель притиснулась как можно ближе к нему и крепко закрыла глаза. Но уснула она лишь ближе к утру, когда образ деспотичного Салазара наконец-то окончательно стерся из ее сознания…